Социализм как отрицание отрицания: возрождение Традиции
Великий Алексей Федорович Лосев во многом прав, что через отрицание отрицания социализм наследует истинные ценности и Традицию. Борьба между социализмом и национализмом – это всё та же борьба между Традицией и Модерном. Поэтому русские националисты (как и любые вообще) сами не осознают, что являются наследниками западничества. Немецкой, французской философии 19 века. Буржуазия – нация – капитал.
Мы же, как социалисты, наследуем истинную Традицию, очищаем ее от шелухи и несем ее дальше. Ведь в традиционных обществах люди не жили категориями наций, а общины были крепки и самодостаточны. Мы отрицаем не прошлое, а его извращение Модерном. Даже скифский бунт против Запада, описанный Блоком, — это бунт глубинной Руси против буржуазно-западнической империи.
Сегодняшние националисты, крича о «ценностях» и Боге, фактически копируют западные модели: их идеал — буржуазное государство с этническим лицом. Это не Традиция, а суррогат, где общину заменяет нация, соборность — культ денег, а справедливость — рынок с «национальным капиталом».
Нация, как исторический и социальный конструкт, не является для нас ни онтологической категорией, ни непреодолимым горизонтом человеческого развития. Нация — это преходящая форма организации общества, порождённая капиталистической модерностью и служащая интересам господствующего класса. Её преодоление через переход к модели государства-цивилизации становится не только возможным, но и необходимым этапом диалектического развития, где социализм, отрицая капитализм, воплощает подлинную Традицию — не как возврат к архаике, а как синтез вечного и нового.
Для марксизма нация — продукт буржуазных революций, возникший для консолидации рынков и подавления классового сознания. Национализм, по выражению Эрнеста Геллнера, стал «принципом, требующим, чтобы политические и национальные единицы совпадали», что позволило капиталу легитимировать эксплуатацию под лозунгами «великой судьбы». Однако даже в своей антиколониальной форме нация остаётся клеткой, ограничивающей интернациональную солидарность пролетариата, дробя его на конкурирующие группы.
Мы же, в свою очередь, видим в превозношении нации – упадок сакрального. Современные нации — суррогаты древних цивилизаций, утративших связь с трансцендентным. Национализм — это «идолопоклонство государству», подменившее иерархию духовных ценностей культом этнической исключительности. Нация, будучи проектом Просвещения, отрицает вечное ради временного, традицию — ради прогресса как самоцели, а не факела будущего.
Патриотические левые во многом сходятся в критике абсолютизации нации как формы отчуждения: как классового, так и духовного.
Отказ от государства-нации не означает уничтожения культурного многообразия. Напротив, модель государства-цивилизации предполагает интеграцию народов в рамках крупных историко-культурных ареалов, основанных на общности духа, а не крови или языка. Цивилизация, в отличие от нации, — это содружество смыслов, где плюрализм традиций подчинён высшему архетипическому порядку. Примеры таких образований — Византия, сохранившая античное наследие через христианский универсализм, или Советский проект, пытавшийся объединить народы Евразии на основе социалистической идеи.
Государство-цивилизация отрицает буржуазный национализм, но не идентичности. Оно предоставляет народам автономию в рамках общей метафизической и социальной структуры, где труд освобождён от товарного фетишизма, а культура — от коммодификации. Это не «плавильный котёл», а симфония, где каждая группа вносит свой голос в коллективное творчество истории.
Капитализм, отрицая феодализм, разрушил традиционные связи, заменив их денежным расчётом. Социализм, по Марксу, — это «отрицание отрицания», снимающее противоречия капитализма. Однако это снятие — не линейный «прогресс», а возврат к архетипам на новом витке. Здесь марксизм сближается с Традицией: оба видят в социализме восстановление общинных принципов — коллективизма, солидарности, неприятия ростовщичества — но в глобальном масштабе.
Традиция, воплощённая в социализме, — это не ностальгия по прошлому, а актуализация изначального. Как писал Рене Генон, подлинная Традиция есть «неизменное ядро», адаптирующееся к эпохам без утраты сути. Социалистическое государство-цивилизации, упраздняя частную собственность (источник националистической вражды), возрождает сакральное отношение к труду и земле, характерное для докапиталистических обществ, но уже на основе технологического изобилия и научного планирования.
Современный кризис государства-нации — экологический, экономический, духовный — обнажает тупик капиталистической модерности. Красная Скифия предлагает решение: строительство государства-цивилизации, где социалистическая организация экономики сочетается с возрождением вечных ценностей. Это не утопия, а диалектическая необходимость.
Канал «Скифский коммунизм»
***
От редакции. Соглашаясь в целом с уважаемым автором канала «Скифский коммунизм», всё же вынуждены сделать небольшое дополнение. Спор о «национализме» является спором о терминах. В политической терминологии национально-освободительных движений стран «Третьего мира» слово «национализм» чаще всего употребляется не в узко этническом, а в цивилизационном смысле. Так, Сунь Ятсен и Дж. Неру считали себя «националистами», хотя Индия и Китай – это классические государства-цивилизации (а не «государства-нации» в западном понимании).
Мы также не считаем нужным выступать против национализма как такового и отождествлять его с европейской буржуазной версией этого явления. Русский цивилизационный национализм не противоречит евразийской сущности России, не раскалывает её, а объединяет.
Точно так же он не противоречит социалистической перспективе, а неразрывно с ней связан, потому что классовое, внутренне расколотое общество по своей сути не может быть единым целым, и задачи национального единства (к чему стремится любой националист) достижимы только при общественной собственности на средства производства.
