Смертельные угрозы «безопасного» Афганистана
Афганистан продолжает быть «бомбой замедленного действия». Попытки проникновения вооружённых групп в соседний Таджикистан фиксируются всё чаще, другими мишенями террористических атак являются Китай и Пакистан.
Уходя в 2021 году из Афганистана, оккупационный контингент во главе с США сохранил здесь действенные, хотя и замаскированные, рычаги влияния. Во-первых, это многочисленные террористические группировки, сколоченные при участии западных спецслужб и сохраняющие тесные связи со своими создателями. «Исламское государство» (ИГ)*, имеющее разветвлённые сети финансирования, вербовки и пропаганды, — лишь один из примеров.
Второе дыхание получило практически разгромленное исламское движение Восточного Туркестана (ИДВТ)*. Выступающие за отделение от КНР территории Синьцзян-Уйгурского автономного района и образование здесь «исламского халифата» экстремисты были с распростёртыми объятиями приняты в сирийском Идлибе. До пяти тысяч уйгурских боевиков участвовали в свержении правительства Башара Асада, чему способствовало исключение группировки из списка террористических организаций США. После успешного переворота члены ИДВТ* влились в 84-ю дивизию новой сирийской армии, один из главарей Абдулазиз Дауд Худаберди получил звание бригадного генерала.
Сегодня многие боевики перебазируются в Афганистан, ближе к границам Китая. Это вызывает законную обеспокоенность Пекина. Тему экстремистских движений поднял глава МИД КНР Ван И, встречавшийся в конце прошлого года с министром иностранных дел Сирии Асадом аш-Шибани. По словам руководителя китайской дипломатии, стороны должны уважать основные интересы друг друга. Ван И напомнил собеседнику об обещаниях не позволять никакой организации использовать сирийскую территорию для ущерба интересам Китая. Аш-Шибани — сам бывший боевик группировок «Джебхат ан-Нусра»* и «Хайят Тахрир аш-Шам»* — заверил собеседника в том, что Дамаск «выступает против терроризма во всех формах».
Верится в это с трудом. Атаки против Пекина и его интересов становятся всё чаще. 19 января смертник устроил теракт в китайском ресторане в Кабуле. Погибли семь человек, около двадцати получили ранения. Ответственность взяли на себя боевики из ИГ*, заявив о «преступлениях китайского правительства против уйгуров». Правда, среди жертв взрыва лишь один имел гражданство КНР, остальные были афганцами.
Не решаясь напрямую нападать на Китай, исламисты и их спонсоры выбирают для ударов как Афганистан, так и другие соседние с КНР страны. В прошлом году в приграничных районах Таджикистана погибли шесть китайских граждан — сотрудников совместных предприятий. О том, что постсоветская республика имеет особое значение в этих планах, говорит статистика нападений. Её обнародовал 2 февраля директор агентства по контролю за наркотиками при президенте Таджикистана Зафар Самад. Если в 2024 году на границе произошло шесть вооружённых столкновений, то в прошлом — уже 17. Объём изъятых наркотических средств, по словам чиновника, вырос с 1,8 до 2,8 тонны.
С началом года обстановка на границе не улучшилась. 18 января Госкомитет национальной безопасности сообщил о нейтрализации четырёх террористов в районе Шамсиддин Шохин Хатлонской области. На месте столкновения были обнаружены три автомата Калашникова, американская винтовка марки CROSS, большое количество боеприпасов. Ещё один инцидент произошёл 29 января в том же районе. Как сообщили в пограничных войсках республики, пять злоумышленников проникли на таджикскую территорию и, не подчинившись приказам о сдаче, оказали сопротивление. Три боевика были убиты, двоим удалось вернуться в Афганистан. Помимо оружия, пограничники обнаружили четыре мешка с наркотиками.
В начале февраля исполняющий обязанности заместителя генсека ООН по борьбе с терроризмом Александр Зуев заявил на заседании Совета Безопасности, что базирующаяся в Афганистане ИГ* остаётся одним из самых опасных вызовов для региона. По его словам, группировка успешно адаптируется к новым реалиям, используя криптовалюты и цифровые платформы, а также искусственный интеллект для вербовки сторонников. Зуева поддержали представители КНР. Подтверждением их обеспокоенности стал кровавый теракт 6 февраля в пакистанской столице (на снимках). Объектом нападения была шиитская мечеть, куда на пятничную молитву собрались сотни верующих. Погибли более тридцати человек, ответственность за преступление взяло ИГ*.
В Кабуле, однако, отказываются признавать серьёзный характер проблемы. Официальный представитель «Талибана» Забиулла Муджахид объявил, что Афганистан безопасен и в стране нет террористических группировок. «Исламское государство»*, утверждает он, полностью разбито, а его остатки бежали в Пакистан. Прозвучавшие в ООН заявления, по словам Муджахида, «не обоснованы» и являются частью «негативной пропаганды». «Когда мы говорим, что афганская земля не будет использована против кого-либо, это значит, что ни одна страна не должна испытывать опасения», — добавил представитель талибов.
Действительность опровергает эти оптимистичные заявления. Несмотря на смену власти, Афганистан остаётся плацдармом для экстремистских сил и угрозой для соседних стран.
* Организация, запрещённая в РФ.
Сергей КОЖЕМЯКИН
Источник: «Правда»
