Лев Овалов: судьбы, ставшие историей

Лев Овалов: судьбы, ставшие историей

О писателе Льве Овалове автор этих строк задумался написать очерк пару лет тому назад. Тогда же началось знакомство с его некоторыми произведениями, ранее мне неизвестными, которое, если разобраться, и укрепило понимание необходимости в более тщательном изучении биографии и творчества этого порядком подзабытого советского писателя-коммуниста. К тому же, совершенно неожиданно из статьи историка и литератора А. Замостьянова «Майор Пронин возвращается», опубликованной в «Литературной газете» (№ 44 от 31.10 – 06.11.2018 года) стало известно и о выходе в 2018 году в свет никогда не издававшегося романа из серии произведений о майоре Пронине «Тайна черной магии».

Но, естественно, не на похождениях легендарного чекиста, созданного воображением писателя, считаю необходимым сделать акцент. В жизни и творчестве Льва Сергеевича было много чего, на мой взгляд, куда более существенного и интересного. Подтверждение чему нашлось в процессе самой работы над этим очерком, когда творческие искания привели к тому, что за помощью пришлось обращаться в Смоленский обком КПРФ.

Не буду забегать вперед, обо всем по порядку. Подчеркну единственно то, что сей рассказ приурочен к 115-летнему юбилею со дня рождения писателя, пришедшемуся на последние числа августа текущего 2020 года.

***

Творческая биография Льва Овалова начиналась с напечатанной на страницах журнала «Октябрь» в 1928 году повести «Болтовня». Тогда молодому автору сопутствовал явный успех.

Эта повесть о рабочем-печатнике оказалась более чем своевременной и нужной для РАПП (Российская ассоциация пролетарских писателей), в рядах которой он, будучи в 23-летнем возрасте назначен редактором всесоюзного журнала «Селькор», состоял. В РАПП молодой автор стал просто находкой. Идея, выдвинутая лидерами ассоциации, о необходимости «большевистского рабочего ядра художественных произведений, воспроизводящих образ рабочего-большевика, переделывающего мир», требовала конкретного и безапелляционного подтверждения в лице новых литераторов. Таким неопровержимым воплощением рапповских лозунгов и становится Лев Овалов, объявленный ими рабочим, пришедшим в литературу.

Справедливости ради, следует отметить и то, что боевая и наступательная позиция рапповцев, декларировавших «ясную, твердую, строго выдержанную коммунистическую линию в художественной литературе», в свою очередь, также не могла не привлечь начинающего писателя. Окончательное же их сближение произойдет к началу 1930 года, когда в Москве будет создан литературно-художественный и культурно-бытовой массовый журнал пролетарских писателей «Рост», в котором Овалов становится заместителем ответственного, то бишь главного редактора, – В. Киршона. Последний, в то время достаточно влиятельный литературный функционер, в редакции этой заметной трибуны рапповцев появлялся не часто, фактическое же руководство журналом осуществлял Лев Сергеевич.

Задержится он тут, однако, ненадолго. Острая литературная борьба, развернувшаяся в творческой среде между различными группами литераторов, основанная на их искренних убеждениях и заблуждениях, буквально через год работы в «Росте», приведет Овалова в редакцию «Комсомольской правды». Здесь же, совместно с другими сотрудниками литературного отдела газеты, солидаризировавшись с панферовской (от имени писателя Ф.И. Панферова. – Р.С.) группой при журнале «Октябрь», он вливается в острую полемику с РАПП, обвиняя ее руководителей в забвении интересов и запросов молодежи. Позицию «Комсомольской правды» в той ситуации поддерживала и ленинская «Правда».

Вместе с тем, вернусь к вопросу о пролетарском происхождении писателя. Откровенно говоря, таковым оно не являлось.

Десятилетним мальчиком суждено ему было потерять отца – С.В. Шаповалова, погибшего в 1914 году на фронте. Мать, выпускница медицинского факультета Московского университета, Софья Николаевна Тверитинова-Шаповалова, происходившая из знатного рода, в котором были и мыслители, и ученные, осталась с двумя сыновьями на руках. К слову, и отец будущего писателя происходил не из простой семьи – его дед, профессор С.И. Баршев в 70-е годы XIX столетия был деканом юридического факультета, а затем и ректором Московского университета.

В 1918 году, голод заставит оставшуюся без кормильца семью покинуть родную Москву. Приютом для них станет село Успенское Орловской губернии, где Лев вместе с братом пойдет учиться в сельскую школу. В этой же школе и учительствовала их мать, знавшая французский и немецкий языки, сослужившие ей хорошую службу и позволившие содержать всю семью.

Конечно, обучение в сельской школе не шло ни в какое сравнение с занятиями в московской 7-й гимназии. Куда как больше практических знаний приобретал тогда впечатлительный, рассудительный и бойкий юноша на уроках классовой борьбы, развернувшейся в пробужденной Великим Октябрем деревне. В 1919 году, незадолго до прихода деникинцев, Льву, как самому грамотному, волостной комитет партии поручает создать комсомольскую ячейку. И это задание, оказавшееся далеко не простым, он выполняет – восемь человек для организации найдены. Комсомольская ячейка в Успенском становится одной из первых на Орловщине. Начинается активное внедрение в новую жизнь – участие в решении продовольственного вопроса и в работе комитетов бедноты, борьба с кулаками, постижение статей и выступлений Ленина, чтение большевистских газет и брошюр.

Летом двадцатого года Льва Шаповалова принимают в партию. Ему всего-то пятнадцать лет от роду. Но в те годы, тем более получив возможность зарекомендовать себя в комсомольской деятельности, он воспринимался вполне взрослым и готовым к этому ответственному шагу. И старшие товарищи, принимая ответственное решение в нем не ошиблись – менее чем через год молодого коммуниста изберут секретарем Малоархангельского уездного комитета РКСМ. А еще через два года его направят на обучение в Москву, где занятия общественными науками в Московском университете он будет успевать чередовать с работой заведующего библиотекой в клубе грузчиков и посещением литературного кружка «Антенна» при Хамовническом райкоме партии.

С этого времени начинают возникать у него мысли и о литературном труде. Ему хочется взяться за перо. Зреют первые замыслы, которые он, как и многие из его будущих собратьев по литературному цеху, пытается реализовать через газету. Так на страницах «Рабочей Москвы» и «Крестьянской правды» появляются первые пробы молодого автора. На газетных полосах родится и псевдоним будущего писателя.

Практически через полстолетия, где будут взлеты и падения, напряженные и приносящие радость писательские будни, удачные и не очень, произведения, годы вынужденного забвения в период «пятнадцатилетней паузы», когда он в результате оговора окажется в заключении, полная реабилитация и восстановление в партии, а затем и новые творческие искания, перебазировавшиеся в прозаические произведения; в очень зрелом возрасте, в начале восьмидесятых годов XX столетия, писатель представит на суд читателей роман «Двадцатые годы». Его автобиографичность, при том, что главного героя он наречет Славой Ознобишиным, предельно очевидна. Фактически, писатель на лично пережитом материале создал увлекательное повествование-размышление, которое ко времени его написания можно рассматривать как художественное свидетельство участника грандиозных исторических событий революционной эпохи.

Своеобразие же этого романа в том, что движение в нем идет от конкретных частностей к тому общему, что и отличало то бурное время. Так на фоне вполне обыкновенной истории подростка, вместе с матерью заброшенного из Москвы в неведомое им село Успенское и ставшего, за каких-то пару лет комсомольским вожаком и коммунистом, в его исканиях, в осознанных поступках, в отношениях с товарищами и с теми, кого можно назвать только попутчиками, мы видим характерные черты жизни молодежи тех лет. И писатель представляет их более чем достоверно. Не уходит он и от нелицеприятных моментов, которые были, не столько даже у вымышленного Ознобишина, сколько у него самого, и которые и по прошествии не одного десятилетия, не растворились в анналах памяти.

Интересен эпизод о прохождении Славой партийной чистки:

«– А кто ваши родители?»

Погибший в четырнадцатом году на германском фронте отец, и учительствующая на селе мать – педагоги. Значит, они интеллигенты. И сам Слава, следовательно, тоже интеллигент. Но вариант этот по тем временам, явно был не из лучших.

«– Ладно, – сказал Неклюдов. – А вот достаточно ли вы подготовлены руководить н а ш е ю молодежью?»

При том, что претензий к Ознобишину вроде бы и нет, – все же он молод, к тому же из интеллигентов. И представитель губкома предлагает: «Переведем в кандидаты, пусть поучится, а дальше посмотрим».

«Неклюдов повернулся к Ознобишину:

– А что скажешь сам?

Однако спрашивать Славу было излишне. Он стоял, вдавившись спиной в стену, и плакал. Нет, не вздыхал, не всхлипывал, а плакал…»

В романе «Двадцатые годы» нас ждет погружение в сонм непростых вопросов, встающих перед молодым коммунистом Славой Ознобишиным, не потерявших своей актуальности и в наши дни. В жгучих раздумьях, вместе с героями книги мы пытаемся осмыслить такие явления, как: жестокость жизни и тяжесть разочарования в людях, а, следовательно, и способность человека выстоять в такой ситуации; как быть справедливым, причем не только к самому себе, но и к окружающим людям, к самой жизни; как соприкасаются наши мечты с действительностью, нет ли тут противоречия; в чем заключается счастье и как к нему подобраться? Подобные вопросы и поиск ответов на них и формировали в поступательном движении по заданной революционным взрывом траектории, характер, а вместе с ним и все существо главного героя, то бишь самого Льва Овалова.

Соприкосновение с периодом молодости из биографии известного человека, к тому же по-настоящему зажигательным, взрывным, полным захватывающих эпизодов, не может не вызвать заинтересованности. Так получилось и в случае с повествованием Овалова, решившего правдиво рассказать о том, как начиналась его сознательная жизнь. И надо признать, что с поставленной задачей автор справился – картина, показывающая годы вхождения на осознанный житейский путь и отображающая самое время, в котором этот его путь начинался, нарисована реалистично, без прикрас и пространных отвлечений. Хотя не лишена она и ноток лиризма, теплоты, заметна в ней и внутренняя авторская энергетика.

Вновь перелистывая страницы романа, вчитываясь в некоторые характерные и существенные детали всей канвы повествования, невольно сталкиваюсь с мыслью о том, что роман «Двадцатые годы», прежде всего, по идейно-смысловой предопределенности, можно сравнить с замечательным автобиографическим романом Ильи Сельвинского «О, юность моя!», рассказывающим о предреволюционных и революционных событиях в Крыму. При всей очевидной несхожести авторов, разности их мировосприятия, взглядов на литературный процесс, самих жизненных дорог, по которым они шли, писательскую задумку, им – представителям одного поколения (И.Л. Сельвинский старше Л.С. Овалова на пять лет) пришлось осуществлять общую. Для нас же, сегодняшних читателей, оставшихся верными идеалам Великого Октября, очевидным и главным является четкое понимание того, что вдумчивое постижение сути революционной поры, самой природы революции, невозможно без обращения к лучшим образцам советской художественной прозы о том грандиозном времени, каковыми навсегда и останутся вышеназванные книги.

Но, все же, продолжим разговор о профессиональном взрослении и становлении писателя. В 30-е годы, уделяя много времени административной работе, а Овалов успеет поработать главным редактором таких журналов, как «Вокруг света» и «Молодая гвардия», он напишет два романа и две повести, несколько сборников очерков и рассказов. Наибольший резонанс будет иметь написанный в 1931 году роман «Ловцы сомнений», признанный критиками неудачным. В 1937 году писатель напишет повесть «Утренняя смена», которую не раз переиздадут и в более поздние годы.

Замысел этой повести родился в годичной творческой командировке на одном из флагманов советской индустрии – Уральском заводе тяжелого машиностроения им. Серго Орджоникидзе. Героями этой незамысловатой, даже, можно сказать, наивной (писателю было тогда тридцать лет и многообразия жизни, живя в Москве, он еще не видел) повести становятся молодые уралмашевцы, списанные с натуры.

Одним из главных персонажей повествования выступает молодой китайский интеллигент Чжоу. Казалось бы, ну что тут примечательного – в те годы в СССР прибывало немало китайцев, учившихся и работавших в нашей стране. Появлялись они и на страницах художественных произведений тех лет, как, например, в романе А.Д. Коптяевой «Фарт». В случае же с героем Овалова есть одно интересное обстоятельство. Прототипом Чжоу являлся Чан Чинго (в иной транскрипции – Цзян Цзинго), сын небезызвестного руководителя Гоминьдана Чан Кайши, учившийся и окончивший в Москве Коммунистический университет трудящихся Востока, живший у старшей сестры В.И. Ленина – А.И. Ульяновой-Елизаровой, взявший даже фамилию Елизаров, и работавший в те годы на «Уралмаше». Лев Овалов целый год прожил с ним в одной коммунальной квартире в Свердловске.

Превратность же судьбы заключалась в том, что в повести, как и было в реальной советской действительности, Чжоу мы видим стойким революционером, возвращающимся в Китай бороться за освобождение своей родины, а на самом деле, в жизни дальнейшей его все сложится совсем по-другому. Чан действительно вернется в Китай и достаточно быстро найдет общий язык со своим отцом. После смерти Чан Кайши десять лет он будет пребывать на посту президента Тайваня и запомнится своим ярым антикоммунистическим настроем. Будет он участвовать и в деятельности Всемирной антикоммунистической лиги. В повести «Утренняя смена» главная героиня Зина Демина, ставшая женой Чжоу, отказывается покидать родную страну и ехать с ним в Китай. Но у президента Тайваня с 1978 по 1988 годы Цзян Цзинго супруга Цзян Фанлян в прошлом была советской гражданкой и звали ее Фаиной Ипатьевной Вахревой. Что ж, бывает в жизни и такое. Порой ее зигзаги настолько непредсказуемы, что и объяснить их не всегда представляется возможным. Впрочем, в жизни самого Овалова такие диаметрально противоположные скачки бывали не единожды.

Наверное, для многих советских читателей старших поколений, имя Льва Овалова прежде всего ассоциировалось с созданным им образом майора Пронина. Этот герой полюбился, продолжений рассказов о нем, печатавшихся в «Огоньке» ждали, а писателя воспринимали как прозаика, работающего в детективном жанре. Писать о майоре Пронине он стал тогда, когда возглавлял журнал «Вокруг света» и не нашел отклика от писателей, сотрудничавших с журналом, на свое предложение о написании произведений о политической разведке. Сложилась ситуация, подтверждающая жизненное правило о том, что инициатива наказуема.

Началом повествования о майоре Пронине стал рассказ «Синие ночи», напечатанный в журнале «Вокруг света». С него же будет начинаться и будущая книга «Приключения майора Пронина», в рукописи завершенная в 1940 году и предложенная для опубликования в журнале «Знамя». Параллельно эта книга готовилась к выпуску и в Воениздате. Но не так-то просто складывался ее путь к выходу в свет – где-то сложилось мнение, что печатать ее нельзя. Почти год редактор «Знамени» В.В. Вишневский, как только мог боролся за пересмотр такого, явно ничем не обоснованного мнения. Поможет же решить этот вопрос никто иной, как В.М. Молотов. Доподлинно неизвестно, каким образом к нему попала верстка повести, но история свидетельствует, что он ее прочел. Дойдет даже до того, что писателю будет звонить помощник Вячеслава Михайловича. И вот в апрельском номере «Знамени» за 1941 год появляются «Рассказы майора Пронина», а чуть позже «Огонек» напечатает продолжение – «Голубой ангел». В мае повесть выйдет отдельной книгой. А еще через месяц гражданина Шаповалова Льва Сергеевича арестуют…

После полной реабилитации и возвращения в Москву писатель продолжил работать, развивая детективное направление. Несколько раз переиздадут «Приключения майора Пронина». В 1957 году журнал «Юность» напечатает новую повесть «Букет алых роз». Через год журнальный вариант этой повести издадут отдельной книгой. Большой успех будет иметь опубликование «Огоньком» повести «Медная пуговица», ожидавшей встречу с читателями целых двадцать три года. В 1962 году выйдет еще один детектив писателя – повесть «Секретное оружие».

И как бы кто не относился к чтению детективов, тем более в наше время, когда некоторые современные авторы стали их «плодить» один за другим, Овалова не стоит воспринимать как писателя, создававшего увлекательные, но отвлеченные от реальной действительности вещи, тем более, что в повествованиях о майоре Пронине поднималось немало и вполне серьезных вопросов. Да и самим Прониным руководило помимо профессионализма, его мировоззрение, верность коммунистическим идеалам, исключительная партийность. Сам же писатель считал свои рассказы и повести о бесстрашном майоре написанными «условно говоря, в приключенческом жанре». Нравственные основы и идейную направленность «Рассказов о майоре Пронине» отмечал еще до войны даже критик В.Б. Шкловский: «… Надо было внести в произведение моральный элемент… Л. Овалов напечатал повесть «Рассказы майора Пронина». Ему удалось создать образ терпеливого, смелого, изобретательного майора государственной безопасности Ивана Николаевича Пронина…»

В писательской судьбе Льва Сергеевича в 1962 году, в Кремле, где ему пришлось быть участником совещания по Нечерноземью, состоится незабываемая встреча, позволившая в результате написать удивительную книгу – проникновенный, опять же, взятый из жизни, рассказ об обычной русской женщине и ее нелегком пути от рядового агронома до первого секретаря райкома партии. Случайное знакомство с женщиной в строгом костюме со значком депутата Верховного Совета СССР, узнавшей, что ее собеседник – писатель и бросившей ему в лицо упрек, что, дескать: «Жизни-то вы не знаете. Сидите здесь, в Москве, никуда не ездите…», заставило Овалова, буквально через месяц, переступить порог Дорогобужского райкома партии Смоленской области, где и секретарствовала его новая знакомая – Анна Антоновна Алексеева.

О том, как удалось писателю разговорить внешне суровую, не поддающуюся на сентиментальность и умевшую контролировать свои эмоции женщину, он в последствии не распространялся. Да это для нас и не столь существенно. Главное же было в том, что эта, наделенная народом властью женщина, фронтовичка, познавшая горе, не раз жизнью битая, но сумевшая добиться определенных высот, поведала писателю все свое непростое житье-бытье. Так, по свежим следам и огромному впечатлению от откровенной исповеди А.А. Алексеевой, писатель напишет замечательный роман – «История одной судьбы», произведение, одновременно документальное, и, в то же время, ставившее задачу показать детально выписанный портрет деловой женщины-руководителя шестидесятых годов, как активной участницы процессов социалистического строительства на селе, характерных для той эпохи.

Героиню романа «История одной судьбы» автор назовет Анной Андреевной Гончаровой. Она предстает нашему взору цельной, деятельной, кипучей натурой. Интересны ее профессиональный взлет, ее мысли, переживания, ее диалоги с другими персонажами произведения. И так, с каждой страницей, она низменно продолжает расти в наших глазах – приобретаются знания и опыт, вступает в партию, «потому что ей я обязана…», растет как специалист и неравнодушный гражданин, заботливо растит детей, пытается словом и делом влиять на непутевого, пьющего мужа, избирается депутатом областного совета, помогает людям, все больше втягивается в общественно-политическую деятельность, выдвигается во вторые, а затем, и в первые секретари райкома КПСС.

Придя в Сурожский райком партии, Анна начинает постигать премудрости повседневной работы с людьми, сталкивается со многими повседневными проблемами: «Было множество частных случаев, они стекались в райком отовсюду, принималось множество частных и совершенно конкретных решений, но каждое частное решение было в то же время и обобщением, каждое решение, чего бы оно ни касалось, становилось одновременно формулой, дававшей направление последующим решениям. Но если математики имеют дело с числами и цифрами, партийные работники соприкасаются с реальными событиями и живыми людьми. <…> Многое надо было понять, и она принялась искать, кто бы мог объяснить ей происходящее. Она обратилась к Ленину. Это был родник, к которому она стала приникать все чаще. Раньше она читала его по обязанности. В техникуме. Перед вступлением в партию. Теперь она обращалась к нему с интересом человека, ищущего правильного решения, и с каждым днем интерес этот усиливался. Должно быть, для того чтобы понимать Ленина, нужно приобрести какой-то собственный опыт. Опыт жизни. Теперь она жила, читая Ленина, и именно Ленин, Анна отчетливо это понимала, во многом помогал разбираться ей в обстановке, и работать, и жить».

Этот авторский рассказ о внутреннем мире героини, пытающейся освоится на новом ответственном поприще, на первый взгляд, мало чем примечателен. С одной стороны, все предельно понятно – работа с людьми требует внимательности, отзывчивости, жизненного опыта, знаний, и обращение к Ленину, в данной ситуации, вполне естественно. Но, имеется и другая сторона медали, и в романе мы ее также наблюдаем: далеко не все живут тревогами Анны Андреевны, начиная с мужа, члена партии, беспринципного деградирующего человека, и заканчивая первым секретарем райкома партии Тарабриным, стремящегося, будучи по сути к ним равнодушным, к общим успехам района, и не всегда способного видеть и слышать простого человека. В этом, пожалуй, и вся соль – по зову ли сердца, с чистой совестью, с добрыми намерениями, ты взваливаешь на себя груз ответственности за судьбы людей, или идешь по этому пути ради славы, престижа, возможности быть выше и значимее других?

Показывая постепенный идейный и профессиональный рост героини, Овалов приводит ее к пониманию своей непростой миссии партийного секретаря, нисколько не устаревшей и в наше время, притом, что партия наша сегодня не правящая: «Странная у нее профессия. В прошлом она агроном. Да, в прошлом. А теперь профессия у нее посложнее. Партийный работник. Раньше эта профессия называлась – профессиональный революционер. Очень сложная и очень трудная профессия. Настоящий человек, честный, идейный, способный, на этой работе – все, никчемный человек – ничто. Счастье, что на этой работе трений больше, чем радостей, не очень-то на нее рвутся никчемные люди, а удержаться на ней и вовсе не удерживаются. <…> Кто же такой – секретарь райкома? Как будто непосредственно ни за что и не отвечает, и, однако, за все в ответе».

Роман «История одной судьбы», написанный без малого шестьдесят лет тому назад, не потерял своей актуальности. В нем прослеживаются ситуации и конфликты, сплошь и рядом имеющиеся и в дне нынешнем. Много интересного и поучительного в нем написано о самой природе руководителя. О том, как некоторые выдвиженцы умеют восхвалять и, при первой же смене обстоятельств, топить вчерашних своих кумиров, требуя для них самого сурового наказания; о том, как можно, занимая высокие посты, быть при этом безучастным и беспринципным; о том, как «плохо, когда у руководства стоят люди без реальных заслуг перед народом». И, что характерно, в повествовании нет фальшивых разоблачений, в результате которых, негативные персонажи уходят со сцены и лишаются своих должностей и положения в обществе.

Писатель не кривил душой и не пытался создать сладостное послевкусие – смотрите мол, все плохие назначенцы лишились постов и им на смену пришли хорошие и достойные. Нет, так, как известно, в жизни не бывает, нет таких счастливых, но далеких от реальности, случаев и в романе. Есть же в нем четкое напоминание о том, что за морально-нравственный и идейный облик коллектива необходимо бороться, что нельзя отодвигать этот вопрос на задний план, забывая о ленинских принципах работы с кадрами. Что ж, есть над чем задуматься… Вопрос лишь в том, что роман «История одной судьбы» мало кому сейчас известен. Его давно не переиздавали, а те издания, которые увидели свет, стали уже библиографической редкостью.

***

Буквально на этих размышлениях, добавив к ним информацию о том, что Лев Овалов прожил большую жизнь, уйдя из нее в возрасте 91 года, и планировалось завершить настоящий очерк. Главное, думается, о писателе и его творческом наследии сказано.

К счастью, живы его книги. Повести о майоре Пронине вообще переиздаются. И даже, как было сказано в начале данного повествования, усилиями небезучастных к имени писателя людей, два года назад свет увидел ранее не издававшийся роман из этого же детективного цикла. При желании, можно через библиотечные фонды и иные доступные источники ознакомится и с другими, более ориентированными на социально-политическую проблематику произведениями этого замечательного писателя-коммуниста. Память добрая о нем продолжает жить…

***

Работая над очерком, перечитывая вновь, исключительно полезный и для восприятия сегодняшними нашими партийными работниками, роман Льва Овалова «История одной судьбы», как-то непроизвольно задумался и над тем, а что же известно об Анне Антоновне Алексеевой, кроме того, что при профессиональном художественном подходе, поведал нам писатель? Когда она родилась, какие реально занимала должности? Когда избиралась в партийные органы и в Верховный Совет СССР? Вопросы вроде и отвлеченные, а все ж таки, имеющие право на жизнь.

Первым делом, обратился к вездесущему интернету. Небольшое сообщение в электронной энциклопедии «Википедия» об Алексеевой присутствует. Но все ли в нем достоверно? Да и имеющаяся там информация говорит не о многом.

Решил написать обращение в архивный отдел Администрации муниципального образования «Дорогобужский район» Смоленской области. В ответе, полученном от этого учреждения мне рекомендовали обратиться в Государственный архив новейшей истории Смоленской области, что и было сделано. Последний, также оперативно, как и районная архивная инстанция, ответил мне, сославшись на действующее законодательство, что «для направления в ваш адрес сведений биографического характера об Алексеевой А.А. просим предоставить письменное разрешение наследников или отношение заинтересованной организации».

Как видите, вполне на законных основаниях круг замкнулся. Получить какие-либо официальные сведения об Алексеевой, у меня, естественно, никаких оснований и возможностей больше не было. Так, полагал, все на этом и закончится.

При всем при том, несколько поразмыслив, задался вопросом, – а может быть «заинтересованной организацией» мог бы выступить Смоленский обком КПРФ. Написал письмо его первому секретарю В.В. Кузнецову. Уважаемый Валерий Венедиктович не только откликнулся на мое обращение, но и после того, как полученные им из вышеназванного государственного архивного учреждения Смоленской области копии документов с его сопроводительным письмом были мне направлены почтой, нашел еще к тому же и возможность перезвонить незнакомому заявителю, тем самым удостоверившись в получении отправленных им материалов. Искренне благодарю лидера смоленских коммунистов за такое внимательное отношение и оказанную помощь.

Итак, поиск достоверных данных позволил узнать об Анне Антоновне Алексеевой следующее. Родилась она в 1922 году в деревне Карды Ершичского района Смоленской области в семье крестьянина-середняка. Отец одним из первых вступил в колхоз, работал бригадиром строительной бригады, в 1937 году был арестован и пробыл в заключении до начала войны, в которой он участвовал, имел ранения. После окончания ВОВ он вернулся в родные места и продолжал трудиться. Трудовую деятельность, после окончания сельскохозяйственного техникума, Анна, являясь членом ВЛКСМ, начала в 1939 году агрономом Барятинского госсортфонда. Великую Отечественную войну Анна Алексеевна, имея на руках маленькую дочь, встретила в Керчи. В составе Красной Армии принимала участие в боях за Крым и Кубань, в 1943 году была тяжело ранена. После излечения в эвакогоспитале в г. Сочи, длившегося три месяца, работала агрономом в Белореченском районе Краснодарского края. В 1944 году возвратилась в Смоленскую область. Долгие годы работала агрономом. С 1947 года – в Дорогобужском районе, где и выдвинулась на руководящую работу. В 1951 Алексеева вступила в партию.

Просматривая копии документов из личного дела Алексеевой, убеждаешься, каким же сильным и волевым человеком она была. Непростое и не сытое детство, избу у семьи изъяли под сельский совет, вынужденные переезды вместе с младшими сестрами и братом, арест отца. Война… Созидательный труд на сельскохозяйственной ниве. Воспитание двух дочерей и сына, заочное обучение в сельскохозяйственном институте. И, наконец – многолетнее служение стране, партии, людям.

Приведу выдержку из характеристики на заместителя председателя исполкома Смоленского областного Совета депутатов трудящихся т. Алексееву А.А., подписанную секретарем Смоленского обкома КПСС И.Е. Клименко:

«С 1958 года т. Алексеева А.А. на партийной работе – была избрана вторым, а в 1959 году первым секретарем Дорогобужского райкома КПСС. С августа 1961 по март 1962 года работала первым секретарем Ярцевского горкома партии, а с 1962 по 1965 год секретарем партийного комитета Ярцевского производственного совхозно-колхозного управления.

В январе 1965 года она вновь избирается первым секретарем Ярцевского горкома КПСС.

С июля 1968 года т. Алексеева А.А. работает заместителем председателя исполкома Смоленского областного Совета депутатов трудящихся.

Тов. Алексеева А.А. энергичный, инициативный работник, квалифицированный специалист сельского хозяйства, обладает хорошими организаторскими способностями. Со знанием дела направляла работу Ярцевской районной партийной организации.

Вступив на должность заместителя председателя облисполкома, она активно включилась в работу по руководству сельским хозяйством. Постоянно работает над повышением своего уровня и деловой квалификации. Регулярно выступает перед населением области с лекциями и докладами на политические и сельскохозяйственные темы. Пользуется авторитетом в областной партийной организации. С 1954 по 1966 год избиралась депутатом Верховного Совета СССР. В настоящее время является кандидатом в члены бюро обкома КПСС и депутатом областного Совета».

Известно также и то, что в 1970 году Анну Антоновну избирают председателем Смоленского районного Совета депутатов трудящихся. На этом, собственно, биография, согласно личного дела из госархива Смоленской области, датированного 1958–1978 гг., прерывается.

Анна Алексеева – кавалер орденов Ленина, Трудового Красного Знамени, «Знак Почета», партийный вожак, женщина, а таких было на просторах страны не много, ведавшая сельским хозяйством области, многолетний депутат советов, начиная от сельского, и заканчивая Верховным Советом СССР, хочется верить, помнится людям, ее землякам. Возможно, найдутся ее родственники и сослуживцы, которые смогут о ней рассказать более подробно. Ведь, вне всякого сомнения, она этого заслуживает…

***

В завершение же хочется сказать о том, что советская литература имела немало подобных примеров, когда целые романы посвящались конкретным и по большому счету очень достойным людям. Всем тем, кто каждодневным трудом преумножал экономическую и духовную мощь нашей великой советской страны. Как правило, менялись лишь фамилии, из скромности не принято было литературным героям оставлять их действительные имена. А жизненный путь героя, при сем передавался практически точь-в-точь. Умели писатели выделить и подчеркнуть главное, то, ради чего стоило поведать читателю «историю одной судьбы».

Так было. Да и что в этом удивительного. Великая эпоха рождала не только талантливых мастеров слова, но и направляла она миллионами в большую жизнь таких, как Анна Алексеева, всех тех, кем можно и должно гордиться.

Руслан СЕМЯШКИН, г. Симферополь

Читайте также

В Иркутске состоялась традиционная молодёжная конференция В Иркутске состоялась традиционная молодёжная конференция
18 апреля в Иркутске состоялась юбилейная, 25-я молодёжная научно-практическая конференция «Российская цивилизация: история, проблемы, перспективы». Эта конференция проводится с 2008 года по инициатив...
23 Апреля 2021
Б. Пономарёв. «Забалтывают» русскую трагедию Б. Пономарёв. «Забалтывают» русскую трагедию
Нетрудно заметить, как внутри страны идёт нарастание информационно-пропагандистского вала, совершенно, казалось бы, не соответствующего характеру «новой» рыночной России. Перед ТВ-зрителями рисуют обр...
23 Апреля 2021
Сказочный двор в Старой Ладоге Сказочный двор в Старой Ладоге
В Старой Ладоге есть удивительное место – «Сказочный двор», настоящий родник души и кладезь вдохновения. Здесь происходит внутреннее возрождение, новые открытия и творческие взлёты. На территории Сказ...
23 Апреля 2021