Несущий вахту патриота и гражданина. К 85-летию Альберта Лиханова

Несущий вахту патриота и гражданина. К 85-летию Альберта Лиханова

Удивительное дело – посвятить свою жизнь защите детства и юности. И не просто голословно, и не с целью заработать авторитет и признание, а с самыми светлыми и искренними побуждениями, с чистыми сердцем и помыслами, во имя детей, их достойного и во всех отношениях доброго настоящего и будущего. Да и как, собственно, посвятить? В чем это посвящение проявляется?

Для Альберта Анатольевича Лиханова, чей 85-летний юбилей приходится на эти сентябрьские дни, это горение и служение, долгое, необычайно плодотворное, выраженное в огромном литературном богатстве, созданном им, неустаревающим и всегда духоподъемным, по-настоящему высоко нравственным, ну, и, конечно, в деятельности Российского детского фонда – любимого детища, более трех десятков лет осуществляющего подвижническую миссию по защите детства, по оказанию нуждающимся детям зримой, реальной помощи.

Орденоносец, имеющий в наградном арсенале ордена и медали СССР и России, многих стран мира, лауреат премии Ленинского комсомола и Государственной премии РСФСР имени Н.К. Крупской, других авторитетных, общественных, литературных, международных премий и наград, писатель остается верен своим жизненным принципам, продолжая служить, верно, всецело, без остатка и снисхождения на какие бы то ни были обстоятельства. И разве это не гражданский подвиг? Или, может быть, не на таких радетелях и миротворцах и держится русская земля? Низкий поклон юбиляру, ну а разговор о нем и его творчестве, общественной деятельности хочется посвятить даже не столько Альберту Анатольевичу, а скорее всем тем, ради кого он так неистово служит, творит, отдает все тепло своего доброго сердца, тем более, что и сам он не раз подчеркивал мысль о том, что о писателе следует судить по его произведениям.

«Биография писателя – это всегда его книги.

Мысль, в общем, не новая. Разве важно, где он бывал, что видал? Для писателя важна его внутренняя, не видимая глазу, биография. Как он движется от одной истины к другой.

Где он учился и жил, это, на мой взгляд, его личное дело. Важнее, как он думал, а это – в книгах».

Трудно не согласиться с этой мыслью Альберта Анатольевича. Все вроде так, ведь открывая книгу, берясь за ее прочтение, мы, порою, об том или ином авторе не знаем практически ничего, и сие обстоятельство нас нисколько не волнует. Важен сюжет, поведение героев, их радости и страдания, мысли и рассуждения, диалоги. Вот на них то, раздумьях и уже сформулированных мыслях, праздных и горестных, отвлеченных и волнующих, глубинных и сугубо житейско-бытовых, и заостряем мы свое внимание. Но, с другой стороны, когда читаем впервые, или перечитываем в очередной раз творения крупных мастеров, нас начинают интересовать их фигуры, пути-перепутья, гражданская позиция, и, что может быть в первую очередь, – почему же пришли они в литературу, что побудило, кто надоумил, как сложились писательские будни, что, по сути дела, сказали нам – читателям?

Каждого самобытного писателя формирует прежде всего среда обитания, общественно-политический строй, воспитание, знаковые события, пережитые лично. Лиханова, безусловно, пестовала Советская власть. При ней он начал писать, нащупал интереснейшую, необъятную тему о взаимоотношениях детей и взрослых, о внутреннем мире детства и юношества, приобрел профессиональный почерк, заработал признание, состоялся как литератор-гуманист и общественный деятель. И, по большому счету, ничего удивительного в этом нет. Советская система давала возможность любому талантливому человеку заявить о себе, добиться высот, стать профессионалом на выбранном пути. Но в жизни Альберта Анатольевича было и еще одно обстоятельство, без которого представить творчество писателя невозможно, особенно сейчас, когда смешались ориентиры, перевернулись представления о добре и зле, а на передний план, к тому же, выдвинулись откровенные хулители отечественной истории, пытающиеся ее переписать. Да и те, которых, к счастью, большинство, о патриотических чувствах и признательности старшему поколению, вспоминают лишь в канун и во время проведения праздничных мероприятий, посвященных Великой Победе.

Детство, опаленное войной. Дети войны. О них Лиханов написал, пожалуй, лучшие свои произведения, не оставляющие равнодушным. Боль, сострадание, жалость, переплетенные зачастую и со слезами, к ним, лишенным войной детства не покидает и тогда, когда прочитана последняя страница. Но вместе с тем никуда не уходит и какое-то необыкновенное тепло, свечение добра, заставляющие верить в жизнь, в ее лучшие стороны, в то, что народ наш способен на жертвенность и на то, чтобы чужую боль воспринимать как свою; на коллективные действия, на соборность, и, в конце концов – на подвиг, может и незаметный, не преследующий какой-либо корысти, но осознанный, во имя мира, справедливости, будущего земли русской.

Вспоминается небольшая, одна из ранних повестей писателя «Звезды в сентябре». В ней рассказывается о мальчике по имени Лека (сокращение от имени Валерий) попавшего вместе с мамой в эвакуацию в маленькую провинциальную русскую деревушку. Живется им в доме деда Антона бедно, трудно, но дружно. Он, где-то семилетний обычный, но рассудительный мальчик, ходит в школу, спорит с Сашкой Рыжим о том, у кого лучше имя, – у него, названного так же, как и прославленный летчик Чкалов, или у Сашки, носящего имя полководцев прошлого Невского и Суворова, пишет в тетрадке из газет, отрывая от нее обрывки для написания писем деду Антону, направляемых сыну на фронт, вместе с другими ребятами из класса, под руководством молодой, но ему кажущейся старой учительницей Марией Андреевной передвигает флажки на карте, обозначающие ход сражений на Волге. Но, однажды, в их дом приходит похоронка на отца… А потом мальчик беседует с одноклассницей Нюськой:

«– Нюська, – спросил Лека, – а почему бабы тебя кличут Нюська Колихина?

– Это, значит, отец у меня Коля был. Николай. Вот и кличут…

– Почему ты говоришь – был. Где он?

Нюська помолчала минуту и сказала тихо:

– Убили на войне. Как и твоего.

Лека остановился, пораженный. Он, конечно, хорошо знал, что много деревенских мужчин уже погибло на фронте, но вчерашнее горе затмило это, выбило из головы, заслонило все. Ему казалось, что только у него, у мамы, у деда Антона такая беда, и он совсем забыл, что не у одного у него в деревне убили отца. А что у Нюськи-Светлячка отца убили, он и не знал вовсе».

Эта безжалостная правда войны подстегивает маленьких мальчика и девочку искать счастья, они слушают рассказы старших о приметах, о том, что может счастье, о котором они и имеют то смутное представление, принести. В конечном итоге они бродят по лесу и ищут упавшую звезду, способную принести в деревню счастье, которое в их представление должно остановить смерть.

Читаешь, думаешь, а дух захватывает. Сколько же этому поколению, этим Валеркам, Анюткам-Нюськам, Колькам (повести «Крутые горы», «Музыка», «Деревянные кони», «Магазин ненаглядных пособий», «Кикимора», «Последние холода», «Детская библиотека»), Михаськам (повесть «Чистые камушки»), многим-многим другим, встречавшимся в книгах Лиханова и, конечно, в самой жизни, пришлось перенести. Но, почему же души их не очерствели, почему они не испытывали дефицита совести, почему, в большинстве своем, не стали эгоистами, карьеристами, проходимцами и рвачами, почему с искренним рвением направлялись на целину, осваивали нефтегазоносные месторождения Западной Сибири, строили БАМ и другие важнейшие народно-хозяйственные объекты? Только ли призывы партии и комсомола двигали ими? А может все же, в основе цельности их натур было то тепло и человечность, которые они заметили в страшные годы войны, и которые исходили от старших, от измученных тяжелым трудом матерей, сдававших при возможности, как, в реальности, и мама писателя, так и мамы Коли из «Крутых гор» и Михаськи из «Чистых камушков», свою кровь, чтобы донорским пайком помочь голодным детям; от бабушек и дедушек, от мужчин-инвалидов войны?

А не эта ли человечность, самопожертвование, готовность делится с ближним помогла этому поколению, к которому принадлежит и Лиханов, пережить тяжелейшие испытания, страшнейшее предательство, крушение великой страны, «лихие 90-е», переживать вызовы сегодняшнего дня, оставаясь при этом людьми? Не война ли заложила в них, ее детей, потребность делать добро, когда самому трудно? Не она ли была застрельщицей того, что ее дети, живя сегодня на мизерные пенсии, продолжают помогать нынешним нуждающимся детям, перечисляя средства Российскому детскому фонду? Этот феномен не подается четкому объяснению. Вот только государство капиталистическое до сих пор не воздало им по заслугам…

О своем детстве писатель говорил и писал достаточно много. В принципе, все его военные произведения в какой-то степени автобиографичны, но, как и полагается литературным произведениям, высокохудожественны. Если же говорить о публицистических выступлениях Лиханова о тех годах, то, думается, будет уместным привести такое его воспоминание: «Думая о своей судьбе, безоговорочно великим в ней я считаю войну. Я вошел в горестное время – неосознанно, как большинство детей той поры, шестилетним несмышленышем, а вышел десятилетним человеком, немало понявшим и повидавшим. <…>

Мой родной городок на крутом берегу Вятки был в тылу, не горел в огне и не стонал под кованым сапогом врага, но нужду, но страдание, но страх за жизнь отца, который на фронте, но треугольники фронтовых писем, но школы, ставшие госпиталями и наши детские концерты посреди стонов и бинтов, шитье кисетов, сбор носков, но голодные обмороки, но ненависть к безвинным почтальоншам, приносившим похоронки, но протяжные гудки в черной тьме раннего зимнего утра, которые заменяли часы, но уроки при свете коптилок – все это и я и мои сверстники запомнили до конца своего, навеки».

Правдиво рассказать о том времени, о испытаниях выпавших на долю детей, стало для Лиханова той самой задачей, с которой он и шел в литературу, понимая прекрасно, что в ней нет места подражательству. Каждый литератор индивидуален и должен преподнести читателю что-то свое, пережитое, а может даже и выстраданное, обдуманное. Но и помог ему взяться за художественную литературу журналистский опыт. Закончив отделение журналистики Уральского государственного университета имени А.М. Горького Лиханов пройдет хорошую профессиональную школу в редакции газеты «Комсомольское племя», которую он и возглавлял, а затем и в качестве собственного корреспондента «Комсомольской правды» по Западной Сибири.

Добрую память о том, как следует писать, на чем акцентировать внимание оставят и его старшие товарищи, признанные авторитеты в области детской и юношеской литературы, бывшие и негласными наставниками – Лев Кассиль и Анатолий Алексин. Не так давно писатель, отдавая им дань благодарности, рассказывал о них со страниц «Литературной газеты».

Писательский разбег Лиханова был стремительным. Книги выходили одна за другой. Тепло воспринятые читателем, они благосклонно оценивались и критикой. Однозначно определялась и его магистральная линия – детско-юношеская проза. Однако не стоит оценивать ее столь прямолинейно. Произведения Лиханова, при том, что они нравились и детям, и подросткам, о чем они ему писали и продолжают писать в своих письмах, в не меньшей степени адресовались и взрослым. Ведь в них показывались жизненные коллизии, конфликты, переживания, проблемы и радости, связанные с самым драгоценным на земле – с детьми, предельно реалистично, но и не броско и вызывающе, как-то наиграно, с преувеличением проблематики, а трепетно и душевно, а такая проза, естественно, не может не волновать и взрослых, бывших вчерашних детей, а сегодня уже и родителей, обязанных достойно воспитывать своих детей. К сему следует добавить и то, что не может не вызывать у взрослых интереса, по крайней мере в советские годы такого не наблюдалось и книги писателя, изданные фантастическими по нынешним меркам тиражами, успешно расходились по огромной нашей стране, – произведения Лиханова, посвященные войне. Сам же писатель на сей счет еще в далеком уже 1975 году со страниц «Литературной газеты» писал:

«У литературы о войне совершенно особая, удивительная функция, функция нравственная. Ведь память о войне должна пронзать сердца, как пронзает она в Хатыни звоном колоколов, напоминать о горьких, невосполнимых утратах, которые понес наш народ… Ведь, рассказывая о войне, литература рассказывает не только о войне, она учит жить. Учит любые поколения». Очень хочется надеяться, что сегодняшние поколения, тем кому лет двадцать и постарше, прислушаются к классику…

Если же продолжить разговор о творчестве писателя, наиболее понятном для восприятия взрослым читателем, при этом в основном речь веду о советском его этапе, так как в настоящее время встретить книги мастера в моем провинциальном Симферополе практически не реально, разве что «Наш современник» иногда порадует, то считаю необходимым остановится на повести «Высшая мера», увидевшей свет в 1982 году.

Читать ее без внутреннего содрогания не получается. И отойти от той боли, ее наполняющей нелегко. Слишком много вопросов поставил в ней тонкий, способный улавливать мельчайшие душевные колебания художник, нарисовавший трагическую судьбу одной, отдельно взятой семьи. Но не сама беда, когда в финале повести нелепо погибает шестнадцатилетний внук главной героини, мужественной женщины с нелегкой судьбой Софьи Сергеевны Игорь, становится в центр повествования. Она – лишь апофеоз, своеобразная и вполне закономерная развязка. А вот причины, ее породившие заставляют ужаснуться. Перед нами яркий пример того, когда люди, ради мнимого благополучия, удовлетворения собственных амбиций, а также безволия, которое, как говорит нам автор, может также давать сытую, обеспеченную жизнь, идут на подмену ценностей вечных и нетленных на совокупность иллюзорных, никак не сопоставимых с человеческой природой и духом, нравственностью, радужных картинок существования.

Почему, озадачивает нас Лиханов, одна из двойняшек – Софья, москвичка, пережив войну, испытывая любовь к своей сестре, наложившей на себя руки из-за потери, несправедливой, от руки шпаны, любимого человека, замечательного человека, Героя; в ущерб личному счастью, но чувствуя вечный материнский долг за будущее детей, находит в себе силы, в крайне тяжелых послевоенных условиях, воспитывать двух ее детей – мальчика Сашу и больную, с родовой травмой девочку Алечку? Ведь могла же она от них отказаться? И ей предлагали предпринять такой шаг. Но, оказывается, – не могла, не представляла даже, как такое может случится, и, всем трудностям назло, воспитывала, – безмолвную, только мычащую девочку, благо, повстречалась ей одинокая старушка Мария – олицетворение вечной доброты и заботы о ближних, особенно тех, кто нуждается, и сына, которого поставила на ноги, выучила, женила. Потому, размышляя о трагедии семьи, взрослого, с виду успешного, но слабого, бесхребетного сына, ставшего разменной монетой в руках эгоистичной, готовой «любой ценой» на все, даже откровенное супружеское предательство идти, дабы только сделать головокружительную карьеру, чего последняя, кстати, способствуя разрушению семьи и добивается, говорит себе: «Что же осталось? Долг? А чем, собственно, так уж постыдно исполнение простых человеческих обязанностей? Плюнула на себя, о себе не подумала? Но разве мыслимо все рассчитать? Да и нужно ли?»

Где же та черта, за которой начинается распад человеческой личности, ставящей во главу угла собственное благополучие? Да, двое взрослых, обеспеченных людей, живущих в Москве, имеющих определенный вес в обществе, после долгих лет нелюбви и склок, происходивших на глазах у их единственного сына, принимают решение развестись. Но как могут они оставить одним сына? Или разве могут заменить ему, шестнадцатилетнему пареньку, в общем-то несмышленышу, не видевшему и не знающему жизнь, каждодневные сиюминутные приходы для доставки в обильном количестве продуктов и подарки, по случаю окончания девяти классов, со стороны отца – цветного телевизора, а матери – злополучного мотоцикла? А где же материнская и отцовская любовь? Где искреннее желание быть с сыном, вести его по жизни, хотя бы до совершеннолетия, радуясь, вместе с ним, его успехам? А может, заставляет задуматься нас Лиханов, все началось тогда, еще до Москвы, когда расчетливая, будущая мать, фактически, по-настоящему и не занимавшаяся воспитанием ребенка, Ирина, пошептавшись с беспринципным мужем Александром, с целью получения дополнительных квадратных метров жилья, заявят Софье Сергеевне о намерении завести ребенка?

«Детей не заводят, – предостерегает Лиханов, – это не котята! Их дарит судьба, и не всегда счастливая, между прочим! Ребенок – это высшее, понимаете ли, высшее, а не лишнее лицо, на которое дают квадратные метры!»

Любовь и страдание, жалость и жертвенность, сострадание и готовность бескорыстно помогать ближнему, честность и порядочность, ответственность и долг, нравственность и семейные ценности, карьеризм и безволие, желание внешнего блеска и серая семейная, лишенная элементарных человеческих радостей жизнь, – обо всем этом в повести не мало раздумий не просто не устаревших, а еще более, в десятки раз, в наше злое, бездушное, тусклое, где все покупается и продается, вплоть, как не страшно об этом думать и писать, до детей и человеческих жизней, время, а, напротив, актуальных, дающих возможность задать один из главных вопросов: кто мы – люди, пришедшие созидать в этот необъятный мир, или – особи, живущие ради убогих в сущности развлечений, достатка, стяжательства и погони за декларативной успешностью?

Размышляя об этом, вспоминая свое военное и послевоенное детство, Лиханов, словами Софьи Сергеевны констатирует: «…неужели бедность и безоглядность счастья так накрепко повязаны между собой? Неужели же вещи, деньги, благополучие пятнают чистоту и урезают искренность? В ту пору люди жили трудновато, редко кто в отдельных квартирах, собственные машины имели только крупные военные да профессора… это теперь мысль о связи счастья и благополучия не дает мне покоя, а прежде мы мало думали о таком. Но не тогда ли, не в ту ли пору безоглядного желания сытой жизни порвалась цепочка между добротой, любовью, верностью, между ценностями духовными и ценностями вещественными, когда за счастье принимают квартиру, машину, мебель…» Не это ли мещанское стремление к хуторянскому благополучию было цементирующей силой тех разрушительных процессов, когда предатели и очумелые обыватели добивали Советский Союз? К сожалению, оно, оно самое…

В предисловии к книге «Времена жизни», изданной в 1978 году в издательстве ЦК ВЛКСМ «Молодая гвардия» Альберт Лиханов писал: «Времена жизни существуют точно так же, как времена года. Детство сродни светоносной, солнечной весне, молодость – лету, зрелость – осени, а старость – зиме…

Впрочем, можно оспаривать эти сравнения, и я не претендую на завершенность суждения. Одно бесспорно: если времена года повторимы и можно много раз порадоваться весне, лету, осени и зиме, то времена жизни даются каждому всего один раз.

Только раз…

Не новая мысль: значит, прожить их надо, чтобы… Все это верно, все так, но можно прожить полную, насыщенную, полезную жизнь, так и не заметив жизни – ее времен, прелести ее всего лишь четырех перемен… Не правда ли, как часто, отмахав детство, человек спохватывается, что оно минуло, кануло в безвозвратность, дает себе слово хотя бы молодость провести с толком, радуясь ей, непременно загадав высокие цели, а в зрелости, перебирая дни, казня себя за прожитое впустую – ну не впустую, так иначе, чем загадывал, – клянется в сегодняшнем, в зрелости своей, «не гнать лошадей», видеть мир окрест, жить для людей и для себя – полной мерой, замирая от счастья исполненного слова и возвращенного долга…

Что ж, счастье это в руке, голове и сердце. Не избранного – каждого. Только не каждому оно дается. Ускользает. Исчезает. Манит недосягаемой доступностью. <…>

Прожить жизнь – как просто и как невозможно трудно, как доступно и как невероятно… Как неповторимо… Как ужасно неповторимо – с победами, с ошибками и потерями – не-по-вто-ри-мо».

А ведь как же верно все подмечено. Просто, без вычурных фраз, но с большим философским подтекстом, характерным для прозы и публицистики Лиханова. Писались эти размышления давно. Писатель вступал в пору зрелости, был хорошо известен советскому, да и зарубежному читателю своими «Крутыми горами», «Музыкой», «Деревянными конями», «Лабиринтом», «Обманом», «Солнечным затмением», «Паводком», «Моим генералом», удостоился премии Ленинского комсомола и награждался почетными знаками ЦК ВЛКСМ, занимался общественной работой, являлся членом ЦК ВЛКСМ и председателем Всесоюзного Совета творческой молодежи ЦК ВЛКСМ, успев до сего поработать и в аппарате главного комсомольского штаба страны, трудился главным редактором журнала ЦК ВЛКСМ «Смена», выполнял обязанности секретаря Правления московской писательской организации, а затем избирался и в Правления Союзов писателей РСФСР и СССР.

То бишь, определенный жизненный и писательский опыт за плечами у него имелся, сформировалось и мировоззрение, богатейший кругозор, представления о жизни, обществе, социалистическом государстве. Но, что более существенно для литератора, у Лиханова присутствовала большая потребность в откровенном разговоре с молодым читателем, на самые острые, волнующие молодежь темы. Начинал он его ранее, много серьезных и вдумчивых, глубоких и искренних раздумий вошло и в сборник публицистики «Конспект судьбы», увидевшего свет в той же «Молодой гвардии» двумя годами ранее. Продолжил и в более поздние годы, когда в 1989 году «Молодая гвардия» выпустила замечательную книгу «Бремя молодости».

Почему так подробно останавливаюсь на этих публицистических работах? А потому, что в них, на фоне прошедших десятилетий, когда жизнь наша кардинально изменилась и нет больше Советского Союза, а Ленинский комсомол из массовой, объединявшей всю советскую молодежь организации, превратился в пока не такой многочисленный, но боевой отряд оппозиционно мыслящей молодежи, книги эти не устарели, они также актуальны. В них глубокие, вечные, воспитательные, высоко нравственные темы и мысли. В них подлинный гуманизм, порыв времени, философские обобщения и выводы, необычайно важные в процессе нравственного и патриотического воспитания личности. В них весь Альберт Лиханов, – уникальная личность, философ, гуманист, учитель, тонко понимающий психологические аспекты в процессе воспитания личности, с самых первых осознанных шагов по жизни и борец, без ложного пафоса, вставший при этом во весь рост во имя детства, юношества и той зримой и незримой взаимосвязи, выступающей связующим звеном между так прекрасно описанными им временами жизни.

Книги эти автору данных строк по-особому дороги. Они наполнены теплыми воспоминаниями о малой родине писателя – удивительной Вятской земле, в них рассказы о комсомольских вожаках, о писателях и литературе, диалоги с классиками русской советской литературы; опубликовавшим первый рассказ Лиханова в возглавляемом им журнале «Юность» – Борисом Полевым (в 1985 году писатель будет удостоен премии имени Б. Полевого), Михаилом Алексеевым, Сергеем Михалковым; присутствуют там раздумья и письма о молодежи и детях, невыдуманные истории молодых людей; полны они философией добра, основанной на нравственных ценностях, стремлении к жизни осознанной, целеустремленной, наполненной любовью, духовностью, жертвенностью; посвящает писатель и целый раздел в книге «Времена года» Николаю Островскому (в 1982 году писатель будет удостоен премии имени Н. Островского), подготовив к публикации в соавторстве с В. Шмитковым подлинные письма Николая Островского к своему другу Петру Новикову. Сколько в них искренности, силы воли и духа, стремления жить полной грудью, без «мелочных страстишек», а с высоко поднятой головой, вместе с страной и ее народом. Не случайно и завершает Лиханов свой рассказ-исследование о великом писателе-борце наставлением:

«Жить и зажигать сердца.

Новые и новые пополнения приходят на смену ленинской гвардии комсомольцев-корчагинцев. А Островский живет и зажигает сердца миллионов.

Своим примером.

Своим словом.

Вечно живым Павкой».

И как бы не бесновалось либеральное отребье, а интерес к Островскому и его Павке не пропадает, вновь к вечному роману тянется молодежь. Уверен, ряды ее будут расти. Вот им то, молодым, но желающим жить в процветающей России, при справедливом социалистическом строе и следует прочитать публицистические вещи, впрочем, в обязательном порядке и художественную прозу Альберта Лиханова. Книги писателя помогут им найти ответы, или, может, на первый раз, ключи от них, на многие волнующие вопросы. А как полезно и молодым, и людям вполне зрелым прочитать доклад Лиханова на Всесоюзной учредительной конференции Советского детского фонда имени В.И. Ленина и его публикации в защиту детства, а также элегию «Родительская суббота», такую трепетную, необычайно проникновенную, наполненную неизбывной любовью и благодарностью, и которую он посвятил бабушке и дедушке, а вместе с ними и первой учительнице А.Н. Тепляшиной, к которой Альберт Анатольевич придет в гости, когда ей, заслуженной учительнице, кавалеру двух орденов Ленина будет 95 лет.

Верится и в то, что на вооружение эти книги возьмет и сегодняшняя комсомолия, ее вожаки. Да и вообще, нашему комсомолу, ЦК ЛКСМ РФ было бы очень полезно наладить диалог с Альбертом Анатольевичем. Познакомится с ним лично и с его творчеством. А значит стать духовно богаче, впитав в себя все то лучшее, что создано писателем.

В этой связи нельзя не сказать и о той преданности к Ленинскому комсомолу, которой писатель, в преддверии 100-летия ВЛКСМ, поделился с согражданами через публикацию в «Советской России» и «Нашем современнике» очерка «Свой среди своих». Комсомолец с 1950 года, Лиханов в нем вспоминает свой комсомольский путь, называет десятки славных имен, с которыми его свел комсомол, и резюмирует, что «из 100 возможных лет 68 я если и не числюсь, то полагаю себя верным ему. Как и верным Родине и делу, которому служу во всех своих обязательствах».

В данном очерке Лиханов касается и того, как пробивал он в высших властных кабинетах СССР вопрос о проблемах детей-сирот. Не все шло гладко, но ему, в том числе и благодаря давним комсомольским знакомствам, удалось передать свое письмо по данной проблеме в адрес Генерального секретаря ЦК КПСС К.У. Черненко. Писателя услышали. Было дано соответствующее поручение первому заместителю председателя Совмина СССР Г.А. Алиеву. Многолетний азербайджанский лидер, по словам писателя, «выполнил эту работу блестяще. В 1985-м появилось первое постановление (ЦК КПСС и Совета Министров СССР. – Р.С.), перевернувшее сиротский мир». А через два года Лиханова почти четыре часа будет слушать Председатель Совета Министров СССР Н.И. Рыжков. 31 июля 1987 года Альберт Анатольевич о проблемах сиротства докладывал на заседании Политбюро ЦК КПСС. «Потом мне шепнули: «Еще ни один писатель не выступал на ПБ по вопросам, литературы не касаемых».

Так и зарождался Советский детский фонд имени В.И. Ленина, к счастью, и в первую очередь благодаря титаническим усилиям Лиханова, как бессменного председателя, его авторитету, умению решать сложные, кажущиеся нерешаемыми вопросы и задачи, фонд активно работает и ныне. Сколько же за эти тридцать с лишним лет Советским, а затем и Российским детским фондом было осуществлено добрых дел? Наверное, не счесть. Сколько сирот, нуждающихся в помощи, лечении, адаптации детишек прошло через его доброе участие? Хотя статистика, какой бы внушительной и впечатляющей она не была, никогда не заменит детских улыбок.

Да и не в цифрах дело. А дело в том, что такие великие педагоги, сподвижники, продолжатели дела А. Макаренко, В. Сухомлинского, как Альберт Лиханов, директор Ташкентского детского дома, Герой Социалистического Труда Антонина Хлебушкина, главный врач Дома ребенка № 12 Москвы, Герой Социалистического Труда Марина Контарева, директор школы-интерната из Ровенской области, Герой Социалистического Труда Анна Нестеренко, директор Очерской спецшколы Пермской области, Герой Социалистического Труда Георгий Сологуб, директор Сыктывкарской школы-интерната Александр Католиков и др., тогда, в 1987 году осуществили неоценимое по значимости начинание, учредив в стране, при поддержке государственных органов, уникальный детский фонд, который уже в следующем году, во главе с Лихановым проведет большую работу по эвакуации и оказанию помощи детям, пострадавшим от землетрясения в Армянской ССР. Он живет, в его рядах работают замечательные люди, те, у кого сердце болит за детей, их достойное будущее. Продолжает и свою работу, возглавляемая Лихановым Международная ассоциация детских фондов, созданная в 1992 году.

Имеет Альберт Анатольевич и опыт участия в решении государственных дел. Он избирался народным депутатом СССР и членом Верховного Совета СССР, занимался работой по ратификации в СССР Конвенции о правах ребенка, участвовал в работе институций ООН.

Как замечательно, когда большой талант художника соседствует с добрыми делами небезразличного к судьбам Родины гражданина. Такой сплав практических дел, направленных на защиту детства, патриотическое воспитание и духовное развитие личности, воистину бесценен. Недаром Лиханов является академиком Российской академии образования и Российской академии естественных наук, почетным доктором и профессором целого ряда российских университетов и японского университета Сока (Токио).

Творчество писателя многогранно. Многое можно сказать о каждой написанной им вещи. Более пристального изучения требуют и его произведения, написанные в условиях буржуазной России. Вообще о писательской и общественной деятельности Лиханова следует писать чаще, неплохо бы увидеть и новые книги о нем. Надеюсь, этому быть, как быть и новым книгам нашего выдающегося классика.

Альберт Анатольевич Лиханов продолжает нести свою вахту патриота и гражданина, писателя и публициста, председателя Российского детского фонда и общественного деятеля, борющегося за счастливое детство России. Пожелаем же ему здоровья и успехов в его многотрудной, но крайне необходимой для страны деятельности.

Руслан СЕМЯШКИН, г. Симферополь

Читайте также

Иркутск. «Русский Лад» требует освобождения Андрея Левченко Иркутск. «Русский Лад» требует освобождения Андрея Левченко
Иркутское областное отделение Всероссийского созидательного движения «Русский Лад» выражает протест против политического преследования Андрея Сергеевича Левченко – руководителя фракции КПРФ в Законода...
20 Октября 2020
Алатырь. Полчаса поэзии во дворце культуры Алатырь. Полчаса поэзии во дворце культуры
В погожий, тёплый и солнечный воскресный день 11 октября этого года, в Алатырском городском Дворце культуры состоялось долгожданное открытие 41-го по счёту творческого сезона и 2-я ежегодная церемония...
20 Октября 2020
А. Проханов. Одиночество Путина А. Проханов. Одиночество Путина
Долгие годы в российском обществе существовала стабильность. Она держалась на динамическом равновесии&nbsp;двух укладов: либерального, вершиной которого был правящий класс, и патриотического, сост...
20 Октября 2020