За честь России и Сербии

За честь России и Сербии

Повторю известное, но это данность: Сербия близка нам по крови и по духу, но ещё и потому, что это страна, где нас, русских, любят. Сходство нашей истории и единство славянской судьбы бесспорны.

От битвы с мусульманским миром на Косовом поле и на Куликовом поле – до освободительного движения на Балканах в 1870-е годы, о котором так живо написал Ф. М. Достоевский в «Дневнике писателя», от Первой мировой вой­ны и геноцида славян в Ясеновце в 1941-1945 годах до столкновения с англо­саксонской агрессией в конце XX века: нам было прописано разрушение эко­номики и культуры изнутри, а сербам уготованы ковровые бомбардировки и заражение территории обеднённым ураном.

В 1990-е и 2000-е годы одним из лидеров консолидации русского патри­отического движения и радетелем русско-сербской солидарности стал изве­стный переводчик, член Союза писателей России (с 1992 года), председатель Общества Русско-Сербской дружбы, главный редактор Собрания творений святителя Николая Сербского на русском языке Илья Михайлович Числов (14.03.1965-16.12.2019).

Молодого учёного ценил художник Илья Глазунов. Для скульптора Вяче­слава Клыкова Числов был главным помощником и консультантом по серб­ским вопросам. Он решал вопросы, подготавливал возможность установки первой работы В. Клыкова в Сербии (Нови-Сад) – памятника преподобному Сергию Радонежскому, затем святителю Николаю Сербскому в Белграде. Илья Михайлович встречался и не раз беседовал с академиком И. Р. Шафа­ревичем, с писателем В. Г. Распутиным, сербским философом и публицис­том Драгошем Калаичем, чьи сборники статей, к примеру, «Третья мировая война», перевёл на русский.

Илья Числов с отличием окончил славянское отделение филологического факультета МГУ им. М. В. Ломоносова по специальности «сербский язык и литература», учился в аспирантуре Института славяноведения и балканис­тики РАН, преподавал в Государственной академии славянской культуры, в православных учебных заведениях.

Его мастерски созданные художественные переводы признаны в профес­сиональной среде лучшими. Главный труд его жизни – перевод творений свя­тителя Николая Сербского, а также религиозно-философской поэмы «Луч ми­крокосма» величайшего сербского и крупнейшего южнославянского поэта, митрополита и правителя Черногории Петра II Негоша (1813-1851), по своему поэтическому дарованию равного для сербов нашему Пушкину.

«Специфика сербского вопроса, – говорил И. Числов, – заключается в том, что сербы при своём, несомненно, более западном менталитете (обус­ловленном, прежде всего, причинами географическими) одновременно со­хранили в себе гораздо больше исконного, нежели те, кого они всегда (и аб­солютно справедливо) почитали за старшего брата. “Сербы - такие, какими мы были когда-то”, – эти слова Вячеслава Клыкова весьма точно отражают суть затронутой проблемы. Открывая для себя Сербию, мы открываем самих себя. Вновь обретаем собственное естество (или по крайней мере какую-то часть оного)».

И. М. Числовым написаны сотни научных и публицистических статей об истории, культурной и духовной традиции России и Сербии, переведены десят­ки книг замечательных сербских поэтов (Слободанки Антич, Ранко Радовича) и прозаиков (Лиляны Хабьянович-Джурович), составлена Антология сербской поэзии XX века (2003). Числова заслуженно считают исследователем духовно­го наследия святого Саввы Сербского, редактором трудов преподобного Иустина (Поповича).

Во многом благодаря И. М. Числову православные люди в России осо­знали значение для нас Сербии и сербской традиции. И верно, слушая горя­чие выступления Числова, ощущая теплоту его любви к солнечным Балканам, невозможно было не полюбить Сербию. И – свидетельствую – невозможно было остаться равнодушным к православным святыням. Ему дана была муд­рость не по годам – и дар укреплять человека в вере.

С момента учреждения Общества Русско-Сербской дружбы (1991) И. Чис­лов был его секретарём, а с 1996 года – председателем Общества. Ежегодно члены Общества проводили сами или участвовали в конференциях по слави­стике, бывали на различных мероприятиях в Сербии, Черногории. В 2015 го­ду на Видовдан (день Косовской битвы) И. Числов возил студентов и школь­ников даже в ныне оккупированное, но по-прежнему не сломленное сербское Косово. С 1995 года председатель Общества ежегодно организовывал школь­ный праздник в день святого Саввы Сербского в Ховринской православной гимназии, а затем в школе имени апостола и евангелиста Иоанна Богослова в Москве.

Владыка Черногорский и Приморский Амфилохий (Радович), несомнен­ный авторитет в православном мире, благословлял Илью Числова много лет. «Я жив только благодаря молитвам владыки Амфилохия», – говорил он в по­следние месяцы жизни.

В 2017-2018 годах Общество Русско-Сербской дружбы принимало в Моск­ве известного поэта Ранко Радовича, провело две презентации поэмы Петра Негоша в переводе И. Числова. Выходили десятки публикаций на церковные и культурологические темы, Илья Михайлович выступал на радио «Радонеж», «Русский мир».

Выступления Ильи Числова на патриотических собраниях, на страницах «Нашего современника» и «Русского вестника» ещё в начале 1990-х бодрили дух соратников и укрепляли русскую соборность. Это было время разрухи и неразберихи, из которого, несмотря ни на что, пробивалась надежда на возрождение национальной культуры и русского самосознания...

В апрельском номере «Исторической газеты» за 1999 год мы дали обра­щение Слободана Милошевича, а также подборку писем простых американ­цев своему президенту с требованиями прекратить бомбёжку Югославии. Тог­да же одно за другим проходили мероприятия в поддержку сербов, в основ­ном в здании Международного центра славянской письменности и культуры, где выступал в том числе Илья Числов. Редактор «Исторической газеты», мой учитель Анатолий Парпара, хорошо знавший отца Ильи Михайловича – дале­ко не последнего человека в литературе и на общественном поприще в 1970-1990 годы, – сказал об Илье: «Вот кремень! Он выступил за всех нас!»

Илья Михайлович до конца оставался таким же непреклонным бойцом, как и в 1990-е годы. Он не был замкнут в профессиональном научном мире, хотя до последних дней работал в архивах со старославянскими текстами, пе­реводил святоотеческую литературу. Его острая публицистика помогала нам разбираться во многих тревожных явлениях современной жизни, понимать ду­ховные основы политических отношений России и Сербии.

К 20-летию начала американо-НАТОвской агрессии против суверенной Югославии в газете «Слово» был опубликован его материал «Уроки славянско­го мужества». В нём, в частности, автор напоминал: «Несмотря на предательст­во Ельцина и Черномырдина, несмотря на колебания собственного политичес­кого руководства (под давлением не столько с Запада, сколько с Востока), сербский славянский народ и православное сербское воинство явили миру подлинное чудо стойкости и героизма, равно как и ясное понимание глубинно­го смысла происходящего. Сербские зенитчики сбивали новейшие самолеты США, Англии и Франции с помощью устаревших ракетных комплексов, умело используя возможности горной местности и радиопомехи. Подполковник Жи­вота Джурич, расстреляв боекомплект, пошел на таран (!) американского бом­бардировщика и погиб вместе с не успевшим катапультироваться врагом. Ико­ны с изображением трёхлетней Милицы Ракич – одной из первых жертв аме­риканских ракетно-бомбовых ударов по сербским городам и сёлам – вскоре стали известны по всей стране, и, хотя до официальной канонизации дело тог­да не дошло, почитание этой юной мученицы в ряде сербских областей приоб­рело такой же характер, как и аналогичное почитание у нас на Руси священно­мученика младенца Гавриила Белостокского».

Мы говорим сегодня о безвременно почившем выдающемся учёном пото­му, что он не просто внёс вклад в сербистику и славянскую литературу и ис­торию, но он расширил для русских и сербов понимание нашей истории и культуры, дал нам возможность осознать самих себя, а это нам сейчас не­обходимо, прежде всего.

Для И. Числова переводческая деятельность героического сербского эпо­са и святоотеческой литературы стала жизнью и судьбой. Героическое вос­приятие мира руководило им. Русский учёный верил, что и для Европы, «лю­бимой дочери Христа», по словам святителя Николая Сербского, стержнем остаётся героический идеал, несмотря на попрание европейцами христианской традиции. Поэтому столь высоко ценил он героическое начало в серб­ской традиции и генетической памяти. «От легендарных юнаков до нашего со­временника Симо Дрлячи, бывшего начальника полиции города Приедора, предательски окружённого уже в “мирное” время целым взводом британского спецназа (при поддержке бронемашин и вертолётов), но всё же успевшего встретить прицельным одиночным выстрелом первого из натовских убийц, красной нитью, под цвет крови и багряницы, проходит в сербской тра­диции эта центральная, жизнеутверждающая линия, – писал И. Числов в сво­ей статье «Косовский завет». – Под цвет крови и багряницы – ибо в основе всего лежит Косово, царская жертва на Косовом поле».

В конце XIV столетия сами западные европейцы сравнивали битву на Косо­вом поле с битвой при Пуатье (732), положившей конец арабскому наступлению с Юга. «И тогда уже, – продолжал Числов, – поражённая многими язвами, ув­рачевать которые можно было бы только елеем истинной воры, а никак не с по­мощью яда католицизма, в ту пору Западная Европа всё ещё сохраняла нема­лую толику прежней чести и достоинства. Если бы тогдашние европейцы могли видеть своих жалких потомков, поддержавших в 1999 году военную агрессию США против сербского народа, они, вероятно, содрогнулись бы – если не от стыда, то от презрения».

В работах Ильи Михайловича русские, сербы лучше, чем мы есть на са­мом деле. Он мог резко судить тех, кто проявлял слабость в защите нацио­нальных интересов. Но он поддерживал тех, кто хоть сколько-нибудь послу­жил России. Сколько раз в тесной квартирке Числовых находил приют поэт Николай Мельников! Сколько сербских фильмов перевёл Илья Михайлович для международного славянского кинофестиваля «Золотой витязь», у истоков которого стояли Н. Мельников и Н. Бурляев! Сколько рукописей для перево­дов бесконечно летело к нему от русских и сербов, и редко с кого он брал деньги за работу. «Это надо для дела!» – был один ответ. Илья вкладывал мо­нетку в каждую протянутую руку, останавливаясь в подземном переходе, сре­ди людского потока на тротуаре, даже если мы очень спешили на какое-то ме­роприятие. «Равнодушием отчей земли не обидел» – это о нём.

К Илье Михайловичу, вне сомнения, относится понятие «русский интел­лигент, представитель элиты». И вовсе не потому, что он мог на сербском языке читать курс латыни. Элита – это те, кто берёт на себя ответственность за всё, что происходит со страной и с народом. Как горько, что такого уров­ня слависту в последние полтора десятка лет не нашлось места на кафедрах наших вузов! Досадно, когда представляешь, что могла получить от него на­ша молодёжь.

При общении с Ильёй Числовым, обладавшим огромной эрудицией, глу­боко знавшим и любившим зарубежную и русскую историю, литературу, фи­лософию, казалось, что он человек XIX века. Особо близки ему были славя­нофилы А. С. Хомяков, С. Т. Аксаков, К. Н. Леонтьев, Ф. М. Достоевский. Лермонтовские строки приводили его в восторг, возвращая ко времени ран­него детства, когда и вошли они в его плоть и кровь.

Илья Числов был русским офицером. Служил в войсках ПВО, хотя в МГУ была военная кафедра. Его деды воевали в Великую Отечественную, прадеды были царскими офицерами. Ему одинаково близки были герои Ку­ликовской битвы, Косовской битвы и герои Первой мировой войны, святые Борис и Глеб и воин Женя Родионов. Он глядел будто поверх нашего земно­го времени. Брал только суть. Спешил жить – честно, напряжённо и предель­но просто.

И. Числов часто повторял, что святитель Николай Сербский верил в воз­рождение, в воскрешение Европы. Приводил пример, как 12 итальянских сол­дат приняли Православие в монастыре Высокие Дочаны в Косово, где с древ­них фресок смотрят на нас святые воины с обнажёнными мечами и Христос с мечом в деснице, говоря, что «не мир Я принёс вам, но меч».

Если бы он не был человеком глубоко верующим, о нём можно было бы говорить только в горизонтальном измерении. Но Илья был человеком, уст­ремлённым в Вечность, соизмерявшим каждый свой шаг со святоотеческим учением. Без благословения духовника и без Святого Причастия он не присту­пал ни к какой работе. Зная это, помня его искренность во всём, теперь лег­че думать о переходе его в Вечность. И всё же смириться с его уходом невоз­можно, потому что ему замены нет.

Нынче, в разгар грозных событий в Черногории Илья был бы уже там, как и прежде – в 1992 году, в 1999-м. Теперь же он ушёл туда в другом качестве. И сербы знают это лучше нас. Свидетельством тому приходящие нам, его со­ратникам, письма из Сербии. «Многие сербы зажигают сегодня свечу за ве­ликого сербского друга», – написал общественный деятель Ранко Гойкович.

Радиожурналист Мария Живкович, вот уже 20 лот автор передачи «Матуш­ка Россия» на радио «Светигора» (Черногорско-Приморская епархия), присла­ла, в частности, такие слова, обращённые к Илье, в Вечность: «Кто бы ещё сказал о нордическом мифе, индоевропейских достоинствах и художественном наследии Византии в православной сербской культуре, кто бы изрёк, что “сербская духовная культура – основа сербской славянской стойкости”, если бы Вы “случайно” не попали в сербскую группу во время своей учёбы в МГУ?

Но сейчас я слышу Вас особенно ясно и отчётливо, когда Вы говорите, что сербы в большинстве своём в нравственном отношении выше своего вра­га. Причём “не на копьё”, как говорят у нас, а “на два копья". Дорогой Илья, не посмеют Вас забыть те, кто Вам столь обязан и за кого Вы были готовы умереть».

Нам же остаётся стремиться быть достойными лучших представителей своей нации. «Когда умножаются праведники, веселится народ, а когда гос­подствует нечестивый, народ стенает» (Притч. 29:2).

Илья Михайлович, воспитавший в Вере и любви к Отечеству троих собст­венных детей, отдавал все силы работе со школьниками, понимая, что при­вивать, поддерживать православную и национальную традицию необходимо с детства. Девять лот вместо с послом Сербии в России Славенко Терзичем они организовывали в Сербском посольстве музыкальные и поэтические кон­курсы «Сербия в сердце моём» (все эти годы конкурс, как и само Общество Русско-сербской дружбы, работали без малейшей материальной поддержки). Школьники со всей России приезжают на этот форум и читают наряду с рус­ской классикой произведения Петра Негоша, Йована Дучича, Милана Ракича, Владислава Петковича Диса, Светислава Стефановича и др. Если бы по наше­му ТВ показали хоть на пять минут эту мощную славянскую стихию, так естественно воспринимаемую детьми, то по контрасту с ней все смогли бы наконец увидеть ту бездну извращённого сатириками-русофобами пластмассового ми­ра, в которую мы все опрокинуты!

«Русский воин непобедимого славянского духа», – сказала об Илье Чис­лове руководитель Историко-этимологической школы «Ростки» им. академика О. Н. Трубачёва, преподаватель церковно-славянского, английского и немец­кого языков школы им. лётчика Н. Ф. Гастелло (г. Долгопрудный) Н. С. Корольчук.

Лучшим другом Ильи Числова был участник Балканской войны, русский доброволец Владислав Кассин. Надо отметить, что учёному академического склада, каким был Числов, заслужить уважение людей, прошедших ужасы войны, нелегко. Но Илья заслужил. Как Михаил Лермонтов заслужил доверие казачьей сотни. Учёный-славист был одного боевого духа с русскими добровольцами.

«Духовное наследие славянского мира, – считал Илья Числов, – востре­бовано сегодня самой жизнью. Роль Церкви в современном обществе, особен­но в православных странах, стремительно возрастает. И точно так же естест­венным образом крепнет и актуализируется европейская и индоевропейская самоидентификация славян. Глупо было бы не считаться с этим объективным процессом. И поистине самоубийственно пытаться противостоять ему».

Ирина УШАКОВА

«Наш современник», №3, 2020

Читайте также

А. Смолко. Альтруизм против русофобии А. Смолко. Альтруизм против русофобии
Русский поэт сказал: «Нам не дано предугадать, как слово наше отзовет­ся...» Нам, действительно, не дано, но люди, которые слова произносят, должны не только предугадывать последствия своих слов, н...
8 Июля 2020
Штормы вокруг КЮМ Штормы вокруг КЮМ
«Наша цель — сменить это негодное руководство и вернуть суда. Вернуть преподавателей, которых внаглую заставили уволиться, и поднимать интерес молодёжи к отечественному флоту», — заявляют активисты дв...
8 Июля 2020
Д. Аграновский. Скопище моральной грязи Д. Аграновский. Скопище моральной грязи
Чем дальше от нас уходит советское время, тем больше мы понимаем, что жили практически в стерильных условиях. Но чего только мы не повидали за последние 30 лет! Войны, катастрофы, маньяки, наркоманы,...
8 Июля 2020