Добра не жди. Судьба русской филологии в Крыму

Добра не жди. Судьба русской филологии в Крыму

В современной капиталистической России зуд реформирования неистребим. Реформируют сверху на федеральном уровне, реформируют в регионах, на местах, в организациях. Где угодно. И ладно бы был толк. Впрочем, о пользе дела много говорят. И порою красочно, сочно, но неубедительно. Реальные же цели, как правило, просты и банальны: новые должности и назначения, трудоустройство «нужных» людей, решение вопросов о дополнительном финансировании, перераспределение собственности, делёж земли, имущества.

Примерно такая, непонятная в своём существе, свершилась и реформа в ряде структурных подразделений Крымского федерального университета имени В.И. Вернадского (КФУ им. В.И. Вернадского). Для начала, дабы читателю было понятно, поясню, что и сам сегодняшний университет, это, по сути, «сборная солянка», так как на основании постановления правительства Российской Федерации от 5 августа 2014 года объединил под своими сводами абсолютно разные по направлению подготовки высшие учебные заведения, существовавшие в Крыму и до воссоединения с Россией.

Так, в результате правительственного решения объединились Таврический университет имени В.И. Вернадского и Крымский медицинский институт имени С.И. Георгиевского, Крымский аграрный институт и Крымская академия природоохранного и курортного строительства. Тогда, в 2014 году, специалисты высшей школы, профессорско-преподавательский состав, общественность не одобрили данное, фактически ничем не оправданное слияние.

Но вернёмся в день сегодняшний. Итак, с нового, 2021 года в структуре КФУ им. В.И. Вернадского появились два новых образования с громкими названиями — Институт филологии и Институт медиакоммуникаций. Что же это за такие аж институты? На самом деле за данными вывесками находятся бывшие факультеты славянской филологии и журналистики, крымско-татарской и восточной филологии. Вроде бы ничего не поменялось? Нет. Изменилось многое.

Полтора десятка лет в структуре университета успешно работал факультет славянской филологии и журналистики, готовивший специалистов по русскому, украинскому языкам и литературе, славянским языкам. Несколько позже отдельным направлением была выведена журналистика. Вполне логично. Более того, все эти годы факультет возглавляла опытный и авторитетный декан, доктор филологических наук, профессор, руководитель научной школы, член специализированных советов по защите кандидатских диссертаций Г.Ю. Богданович. При этом важно отметить и то, что факультет результативно работал даже в годы «незалежности» и его коллективу удавалось готовить молодёжь, решившую связать свою жизнь с русской филологией.

За эти годы на факультете была создана неплохая материально-техническая база, защищено семьдесят кандидатских и докторских диссертаций, опубликовано свыше двух тысяч учебно-научных трудов, а это и монографии, и учебники, и учебные пособия, научные статьи. Проводились многочисленные научные конференции и симпозиумы по русскому и другим славянским языкам. Можно с уверенностью сказать, что подготовка специалистов осуществлялась на высоком уровне. Да и сама русская речь, русское слово были защищены, и каждый год множилось число студентов, выбиравших русскую филологию.

Сегодня же родной государственный русский язык смешали со всеми другими западноевропейскими и восточными языками. Ну разве такой подход разумен, или его можно назвать по-настоящему государственным? Спрашивается: зачем было рушить годами отработанный механизм?

Незавидна и судьба направления журналистики. Её соединили с полиграфической деятельностью и, как изюминку на торте, добавили к тому же культурологию, которая всегда была в составе философского факультета. Что и говорить — настоящие медиакоммуникации.

Вот такая абракадабра. Беда же в том, что профессионала с большой буквы Г.Ю. Богданович отправили на пенсию, судьба важнейших направлений подготовки — и прежде всего по русскому языку и литературе — крайне туманна, студентов, преподавателей и общественность не услышали (или не захотели услышать). А ведь ситуация эта с момента её оглашения в начале октября прошлого года имела широкий резонанс. Студенты писали главе республики, в министерство науки Российской Федерации, в профильный комитет Государственной думы, в администрацию президента. И нигде, насколько известно автору этих строк, их голос услышан не был. Ответов они не получили.

По поводу этих новообразований были сообщения в крымской прессе. Комментировали их в КФУ им. В.И. Вернадского. Какой-то конкретики, объясняющей необходимость этой затеи, осуществляемой новым ректором А.П. Фалалеевым, не последовало. Кстати, скажу: он в Крыму человек новый. И это, безусловно, нормальная практика, когда в большой стране в регион, в ту или иную организацию кадры присылаются из центра. Вот только всё же следовало бы прислушиваться к тем, кто всю жизнь живёт и трудится на той или иной территории, а в данном случае — в университете. Так должно быть, а не иначе. Но это, что называется, глас вопиющего в пустыне.

Свершилось то, что свершилось. Руководство, а также все те, от кого зависит принятие решений, ни студентов, ни общественность с их прошением — оставить всё на прежних местах — не восприняли и не услышали.

Что будет дальше? Как будет развиваться русская филология во вновь созданном институте? Не «затрут» ли её другие, скажем, западноевропейские языки? Немаловажно и то, кто же возглавит данную структуру. По имеющейся информации, Институт филологии возглавил бывший декан факультета иностранных языков Таврического университета, доктор филологических наук А.Д. Петренко, человек авторитетный, много лет отдавший университету.

Вот и получается, по крайней мере складывается такое впечатление, что русскому языку в этом новообразовании уготованы вторые роли.

И напоследок. Два канувших в Лету факультета — славянской филологии и журналистики, крымско-татарской и восточной филологии — всё время своего существования располагались в Симферополе, в отдельном здании, в достаточно удачном месте, фактически в парковой зоне, рядом с ботаническим садом университета и совсем недалеко от остановки общественного транспорта. При этом в здании добротном, трёхэтажном, вместительном и по размерам — немаленьком. В связи с этим не может не возникнуть вопрос: а вдруг кому-то понадобится прекрасное здание-особняк и создание институтов стало лишь этапом в реализации данных, с позволения сказать, намерений? В такой сценарий верить не хочется, но сколько в различных регионах, отраслях, структурах было подобных прецедентов. Не счесть.

Самое же главное, думается, в том, что в сфере высшего образования не стоит проводить экспериментов, лишаясь при этом профессионалов, вынужденных оставить любимое дело. От таких зондажей, как известно, добра ждать не приходится. Не стоит бить и по национальному достоянию — русскому языку.

Руслан СЕМЯШКИН

Источник: «Правда»

Читайте также

Л. Ивашов. Не грозись, на рать едучи... Л. Ивашов. Не грозись, на рать едучи...
Леонид Григорьевич, спасибо, что откликнулись на мою просьбу об интервью. Накопилось немало вопросов, с которыми без геополитики не разобраться. И первый мой вопрос о том, что...
24 Января 2022
Савва Дангулов: «Меня увлекает исследовательское начало в работе писателя» Савва Дангулов: «Меня увлекает исследовательское начало в работе писателя»
В 60-80-х годах прошлого столетия имя писателя Саввы Дангулова, 110-летие со дня рождения которого приходится на 24 января, было хорошо известно советскому читателю. Его произведения, особенно историк...
24 Января 2022
Тайна северного «колумба» Тайна северного «колумба»
Одним из важных итогов экспедиционной кампании Русского географического общества стала идентификация и обследование парохода «Вайгач», который в 1914–1915 годах первым прошел трассу Северного морского...
24 Января 2022