Символика Московского Кремля в свете учения Н.Ф. Фёдорова

Символика Московского Кремля в свете учения Н.Ф. Фёдорова

За двадцать пять лет работы над изложением своего учения Н.Ф. Федоров предло­жил около трех десятков его названий (см.: Борисов 2010, с. 276-277). Одно из этих назва­ний — «Пасхально-кремлевский вопрос». В данной статье мы попытаемся показать, что это название навеяно символикой Московского Кремля.

Федоров не раз повторял, что прямая связь воскресения Христа со всеобщим вос­крешением нигде так не ощущается, как на Пасхе в Кремле (Федоров 1995-2000/1, с. 142). Первая весть о воскресении, подчеркивал он, слышится в Пасхальную ночь не под свода­ми храма, а на пространствах вселенной. Сам же Кремль, запруженный в Пасхальную ночь толпою народа, предстает символическим храмом Воскрешения. Мыслитель чает то вре­мя, когда Кремль окончательно перестанет быть только крепостью, станет Музеем всеоб­щего дела и одновременно — площадкой для союза всех людей против смертоносной си­лы природы.

Красота Кремля

Своеобразие Московского Кремля заключается в его предназначении как общерус­ской твердыни-крепости, в отличие от западных и восточных замков, которые служили преимущественно для защиты правителя и его приближенных. Именно этим объясняются грандиозные размеры Московского Кремля.

Резко отличается художественный облик Московского Кремля от всех замков мира из- за метаморфозы, которую он пережил, когда в XVII в. все его башни «красоты ради» вы­росли в два раза, ибо были надстроены декоративными ярусами и шатрами, и обрели торжественный, триумфальный, нарядный и праздничный вид.

Ни один замок мира такого принципиального преображения не знал! Только Московский Кремль из суровой твердыни преобразился в архитектурный рай. Недаром даже для европейского сознания художественный облик Московского Кремля стал символом и синонимом Красоты.

Так, например, английский ученый Чарльз Мак-Коркодейл в книге, посвященной исто­рии европейской архитектуры, описывая византийскую, дал ей такие определения: «непревзойденная утонченность», «роскошь», «изысканность», «великолепие и пышность», «имперское величие», «декоративное великолепие», но «в формах, приемлемых для христианской православной церкви». Более того, он особо отметил «религиозный ми­стицизм» и «абстрактный символизм», которые были мощными «дополнительными источ­никами декоративного великолепия». И наконец, английский исследователь прямо указы­вает, что «эффектный вид <...> византийской архитектуры <...> напоминает Московский Кремль» (Мак-Коркодейл 1990).

Московский Кремль и Красота — понятия нерасторжимые. Превращение суровой крепости в великолепный архитектурный рай произошло в Москве далеко не случайно. Ведь искания Справедливости и Красоты — основная черта, главный ориентир русской души.

Недаром более 1000 лет назад решающим аргументом в пользу выбора Русью пра­вославия стал критерий Красоты, помимо Добра и Истины. Послы Владимира, поражен­ные великолепием греческого богослужения, сказали князю: «не знаем мы — на небе мы были или на земле, ибо на земле нельзя видеть такого зрелища и такой красоты; <...> там Бог пребывает с людьми» (Голубинский 1901, с. 113). А если перекинуть мостик к русской культуре XIX в., то в ней укореняется мысль великого нашего писателя Федора Достоев­ского: «Мир спасет красота» (Достоевский 1972-1990/8, с. 436).

Кремль — защита Мира и его Щит

Символика Московского Кремля многозначна. Исторически Московский Кремль был центром собирания и единения русских и иных земель и народов в целях защиты от смер­тоносной силы внешних врагов.

Идея единения вокруг Московского Кремля отлилась в незабываемую картину многоглавия Соборной площади. Многоглавие было художественно-символическим открытием, откровением и излюбленным приемом зодчих средневековой Руси. Оно наглядно и эф­фектно видно и когда находишься внутри Кремля, в центре Соборной площади, и когда смотришь на Кремль из-за Москва-реки или других высоких точек Столицы.

Защита от смерти достигалась и путем создания огромной всенародной крепости-твердыни, и путем объединения земель, и концентрацией всех сил и ресурсов во властной руке русского центра. Именно эта концентрация власти помогла привести к умиротворению распрей и междоусобиц, как среди русских князей, так и у других народов. Это же усмиря­ло и умиротворяло агрессоров со всех сторон света.

Московский Кремль — это символ межгосударственного, межэтнического умиротво­рения. Это символ борьбы за мир, а не только отпора нападениям с Запада, Востока и Юга, символ внутреннего и внешнего порядка и справедливости. Эта роль фактически, символически прослеживается на протяжении всего многовекового существования Мос­ковского Кремля, начиная от изначальных времен. Она видна и во время становления Ру­си, и в борьбе с Ордой, и в польско-литовско-шведскую оккупацию в Смутное время, и в Отечественную войну 1812 года против «двунадесяти языков», и во время интервенции Антанты, и в эпоху великой борьбы и победы над немецко-фашистскими захватчиками, и в холодную войну, и в период борьбы за мир во второй половине XX века... До сих пор в России и мире живет надежда, что Московский Кремль снова станет великим объедините­лем и умиротворителем.

Вот почему Московский Кремль называют «алтарем мира», а Москву — «храмом ми­ра». Недаром в XIX в. именно из Москвы впервые в мире прозвучали призывы к международному разоружению (инициатива Николая II по созыву Гаагской конференции по разору­жению). Этот факт Н.Ф. Федоров горячо приветствовал.

Как крепость, Кремль защищал от смертельных врагов как живых, так и могилы умерших (Федоров 1995-2000/3, с. 77), был в буквальном смысле щитом от смерти, спа­сающим и позволяющим восстановить в будущем жизнь. Недаром Федоров писал, что из военной и грозной крепости Кремль должен преобразиться в Музей, понятый проективно — как орудие всеобщего собирания. Как крепость, Кремль защищал русских людей от смертельных врагов, был в буквальном смысле щитом от смерти, спасающим и позволя­ющим восстановить в будущем жизнь.

Постоянная защита от смертоносных сил войны не случайно привела к идее зримого воплощения борьбы со смертью и окончательной победы над нею через возрождение и всеобщее воскресение. Это было с блеском реализовано в символическом, архитектурно­градостроительном облике Московского Кремля, сердцем которого является Успенский собор. В успенском мышлении, о котором пойдет речь ниже, главными являются антимортальный и воскресительные аспекты. Вот почему Успение Пресвятой Богородицы называ­ют «Второй Пасхой» (Борисов 1991).

Кремль и путь в Космос

Размышляя еще в середине XIX века о выходе человека в космос, Н.Ф. Федоров пи­сал: «Ширь русской земли, способствует созданию подобных (богатырских. — В. Б.) харак­теров; наш простор служит переходом к простору небесного пространства, этого нового поприща для великого подвига» (Федоров 1995-2000/1, с. 254). Таким богатырем оказался русский красавец-смельчак, Юрий Алексеевич Гагарин. Невероятно, загадочно, но насто­ящая фамилия Н.Ф. Федорова тоже Гагарин. Он незаконный сын князя П.И. Гагарина и дворянки Елизаветы Ивановой (Борисов 1990).

Московский Кремль издавна был собирателем, музеем не только священных предме­тов, ювелирных сокровищ и произведений искусства, но и лучших образцов оружия. В XX веке перед его башнями стали представлять и научно-технические достижения, прежде всего оборонные. Вполне естественно, что после полета в космос в Кремле был совершен и специальный символический акт — Ю.А. Гагарин посадил в Кремлевском саду особое дерево. И назвали его — Дуб «Космос».

Таким образом в Московском Кремле с помощью двух Гагариных, одного провидца космического будущего, другого первого летчика-космонавта, сошлись воедино Земля и Небо.

Дуб, посаженный Ю.А. Гагариным, находится напротив величественной и мощ­ной колокольни Ивана Великого, которая одновременно является церковью во имя препо­добного Иоанна Лествичника, автора «Лествицы духовной». В этой книге Иоанн описывает символические ступени лестницы, возводящей к небесному совершенству.

Сама колокольня-церковь относится к Успенскому собору, освященному во имя Пре­святой Богородицы, именуемой также «Лествицей на небеси».

Итак, в Московском Кремле как бы начинается Лестница на Небо, а Космос — Воскрешение — Бессмертие суть ступени к Богу, у которого «смерти нет».

Таким образом священный смысл Московского Кремля предопределяет его роль ми­рового центра борьбы со смертью, высшую земную инстанцию по организации молитв и трудов в общем деле воскрешения. Кремль прогностически должен быть штабом борьбы со смертью, а залог тому — обетование Пресвятой Богородицы, которая «в Успении мира не оставила» и по откровению святых провидцев избрала нашу страну своим последним уделом на Земле.

В этом суть ответа на Пасхально-Кремлевский вопрос.

Символика Соборной площади Московского Кремля

Помните хватающие за душу знаменитые строки Марины Цветаевой:

У меня в Москве — купола горят,

У меня в Москве — колокола звонят,

И гробницы в ряд у меня стоят, —

В них царицы спят и цари.

И не знаешь ты, что зарей в Кремле

Легче дышится, чем на всей земле.

Поэзия — это не преувеличение, а точное определение сути. Именно жизненная точ­ность вызывает наш трепет перед поэтическим словом. Оказывается, Цветаева точно описала, что видели ее глаза в Кремле.

Высокий холм, как «державным венцом», опоясан лентой зубчатой стены и островер­хих нарядных башен. На лбу холма, на его маковце, как алтарь возвышается многоглавая Соборная площадь с золотыми куполами.

Возглавляет сонм куполов колокольня Ивана Великого. Жаром золота облитый, гудел Иван Великий, открывая на Пасху знаменитый звон од­новременно всех сорока сороков московских церквей. И призывно разносился этот пас­хальный благовест над Архангельским собором, где покоятся русские цари, и над Возне­сенским монастырем, где до его разрушения в советские годы спали русские царицы.

В том виде, в каком сейчас пребывает Соборная площадь, она оформилась в XVII в. Организуют Соборную площадь 9 церковных зданий и одно светское — Тронный зал русских монархов — Грановитая палата.

Но из девяти церковных зданий Соборной площади из-за реки, с центральной оси Кремля, лучше всего видна троица соборов и архитектурный стержень — столп Ивана Ве­ликого. Причем троица наиболее воспринимаемых соборов является главной по назначе­нию, ибо в них совершались важнейшие этапы жизни московских царей: в Благовещенском соборе Цари Русские крестились, в Успенском соборе — венчались на царство, в Архан­гельском соборе находили вечный покой — хоронились. Все было рядом.

Три собора златоглавы,

Где блюстителей державы

Над священною главой,

В их судьбе разнообразной

Три венца сияют разно —

Царский, брачный, гробовой

(Филимонов 1988, с. 237)

Главной определяющей чертой художественного образа Соборной площади Москов­ского Кремля является устремленность вверх, в высь, в Небо, в Космос. Все линии, рисующие художественный силуэт ансамбля площади, ориентируют глаз вверх. Это особенно наглядно видно в венчающей части храмов — в композиции куполов. Все купола заканчиваются килевидным образом, то есть, утончаясь, тянутся вверх и со­здают впечатлении парения над землей, над зданиями.

Тема вознесения и парения, ориентации вверх, в Небо, в Космос, к Богу закрепляет образ величавого столпа Ивана Великого. Этот художественный образ явился результатом реализации особого замысла. В чем он заключается?

В уставной литературе Русской Православной Церкви в разделах, посвященных устройству храмов, пишется следующее:

«На крыше храма устраивается иногда один, иногда несколько куполов (башен с вы­пуклою или остроконечною крышею) как указание на то, что христиане должны отрываться от привязанностей к земному и стремиться к небесному» (Соколов 1922).

Пафос Соборной площади заключается в порыве к Небу, к Высшему, в Космос, к Бо­гу, к Царству Небесному.

В структуре художественного замысла Соборной площади Московского Кремля опре­деленное значение заняла и сакральная числовая символика. Числа 3, 9 и 40 — особые. Священные и знаменательные, они не раз встречаются в Священном Писании.

На 3-й день воскрес Иисус Христос. На 3-й день воскресла Божия Матерь. Православный Бог един в трех лицах. По Своем Воскресении Господь наш Иисус Христос 9 раз «был видим глазами и ося­заем руками человеческими» (Фаррар 1893, с. 574). Небесная иерархия небожителей имеет 9 ангельских чинов 3 ступеней.

Моисей 40 дней пробыл на Синае. Пророк Илья 40 дней пробыл в пустыне. Спаситель тоже пробыл 40 дней в уединении. На 40-й день вознесся Христос по Воскресении. Число 40 в Священном Писании всегда связано с искушением и возмездием.

Главными на Соборной площади Московского Кремля являются три собора. Образу­ют всю площадь девять церковных зданий, а среди них Благовещенский собор имеет де­вять глав, что символизирует девять ангельских чинов. Девятиглавие этого храма служит как бы залогом того, что все девять ангельских чинов заступятся за русских крещеных ца­рей, за Московский Кремль, за русский народ.

Общее число всех куполов на Соборной площади — 40.

Все эти три числа (3, 9, 40) имеют особое значение в судьбе усопших: на третий день хоронят, на девятый и сороковой день поминают, заказывают сорокоуст.

На сороковой день устраивают особые поминки усопшим, ибо считается, в этот день душа усопшего окончательно покидает земные пределы и, если достойна, удостаивается Царствия Небесного.

В связи с метаморфозой усопших на сороковой день особое значение имеет Успение Пресвятой Богоматери. Вокруг этого события сложилась особая система идей, названная философом Н.Н. Лисовым «успенским мышлением» (Лисовой 2001).

В Успенском мышлении, как видно в иконописи XV-XVII вв., помимо темы оплакива­ния апостолами усопшей Богоматери, развивается и занимает векторное положение тема ее Воскресения и Вознесения во плоти на небеса.

Эта тема в пространных редакциях иконографии Успения Божией Матери реализует­ся в средней части иконы.

Над лежащей в темных ризах на смертном одре Марии изображен стоящий в небес­ной славе Спаситель со спеленутыми белыми пеленами ребенком на своих руках. Этот младенец — душа Божией Матери, которую принимает Христос. А еще выше, в центре иконы, в кругах небесной славы изображается сидящая Мария, но уже в белых ризах. Она поддерживается двумя Архангелами. И в самой верхней части полукругом изображены Врата Рая.

Согласно церковным представлениям, после Воскресения Христа первый человек, который воскрес после искупительной жертвы, была Мария. Именно ее архангелы Гавриил и Михаил встречают у Врат Рая как первого представителя рода людского, удостоившего­ся обожения. Поэтому образ Богоматери сопровождается двумя архангелами — Гавриилом и Ми­хаилом. И эта важнейшая идеологема Успенского мышления нашла воплощение в разработке плана Соборной площади.

Из-за Москвы-реки, с главной точки зрения, видны лучше всего именно собор Богоро­дицы (ее Успения), фланкируемый соборами Благовещенским и Архангельским, то есть внутренним оком нам как бы предлагается видеть Богоматерь, сопровождаемую арханге­лами Гавриилом и Михаилом (Успенский собор— Мария, Благовещенский — Гавриил, Архангельский — Михаил).

Благовещенский собор посвящен событию, в котором активным действующим лицом был Архангел-Благовестник Гавриил, сообщивший Марии, что от Духа Святого непороч­ным путем она зачнет Спасителя мира — Иисуса Христа. Архангел Гавриил и Михаил играют исключительную роль в замысле спасения мира, ибо были главными исполнителями Божиих предначертаний.

В связи с этим в Православии получил широкое распространение тип иконы Богома­тери, на которой слева и справа часто изображаются два Архангела. А на острове Крит даже построили церковь «Панагия Ангелоктиста», что значит «Всеблагая Ангелосданная». Именно в соответствии с этой идеей размещены три главных храма на Соборной площади Московского Кремля, давая архитектурное воплощение иконной программы.

Эта идея находит воплощение на Соборной площади и в виде фрески. Над южным порталом Успенского собора, т. е. на парадной стороне, изображена Богоматерь Влади­мирская, и слева и справа от Нее Архангелы Гавриил и Михаил в рост.

Но идейно-художественный строй Соборной площади имеет несколько уровней во­площения и прочтения.

1. С парадной точки зрения из-за Москвы-реки.

2. С точки зрения символики священных чисел.

3. С точки зрения содержания наружных фресок.

4. С точки зрения посвящения престолов.

К сожалению, до сих пор, кроме анализа содержания наружных фресок, наши иссле­дователи не обращались ни к анализу числовой символики, ни особенной храмографии («храмография» — неологизм, созданный подобно терминам «иконография», «агиография». Сочетание русского и греческого корней — не новость. Вспомним слово «Санкт-Петербург», где сочетаются латинский, греческий и немецкие корни) Соборной площади, не увязывали посвящение престолов Кремля с идеями Успения и Вос­кресения.

А между тем храмы, образующие Соборную площадь, посвящены:

Божией Матери — Успенский собор.

Ризам Марии, оставшимся по Воскресении и Вознесении ее, — Ризположенская церковь.

Спасителю — Верхоспасский собор.

Двенадцати апостолам — Собор двенадцати апостолов.

Архангелу Гавриилу — Благовещенский собор.

Девяти небесным чинам — Благовещенский собор.

Архангелу Михаилу — Архангельский собор.

Заметим, что вышеприведенный список перечисляет все образы, изображенные на иконе Успения Пресвятой Богородицы.

Другими словами, Соборная площадь Московского Кремля есть ничто иное, как во­площение архитектурно-градостроительными средствами иконографии Успения Богомате­ри, т. е. Священная площадь Кремля — это архитектурная икона Успения и Воскресения Божией Матери.

Воскресенский аспект является частью Успенского мышления. Со словом «Успение» в православном сознании связывается не только смерть, но и победа над смертью.

Обратим внимание, что в тропаре на праздник Успения Пресвятой Богородицы Она названа «Мати сущи Живота, и молитвами Твоими избавлявши от смерти...»

В кондаке же на этот праздник прямо утверждается «В молитвах неусыпающую Бого­родицу <...> гроб и умерщвление не удержатся».

Развитие успенско-воскресительного мышления на Руси привело естественно к идее построить в Кремле грандиозный Воскресенский собор на Соборной площади как главный храм Московского Патриаршего Престола. Эта идея возникла в XVI веке, «когда в сонме древних патриарших кафедр появилась еще одна — Московская» (Под патриаршим омо­фором, 1989).

Новый храм должен был превзойти свой прототип — Воскресенский храм Гроба Гос­подня в Иерусалиме. Для того, говорят, и была осуществлена в 1600 г. повелением Бориса Годунова надстройка столпа Ивана Великого, ставшего надолго самым высоким сооруже­нием на Руси.

Но построен был чаемый Воскресенский храм полвека спустя, не в Кремле, а недале­ко от Москвы, на берегу реки Истры, где сама природа, казалось бы, создала условия для строительства Русской Палестины.

Патриарх Никон задумал повторить не просто копию храма Гроба Господня, но воссо­здать топографически все евангельские реалии — священные места земной жизни Спаси­теля с помощью ландшафта, архитектуры и градостроительных приемов: создать про­странственную икону Святой Земли и икону Небесного Града, виденного в Откровении Иоанном Богословом.

Так возникла, по словам И. Грабаря, самая пленительная архитектурная сказка, кото­рую знало человечество, — Новый Иерусалим.

От иерусалимского храма Никон взял только планировочную схему. Сам же облик Нового Иерусалима навеян, прежде всего, образами русского зодчества: многоглавого собора Василия Блаженного и многоглавой Соборной площади Московского Кремля, с их богатой и сказочно многоцветной отделкой фасадов, с большими ажурными крестами, с изысканнейшими линиями русских куполов.

Многоглавый, златоглавый, разноцветный, сложный по силуэту Новоиерусалимский Воскресенский монастырь более похож на Московский Кремль, чем на строгий, одноцвет­ный, скупой на декор Воскресенский собор Гроба Господня в Иерусалиме.

Новый Иерусалим превратился в Новый Кремль Святой Руси, в Воскресенский Кремль, образ Рая на Земле, так любимый Н.Ф. Федоровым, который в последние годы жизни проводил лето в Воскресенске, посещая регулярно Новый Иерусалим.

Таким образом, Московский Кремль как архитектурная икона Успения и Воскресения оказал исключительное влияние на русское сознание.

Архитектурная символика Московского Кремля вместе с новозаветной литературой послужила основным источником конструирования ошеломляющего учения о воскрешении людей, о победе над смертью, которое разработал гениальный русский мыслитель Н.Ф. Федоров.

Московский Кремль для Федорова явился тем ключевым образом, который, переда­вал полноту и глубину его учения, воспринимал его как олицетворение сокровенных чая­ний людей и понимался им как «Алтарь мира». Дело дошло до того, что философ в попыт­ках отыскать самое точное название для своего проекта Победы над Смертью, пришел к мысли назвать его «Пасхально-Кремлевский вопрос».

Литература:

Борисов 1990 — Борисов В.С. Кто же мать Н.Ф. Федорова? // Общее дело: Сборник докладов, представ­ленных на I Всесоюзные Федоровские чтения. М., 1990. С. 233-234.

Борисов 1991 — Борисов В.С. Кремль и Успение II Домострой. 1991. № 4.

Борисов 1996 — Борисов В.С. Адреса Н.Ф. Федорова // Философия бессмертия и воскрешения: В 2 вып. Выл. 1. М. 1996. С. 251-255.

Борисов 2010— Борисов В.С. Федоровские сады как Эдем Воскрешения (ландшафтная визуализация идей Философии Общего Дела) II «Служитель духа вечной памяти». Николай Федорович Федоров (К 180-летию со дня рождения). Сб. научных статей: В 2 ч. Ч. 2. М„ 2010. С. 267-308.

Голубинский 1901 — Голубинский Е.Е. История русской церкви. Т. 1. М., 1901.

Лисовой 2001 — Лисовой Н. Песнь Успенская //Три Рима. М„ 2001. С. 445-452.

Под патриаршим омофором 1989 — Под патриаршим омофором. К 400-летию установления Патриарше­ства на Руси. М. 1989, Буклет.

Соколов — Соколов. Устав Православного богослужения. Париж, 1922.

Фаррар 1893 — Фаррар Ф. Жизнь Иисуса Христа. СПб, 1893.

Федоров 1995-2000/1-4, Доп. — Федоров Н.Ф. Собр. соч.: В 4 т. М„ 1995-1999; Дополнения. Коммента­рии к Т. IV. М., 2000.

Филимонов 1988 — Филимонов В.С. «Я не в Аркадии — в Москве рожден», М„ 1988.

В.С. БОРИСОВ

«Московский Сократ»: Николай Фёдорович Фёдоров (1829-1903). Сборник научных статей

Читайте также

«Браво! Дитя Шаляпина!» К 100-летию Александра Огнивцева «Браво! Дитя Шаляпина!» К 100-летию Александра Огнивцева
Ну кто бы мог подумать из детского и юношеского окружения паренька с исконно русским именем Александр, сына машиниста из Луганщины, с ранних лет увлекавшегося техникой и любившего мастерить, что ему у...
19 Сентября 2020
Утечка «мозгов» Утечка «мозгов»
Согласно исследованию сервиса «Работа.ру» и портала «Рамблер», большинство россиян (64%) не работают по профессии, которую получили в училищах и вузах, и лишь 36% трудятся по специальности, полученной...
19 Сентября 2020
В.С. Никитин. Куликовская битва 1380 года как символ сплочения русского народа В.С. Никитин. Куликовская битва 1380 года как символ сплочения русского народа
В 2020 году 16 сентября исполнилось 640 лет со дня Куликовской битвы на Дону. Победа войска князя Дмитрия Ивановича Донского над ордами темника Мамая на Куликовом поле стала символом сплочения русских...
18 Сентября 2020