В. Кожемяко. Осенние заметки о летних впечатлениях

В. Кожемяко. Осенние заметки о летних впечатлениях

«Правда» уже давно бьёт тревогу в связи с трагедией отечественной песни. Конечно, это лишь часть необъятной трагедии, постигшей нашу страну более тридцати лет назад и причинившей нам неисчислимые утраты. Да-да, именно неисчислимые! Ибо как их все подсчитать и в каких показателях выразить? Чтобы охвачены были не только огромные площади отрезанных территорий, многомиллионные людские потери и целые отрасли уничтоженного производства, но также духовно-культурная составляющая нашего бытия, которая полностью доскональному учёту, пожалуй, и не поддаётся.

Между тем значение её для страны и народа исключительно велико. Почему такое острое беспокойство у многих читателей «Правды» вызвала судьба нашего песенного искусства после антисоветского переворота 1991 года, когда оно всё более резко стало падать? Да потому, что это искусство — не для узкого круга «любителей», а для всех.

Даже если человек сам не поёт, он всё равно подвержен влиянию звучащей вокруг музыки, а в первую очередь — массовых песен. Они ведь существенно воздействуют на создание определённой атмосферы в обществе, которая может быть хорошей и плохой, здоровой и больной. Хотя, разумеется, далеко не все это фиксируют или даже замечают.

Но вот что написал нам в редакцию чуткий и вдумчивый автор из Челябинска: «Знаете, вскоре после уничтожения Советского Союза я вдруг начал замечать, что мне при дыхании явно не хватает воздуха. Обратился к врачу, однако физиологически оказалось вроде бы всё в порядке. И в конце концов диагноз вынес я сам. Воздух, которым дышу, изменился! Раньше в непременном составе его были прекрасные, изумительные, вдохновляющие советские песни, с которыми радостно было жить. Теперь же, как ни затыкай уши, рвётся со всех сторон под видом песен отравляющий звуковой смрад».

А выдающийся композитор Тихон Николаевич Хренников, с которым неоднократно беседовал я о песнях советского и антисоветского времени, дал поделкам наступивших лет своё название — мусор. «Это же мусор, самый настоящий мусор, место которому не на сцене, телеэкране или в радиоэфире, а на свалке, в помойке!» — восклицал он с невероятной эмоциональностью, как говорится, на разрыв аорты. И можно ли не понять великого советского мастера каждому, кто искренне болеет за родную культуру, а значит, и за свою страну?

Вспомним: «Нам песня строить и жить помогает». Так было. А когда страшнейшая военная угроза обрушилась на Советский Союз, над его просторами мощно зазвучало:

Вставай, страна огромная,

Вставай на смертный бой

С фашистской силой тёмною,

С проклятою ордой.

И страна поднялась, сплотившись и напрягши все свои возможности для отпора врагу. Безусловно, при самой активной и благотворной поддержке необыкновенных песен, которые стали важнейшим оружием Советской Победы. Это — факт, который подтвердит любой представитель моего поколения «детей войны».

Но разве может стать таким победным оружием мусор, внедрявшийся за последнее тридцатилетие вместо песенного богатства советской эпохи? Специальная военная операция, вынужденная по-своему подводить критический итог утраченного после 1991 года, требует очень серьёзно задуматься и об этом.

Напомню древнюю китайскую мудрость, которая ныне весьма актуальна для нас: «Если в стране слишком громко звучат чуждые песни, она обречена». Но абсолютное большинство народа нашего не желает быть обречённым!

После 24 февраля сего года в своих установочных ток-шоу Владимир Соловьёв не перестаёт с телеэкрана повторять: «Настало время правды», «СВО вскрыла многолетний нарыв», «Как было — уже не будет»… В общем, речь у него и других телевизионных наставников о необходимости назревших или даже перезревших государственно-общественных перемен. А происходят ли они на том же телеэкране, заметны ли в насущной сфере, о которой пойдёт сегодняшний наш разговор?

Я поставил себе задачу за три летних месяца под таким углом повнимательнее присмотреться и прислушаться к телевизору, дабы попытаться ответить на этот вопрос. Из-за сжатой газетной площади заметки получились беглые, но есть возможность далее вместе с вами, дорогие читатели, их продолжить.

Праздники как зеркало

По-моему, в любой стране о песнях её можно судить прежде всего по тем из них, которые звучат в праздничные дни. Всё-таки для общегосударственного торжества отбираются обычно лучшие песни, и представить их стараются в наилучшем исполнении. Вот в Советском Союзе это правило действовало неукоснительно. Достаточно вспомнить основные праздничные концерты, транслировавшиеся по телевидению, будь то в честь годовщины Великого Октября или, скажем, Дня милиции. Сколько радостных впечатлений от встреч с выдающимися песнями и певцами доставляли нам они!

А про теперь, увы, давно этого не скажешь. Хотя зыбкое ожидание какого-нибудь сюрприза иногда возникает, но в результате, как правило, оказывается обманным.

На июнь моему обзору выпал праздник, который ныне официально называют главным праздником страны. День России! Вроде бы звучит громко и торжественно, однако повод для торжества крайне странный, прямо надо сказать. Учреждён праздник в честь события, которое достойно скорее всероссийского траура, ибо стало оно прологом уничтожения СССР.

Не принято веселиться на похоронах, а здесь как раз нечто похожее: 12 июня 1990 года Ельцин сумел пробить через республиканских депутатов так называемую Декларацию о государственном суверенитете РСФСР.

Праздник поначалу и назвали Днём независимости России, подкорректировав потом — именно из-за режущей слух странности. Но суть ведь не изменилась. На фоне украинских событий и той же специальной военной операции, думается, особенно очевидно, что такое нелепое ежегодное торжество надо срочно и навсегда отменять.

Нет, пока всё ещё празднуют. И как! Главный концерт — на Красной площади. Основной федеральный телеканал «Россия 1», где обычно и показывают этот концерт, рекламировал его на сей раз таким возвышенным спичем: «Страна, которую мы любим. Страна, которой гордимся. Страна, в которой рождаются лучшие песни».

Вы представляете? Лучшие! Ох, как хотелось бы… Да вот не рождаются лучшие песни в буржуазной России, что с горечью пришлось повторить со страницы «Правды» (см. номер за 16 июня с.г.).

Ведущие концерта Дмитрий Губерниев и Мария Ситтель старались: первый, крича, аж голос чуть не сорвал. Текст им написали тоже возвышенный, в стиле рекламного анонса. Только на восприятие предложенных современных песен, по-моему, это мало повлияло.

Центральной темой их, согласно названию праздника, должна была стать Россия. Но к завершению концерта стало понятно: ни одной достойной песни о России, чтобы запела её, в полном смысле слова, вся страна, за последний год не создано. Более того, не создано таковой и за все тридцать антисоветских лет. Так что «звёздный» Николай Басков, открывший торжество, вынужден был отделаться формально-дежурным сочинением, которое я уже слышал в его исполнении на таком же концерте год назад. Как и тогда, ничто при этом абсолютно не тронуло — ни текст, ни, с позволения сказать, музыка, ни натужный пафос исполнителя. Лишь бил по голове бесчувственный повтор: «Россия, ты одна такая!»

Удручило и явление Николая Расторгуева с его «Любэ». Хотелось услышать что-нибудь новое, но мэтр не постеснялся опять реанимировать свою фирменную «Расея, моя Расея, от Волги до Енисея». Хотя уж сколько внушалось ему, что таким образом сокращает он территорию этой самой «Расеи» минимум вдвое. Зачем? Почему? Да просто «складно» — вот и всё. А смысл вроде и не обязателен…

Совсем досадным и горьким оказался бы столь непраздничный итог, если бы всё же не проникло в программу несколько подлинно хороших песен, в том числе о России. Конечно, из советского времени! Вы помните, например, вот эту — композитора Леонида Афанасьева на стихи поэта Игоря Шаферана?

Гляжу в озёра синие,

В полях ромашки рву…

Зову тебя Россиею,

Единственной зову.

Не знаю счастья большего,

Чем жить одной судьбой,

Грустить с тобой, земля моя,

И праздновать с тобой.

А не забыли «С чего начинается Родина?» композитора Вениамина Баснера и поэта Михаила Матусовского? Или на его же стихи — «Подмосковные вечера» Василия Соловьёва-Седого? Или «Я люблю тебя, жизнь» композитора Эдуарда Колмановского на стихи Константина Ваншенкина?

Думаю, излишне доказывать, что это действительно по-настоящему хорошие песни. Естественно, порадовало, что для них каким-то образом нашлось-таки место на одном из главных официозных концертов года, хотя и очень дозированно. А что слышно на других?

Вскоре, в начале июля, Первый канал транслировал ещё один большой и широко разрекламированный концерт. Состоявшийся в Муроме, он был посвящён новоутверждённому празднику — Дню семьи, любви и верности. Здесь тоже прозвучало несколько советских песен, которые, несомненно, украсили программу. Что за чудо было бы, если бы вся она из таких творений состояла!

Но нет, как и на июньском концерте в Москве, тон в целом задавался совсем иными шлягерами. Приведу один образчик, врезавшийся в память своей абсурдностью:

Ты красивая чертовски,

Я люблю тебя, как Лилю Брик Маяковский.

Продолжая прилежно смотреть и слушать по основным телеканалам наиболее знаковые концерты современных песен, я поймал себя на ощущении, что все они сливаются в однообразно серый поток, из которого невозможно что-либо интересное выделить и запомнить. А ведь это отбиралось как лучшее, для особого, представительного выступления! Стало быть, до чего же скудным выбор оказался…

Что значит отменить отмену

Кто-нибудь скажет, что никакого открытия таким своим утверждением я не делаю. Что ж, о падении современной песни «Правда» много писала, это верно. Однако остаётся коренной вопрос: что же делать для реального выхода из тупика? Если, конечно, такая задача реально ставится, а не провозглашается только.

Начну с горячего. Коллективный Запад, который с нарастающей агрессивностью давит сейчас на Россию и русских, придумал «культуру отмены». До предела накалившаяся русофобия подсказывает безумцам немыслимое: отменить Пушкина и Достоевского, Репина и Сурикова, Чайковского и Рахманинова. Нас это правомерно возмущает. Но хочу напомнить, что у себя в стране мы после 1991-го тоже пережили наступление своей «культуры отмены».

Соглашусь, что продиктована она была больше антисоветизмом, а не русофобией, только ведь метод один. Наиболее горячие головы сверху готовы были буквально всё советское «отменить» — литературу, кино, песни и т.д. И хотя неумеренный пыл под влиянием реальной жизни со временем поубавился, насторожённо-подозрительное отношение ко многому из советской эпохи остаётся. Вместо самого внимательного изучения бесценного, уникального опыта, который тогда при колоссальном подъёме социалистической культуры был накоплен. В том числе по созданию песенного богатства, равного которому до сих пор нет в мире.

Однако значительная часть этого богатства и теперь находится у нас под спудом. Скажем, у Александры Пахмутовой и Николая Добронравова есть песня «И вновь продолжается бой». Одна из лучших, бесспорно! Между тем в программы концертов её не включают. На свой страх и риск мог позволить себе иногда спеть эту песню Иосиф Кобзон. С некоторым даже вызовом произносилось у него:

И вновь продолжается бой,

И сердцу тревожно в груди,

И Ленин такой молодой,

И юный Октябрь впереди.

Зал отвечал обычно бурей аплодисментов.

Так вот, вспоминая сейчас те волнующие моменты, я подступаю к самому сильному для меня песенному впечатлению минувшего телевизионного лета. К событию, которое прямо-таки поразило и невероятно обрадовало, а вместе с тем — побудило ещё раз о многом задуматься.

Последний день июля, 31-е число. Накануне телепрограммой по каналу «Россия 1» обещали, что предстоящая в воскресенье передача «Песни от всей души» на сей раз целиком будет посвящена морякам. Известно, что в советское время про них было создано множество замечательных песен. Но что теперь мы услышим с телеэкрана в традиционный День Военно-Морского Флота?

Признаюсь: шедевра, который прозвучал в самом начале этой передачи, я никак не ожидал. Даже и не мечтал о нём. Удивляетесь? Бывает. А дело в том, что одна из любимейших мною (и не только!) песен больше тридцати лет напрочь была отлучена от официального эфира. Называется она «Крейсер «Аврора».

Её создали в 1973 году два выдающихся советских автора — композитор Владимир Шаинский и поэт Михаил Матусовский. В честь легендарного корабля, имя которого знал весь мир. Ещё бы! Героически проявивший себя во время Русско-японской войны, а позднее и в годы Великой Отечественной, он ярко вошёл в историю как знаковый символ Великой Октябрьской социалистической революции.

За что, добавлю, после 1991-го и пострадал. В связи с поспешной и злобной переоценкой захватившими власть антикоммунистами величайшей революции какие уж песни о её символах…

Я напомню, что негласным запретом песенных произведений всё, конечно, не обошлось. Ненавистники Великого Октября изыскивали против «Авроры» оглушительно наглядные карательные меры. И придумали — воистину неслыханное кощунство.

Вечером 6 июня 2009 года во время Петербургского экономического форума на борту легендарного крейсера была организована глумливая гулянка с участием высокопоставленных государственных персон — представителя президента РФ в Северо-Западном федеральном округе, министра экономического развития, губернатора Санкт-Петербурга. А матерные шансоны небезызвестного Сергея Шнурова (по кличке Шнур), гремевшие через громкоговорители над вечерней Невой, своеобразно «освящали» этот дичайший шабаш...

Тогда «Правда» с возмущением не раз писала об этом, добиваясь справедливости. И хотя никто из организаторов и гостей «веселухи» на «Авроре» к настоящей ответственности привлечён не был, меры на будущее, чтобы не допускать подобного, всё-таки последовали.

Теперь же более всего я думал о том, кто мог и взял на себя ответственность разрешить исполнение с телеэкрана по существу «закрытой» песни. Поневоле вспомнились разговоры о случающихся расхождениях в позициях разных «кремлёвских башен».

Мне понятно, что сама идея как можно шире дать по телевидению в День ВМФ флотские песни стала своего рода социальным заказом. Именно в связи со специальной военной операцией праздник военных моряков отмечался ныне особенно размашисто и броско. Однако ведь столкнулись при этом с досадной проблемой: советских песен о моряках много, а хороших современных — не найти.

В студии на передаче, о которой пишу, прозвучала только одна современная, да и ей не уготована долгая жизнь. Зато неувядающие творения советской поры соединили всех собравшихся в общем высоком чувстве: «Прощайте, скалистые горы», «Вечер на рейде», «Севастопольский вальс», «Матросские ночи»...

Атмосфера сразу создалась душевно проникновенная. И радость искренняя была, и трогательные слёзы. Их я заметил даже в глазах адмирала Комоедова, когда слушал он песню об «Авроре». Как всё-таки берёт за душу это лирическое высказывание о судьбах людей и кораблей! Да ещё если знать постсоветскую судьбу исторического крейсера.

Ветром солёным дышат просторы,

Молнии крестят мрак грозовой...

Что тебе снится, крейсер «Аврора»,

В час, когда утро встаёт над Невой?

Больший контраст невозможно представить

Я ещё находился под глубочайшим воздействием передачи, где поистине чудесным образом воскресла любимая песня, и пытался разгадать, случайность это или стоит ждать достойного продолжения. Но другая телепередача своим скверным вмешательством вдруг всё испортила. Из той же самой студии! Всего через шесть дней! С тем же ведущим!

Неужели тоже социальный заказ?

А что, вполне может быть. К примеру, скажем, другая «кремлёвская башня», не причастная к флотской программе, высказала недовольство: «Революцию 1917-го вздумали воспевать? Ну-ну. А не лучше ли вам воспеть нашу контрреволюцию — 1991-го?»

Так или иначе, однако, очередную свою программу ведущий Андрей Малахов посвятил... «любимым хитам лихих 90-х»! Это сам он про неё сказал, и, согласитесь, более контрастную тему в противовес предыдущей трудно придумать. А поскольку эта Малахову несравненно ближе и, безусловно, родней «Авроры», он же сам мог идею её и предложить. Впрочем, кто-то из бдительного начальства тоже мог. С какой целью? Стереть или хотя бы в определённой мере заглушить у слушателей явно захватившее их «слишком советское» обаяние предшествовавшего вечера.

В пику ему теперь с экрана полились восторженные потоки восхвалений самого антисоветского времени, когда рушилось почти всё достигнутое страной за революционные десятилетия. Но кое-кто преуспел. Он, Андрюша Малахов, именно в те 90-е прославился своей грязной «Большой стиркой», был на подъёме, упивался успехом. Вот и в эту заветную для него передачу постарался подобрать соответствующий контингент участников.

Конечно же, люди тут появились перед нами совсем другие, нежели в День Военно-Морского Флота. И воспоминания у них были словно с другой планеты. Например, некто Сергей Сергеев, представленный как «гость из Барнаула» (1983 года рождения), рассказал о своём приобщении уже в раннем возрасте к новым песням. Послушайте:

— Батя где-то купил кассету с песней «Презерватив». Естественно, я сразу заинтересовался: а что это такое? Мы ту кассету слушали все вместе — отец, мать и я. Это было офигенное, классное время!

Развивая тему, «гость с Кубани» Виталий Кузнецов назвал 1990-е временем перехода от песен советских к «прогрессивным». Он так и выразился, приведя в качестве образца знаменитую тогда «Путану». Если кто не знает, скажу: проститутку таким образом иносказательно переименовали — подобно «киллеру» вместо наёмного убийцы. Обволакивали всяческую мерзость романтическим флёром. Усердствовали, чтобы и песенное сочинение о проститутке романтически звучало:

Путана, путана, путана,

Ночная бабочка, ну кто же виноват.

Путана, путана, путана —

Огни отелей так заманчиво горят…

И представьте себе, упомянутый В. Кузнецов исполнял эту прелесть на свадьбе «со своей Светой», о чём теперь гордо и радостно у Малахова заявил.

В таком же духе, то есть с восторгом, радостью, взахлёб, толковали о «лихих 90-х» остальные участники этой тусовки. Ясно, какая предварительная установка была дана: вспоминать исключительно приятное! Они все этому неуклонно следовали в своих рассказах.

О том, как выпускница школы удачно приобрела себе голубую норковую шапку и высочайшие ботфорты. Как начинающий актёр летел на съёмки первого кооперативного фильма. Как брали деньги в кредит и покупали по дешёвке сомнительный забугорный спирт «Ройял», чтобы погулять вовсю на свадьбе. «Невзирая на кризис, дефолт, безработицу», — оптимистично добавил кто-то. Умолчав, однако, как массово травились этим треклятым «Ройялом».

Да и вообще про невероятно разросшиеся в это «офигенное, классное время» кладбища никто не обмолвился ни единым словом (а если и обмолвился, то вырезали, конечно). Интересно, думал я, а известно ли участникам этого представления, какие прощальные строки оставила, уходя тогда из жизни, великолепный поэт-фронтовик Юлия Друнина, покончившая с собой. Стоит их привести:

Как летит под откос Россия,

Не могу, не хочу смотреть.

Малахов-то, надеюсь, эти строки знает. Мог бы напомнить тем, кого он собрал, и всем телезрителям о трагической кончине поэта-бойца, которая оказалась в ту пору совсем не единичной и раскрывает суть происходившего совсем иначе, нежели получилось в студии. Мог бы — да только задача у него была другая. И получилось так, как он хотел.

Разящая двойственность

А зачем, спрошу я, продолжают делать такие передачи? Казалось бы, по прошествии тридцати постсоветских (или точнее — антисоветских) лет почти всем уже очевидно, куда они нашу страну завели.

Я недаром назвал ток-шоу Владимира Соловьёва установочными. С учётом специальной военной операции в них зачастую слышны оценки реальности, совпадающие с официальными или близкие к ним. В основном оценки горбачёвской «перестройки» и ельцинских «реформ» теперь здесь негативные, поскольку результатом их стал разгром страны.

Но что же мы видим и слышим одновременно на этом главном государственном телеканале «Россия 1»? Фактически самый настоящий панегирик тому разгрому, который и великую нашу культуру начал интенсивно превращать в мусор.

Когда-то Ленин писал о двух культурах в дореволюционной России. Не происходит ли некое повторение? После Великого Октября стремительно и мощно выросла советская культура. На основе отечественной классики, впитав наивысшие достижения всех народов Советской страны. Её, страну по имени СССР, наши враги постарались ликвидировать. Нет сейчас государства под таким названием. Однако с культурой, созданной тогда, не всё получилось. Как мы убеждаемся, она во многом продолжает жить, хотя трудности у неё гигантские. Поскольку господствующей стала другая, извините, «культура».

Можно назвать её буржуазной, можно — прозападной или колониальной. А можно, если вспомнить песни, о которых только что говорилось, определить положение и так: есть у нас ныне культура «Авроры» и культура «Путаны». Вопрос главный в том, с какой из них окажется наше будущее.

Разящая двойственность переживаемого времени качает то в одну сторону, то в другую. Допустили на телеэкран «Аврору», вызвав надежды, но тут же воспели «Путану»… А в какое состояние ввергает подобная чересполосица молодого человека, который хочет определиться в этой жизни?

Я ещё раз обращусь к малаховской передаче о 1990-х. Уж очень показательна она во многих отношениях! Вот с Америкой у нашей страны сегодня крайне острое противостояние, чреватое полномасштабной войной. Но какую «песню» из 90-х исполняет с телеэкрана Алёна Апина?

Я простая русская девчонка,

За границей сроду не жила.

Ты простой американский мальчонка —

Приезжай за мной скорей!

Я играю на балалайке,

Это самый русский инструмент.

Я мечтаю жить на Ямайке —

Приезжай за мной скорей!

Америкен бой, уеду с тобой!

И вся эта сходка в студии под малаховским руководством пускается в пляс, гикая и хором голося: «Америкен, америкен, америкен!!!»

Что это? Для чего? Какую задачу решает таким образом «государственник» Малахов? Он же теперь именно таковым изображается в самых важных по патриотической направленности передачах основного федерального телеканала. То он ведущий концерта из Сталинграда в юбилей Победы, то из Ленинграда — к 80-летию исполнения легендарной симфонии №7 («Ленинградской») Дмитрия Шостаковича в блокадном городе.

Ленинградский концерт состоялся, представьте, буквально через три дня после выхода в эфир описанного мною телевизионного гульбища!

Разумеется, облачённый в парадный смокинг с галстуком-бабочкой Малахов старательно изображал теперь торжественность и скорбь. Но верилось ему всё равно плохо. Двойственность восприятия мешала, я думаю, не мне одному.

Поневоле явление такого персонажа при исполнении Ленинградской симфонии напомнило одну из гнуснейших антисоветских выдумок, которые пачками распространялись в столь любимые Андрюшей 90-е. Будто бы не о гитлеровском нашествии написал Шостакович это бессмертное своё произведение, а … «о сталинских репрессиях». Каково?

Через годы, через расстоянья…

Продолжал я смотреть телевизор, и жизнь задерживала внимание на очередных сюжетах моей темы. Иногда радующих, но подчас болью сжимающих сердце.

Вот жители Риги протестуют против сноса памятников советским воинам, освободившим Латвию от фашизма. Под предательскими ударами гордо и обречённо кренятся монументы, а потрясённые люди вдруг запевают «Тёмную ночь» — остающуюся с ними пронзительную исповедь из советского фильма «Два бойца», снятого в 1943-м. Помню, мальчишкой впервые слушал её, приникнув к чёрной радиотарелке, ещё до того, как посмотрел картину, и впечатление было неизгладимое. Удивительно ли, что такая песня насущно нужна многим до сих пор?

А вот на телеэкране московские актёры, вернувшиеся из поездки в освобождённый Херсон, где выступали с концертом. Народный артист России Александр Михайлов говорит:

— Всё время слышали: «Как мы истосковались по этим песням!»

Эти — какие? Советские в основном! Из той же Великой Отечественной или довоенные, послевоенные.

О них речь шла и в передаче «Свои», впервые показанной на Первом канале 20 августа. Она была посвящена сражающемуся Донбассу и творчеству самих его защитников, то есть в первую очередь их песням и стихам.

Пожалуй, программы такого обширного формата на эту тему раньше ещё не было, и можно поблагодарить её создателей, особенно ведущего — поэта Влада Маленко. Выделить же хочу безусловную связь того, что мы увидели и услышали, с памятью о самой великой и справедливой войне, которую вёл советский народ.

Да, эту память не удалось вытравить в наших людях, несмотря на предпринятые усилия. Перекличка времён чувствуется постоянно, начиная с замысла передачи, подсказанного знаменитым советским поэтом Василием Лебедевым-Кумачом:

Кто сказал, что надо бросить

Песни на войне?

После боя сердце просит

Музыки вдвойне.

В прозвучавших стихах и песнях, рождённых нередко прямо в окопах, на передовой, и авторы их, и читатели, слушатели отмечали влияние то Симонова или Твардовского, то Исаковского или Семёна Гудзенко. Влияние, как правило, благотворное, потому будем надеяться на дальнейшее продолжение лучших традиций. Хорошо, что будет продолжена и новая передача.

Поскольку песня по праву считается душой народа, предстоит всеми средствами на этом направлении конкретно и убедительно доказать, что за душу свою наш народ крепко постоит. По-русски, по-советски!

Виктор КОЖЕМЯКО

Источник: «Правда»

Читайте также

А.Н. Радищев в Сибири. К 220-летию со дня смерти писателя А.Н. Радищев в Сибири. К 220-летию со дня смерти писателя
Александр Николаевич Радищев был выслан в Сибирь за книгу «Путешествие из Петербурга в Москву». Она была отпечатана в количестве всего 650 экземпляров в собственной типографии писателя, в его доме в С...
25 Сентября 2022
В музее поэтов «Серебряного века» В музее поэтов «Серебряного века»
Интересно, много ли москвичей знают о существовании Государственного музея истории русской литературы имени В.И. Даля на проспекте Мира, 30, созданного по инициативе Владимира Бонч-Бруевича? В 19...
25 Сентября 2022
«Русский Лад» в Иркутской области проводит концертное турне памяти Лидии Руслановой «Русский Лад» в Иркутской области проводит концертное турне памяти Лидии Руслановой
Дорогие мои друзья! В период с 5 по 13 октября в Иркутской области пройдет цикл концертов и мастер-классов под красивым и добрым названием «Иркутская история». Цикл концертов «Иркутская история» посвя...
25 Сентября 2022