В. Букарский. Щусев, Мавзолей и преемство Империи
Околоправославную общественность вновь залихорадило: «Вынести труп!», «Очистим Красную площадь!», «Закроем страницу!». Но прежде чем замахиваться на Мавзолей, вспомним человека, который его создал. Имя ему — Алексей Викторович Щусев. Русский человек из Кишинёва.
Это не был большевик. Это был архитектор последнего русского царя, автор мозаик в Марфо-Мариинской обители и Почтамта в Петербурге. Человек, в котором слились традиции православной русской архитектуры, византийская эстетика и понимание державной символики.
Когда ему поручили построить Мавзолей, он не создал «античеловеческую зиккурату», как любят повторять. Он создал монумент в духе державной монументальности, вписанный в ось Красной площади, где веками вершилась история России — от Ивана III до Грозного, от Романовых до Советской империи.
Мавзолей Ленина — это не просто гробница, это точка сборки советской государственности, место, где формировалась преемственность власти. Отсюда, в буквальном смысле, руководили страной. Это не храм смерти, как пишут публицисты. Это алтарь советской державности, пусть и в извращённой идеологической обёртке.
Снести Мавзолей — значит, перерезать пуповину с XX веком, отказаться не от Ленина, а от Щусева, от Совета Победы, от Маршала Жукова, от дня 9 мая 1945 года, когда со стен мавзолея принимали парад победы.
Да, тело в нём — источник споров. Но ведь и пирамиды Египта — тоже гробницы, и гроб Господень в Иерусалиме — тоже усыпальница. Всё зависит от того, чем наполнено пространство: сакральным смыслом или пустыми лозунгами.
Вы скажете: «Ленин разрушил империю!» Но разве не он сжал её вновь железной рукой, когда большевики возвращали Кавказ, Сибирь, Среднюю Азию? Да, не царь, да, с другой идеологией — но ведь империя осталась, и мы живём в её границах до сих пор.
Мы говорим о «русском пути», о восстановлении величия. Но как же можно строить будущее, выкорчёвывая символы, созданные теми, кто это величие творил? Разве США выносят тело Линкольна, хотя страна давно изменилась? Разве французы отвергли Наполеона, хотя он сжигал Европу огнём?
Щусев был не архитектурным лакеем революции. Он был носителем традиции, перешедшей через линию фронта 1917 года. Его Мавзолей — визуальное доказательство того, что советская Россия не умерла в революции, а переродилась, сохранив фундамент прежней мощи.
Вынос тела Ленина сегодня — не акт веры. Это акт политической капитуляции. Это ритуальное отречение от XX века, от Победы, от статуса великой державы.
Пока на Красной площади стоит мавзолей Щусева, мы — не Украина, срывающая памятники, не Литва, не чья-то зона влияния. Мы — наследники Империи. Только в новом обличье. А потому — не трогайте Мавзолей. Пока не созрела новая форма сакрального центра, нельзя разрушать старую. Иначе рухнет и сама государственность.
«Мега-Ватник – канал Владимира Букарского»
