Р. Семяшкин. Советская литература, обращённая к Ленину

Многонациональная советская литература, и касается это напрямую прозы и публицистики, вспоминала о Ленине очень часто. Он присутствовал на страницах многих тысяч разноплановых художественных произведений, написанных абсолютно непохожим языком и на диаметрально противоположные темы.

Можно было бы назвать не одну сотню знаковых, содержательных, глубоких, высоко нравственных творений, где герои обращаются к образу Ленина, говорят о нем, сверяют с ним свои мысли, планы, конкретные дела и начинания. Порою это были необычайно удачные обращения. Неизменно присутствовал в них широкий смысловой тон, налицо была видна и ощутима эмоциональность, чувственное восприятие писательского замысла. Обращались же к Ленину в этих текстах буквально все, вымышленные и взятые из жизни, названные своими именами герои – от крупнейших государственных деятелей до простых, рядовых колхозников, рабочих, молодежи. Назову, в данной связи всего несколько имен и произведений.

Обратимся к известному роману А. Первенцева «Кочубей». На протяжении всего повествования писатель показывает нам неразрывную связь как самого реально существовавшего прославленного героя гражданской войны Ивана Кочубея, так и его бригады с партией большевиков и лично с В.И. Лениным. К нему стремится эта неординарная личность, с ним он связывает будущее юга России, ему верит, от него ждет поддержки. И даже в самые тяжелые часы болезни тифом, сопровождавшим его во время изнуряющих и изматывающих переходов по Кавказу и Астраханским степям, находясь в бреду, он беседует с Лениным – так велико было его неподдельное желание стать в строй бойцов-ленинцев, так хотелось ему увидеть Владимира Ильича.

И в предсмертной своей записке, найденной на квартире, в которой его больного размещали перед казнью, которую он предпочел предательству, «наполовину печатными, наполовину письменными буквами» Кочубей напишет: «Вот шо, я кончаю. Мою одежду, як шо можно, просю доставить до дому, як последнюю память. Я верю, шо скоро придет наша Красная Армия. Хай не поминает меня лихом. Перешлите товарищу Ленину, шо я до последней минуты отдал свою жизнь за революцию».

Вспоминается повесть А. Караваевой «Двор». В ней Ленин присутствует в крестьянских раздумьях русской деревни второй половины двадцатых годов XX века. А как трепетно, «так взволнованно, словно видел его своими глазами», рассказывал детишкам бедноты о Ленине в первой киргизской аульной школе в 1924 году самоотверженный молодой учитель Дюйшен из повести «Первый учитель» Ч. Айтматова.

О своих переживаниях, «первой встрече с Лениным», нахлынувших в Шушенском, на пути в 1925 году из далекой Тувы в Москву, в Коммунистический университет трудящихся Востока, в своем автобиографическом романе «Слово арата» поведал основоположник тувинской советской литературы, многолетний руководитель коммунистов Тувинской АССР С.К. Тока.

Любопытный эпизод, связанный с знакомством чукчей в первой половине двадцатых годов прошлого столетия с образом Ленина, описал в своем известном романе «Алитет уходит в горы» русский советский писатель Т. Сёмушкин. Уполномоченный советской власти на Чукотке Никита Лось приходит на помощь к старику Умкатагену, заболевшему и собравшемуся по собственному желанию, оговоренному с сыном Эрменом и местным шаманом к «верхним людям». Лось, идя на слом давнишних диких традиций, запрещает родным душить старика. Шаман советует, дабы не вызвать гнев «злых духов» дать старику русское имя.

В результате происходит следующее:

«– Как зовут того русского, который придумал новый закон жизни? – спросил Эрмен, обращаясь к Лосю.

– Ленин! Ильич!..

– Пусть старик возьмет себе это имя, – сказал Эрмен.

Медлить с выбором имени было нельзя. Старика тут же назвали Ильичом».

У «Ильича» после случившегося переименования начнется новая жизнь, он выздоровеет, будет жадно впитывать все новшества, приходившие на его чукотскую землю вместе с советской властью и очень гордиться своим звучным именем.

К образу Владимира Ильича не раз обращались и в жанре художественной публицистики. Особо выделялись тут те очерки, статьи, зарисовки, которые писались теми авторами, которым посчастливилось видеть и слышать Ленина, как, например, одному из старейших драматургов В. Билль-Белоцерковскому. Будучи в летах, писатель не переставал обращать свой взор и в революционное прошлое. Оно подсознательно жило в нем и укрепляло его веру в Октябрьские свершения, в коммунизм, в ленинскую партию. Часто вспоминал он и январь 1918 года, подаривший ему возможность на III Всероссийском съезде советов видеть Ленина. «Кто хоть раз видел этого человека, тот навсегда запомнит его. Печать дела, дела Революции – первой в истории мира, – лежала на нем. Об этом говорили его глаза, его жесты, каждая морщинка на лице. Об этом говорил весь его облик».

О том, как в самые судьбоносные дни начала Великой Отечественной войны к гению Ленина обращался Сталин, на страницах романа «Война» рассказал И. Стаднюк. В своих размышлениях Сталин взывает к Ленину, перечитывает его статьи, сверяет с ним свои задумки и планы, мысленно советуется с учителем и вождем, с ученым-марксистом. А в разговоре с Молотовым на предмет создания Государственного Комитета Обороны, определяет и итог своим раздумьям: «– Следует поучиться у Ленина <…> Ночью я перечитывал кое-что… Например, в письме «Все на борьбу с Деникиным!» Владимир Ильич будто для сегодняшнего дня дает нам советы. Разве не современно звучат такие слова Ленина?.. – Отведя в сторону глаза, Сталин начал вспоминать: – «…всякое раздувание коллегиальности, всякое извращение ее, ведущее к волоките, к безответственности, всякое превращение коллегиальных учреждений в говорильни является величайшим злом…» Верные слова? <…> Сейчас особенно надо сверять наши дела по Ленину. А если кто будет обижаться на жесткость…»

С особой теплотой воспринимается и эпизод, когда главная героиня повести С. Антонова «Дело было в Пенькове», молодой зоотехник образца 1954 года Тоня Глечикова, в письме к подруге, рассуждая о колхозных буднях, обращается к конкретным ленинским словам о силе государства сознательностью масс, прекрасно понимая их практическое значение в повседневной деятельности.

Как к Ленину обращаться в повседневной работе с людьми, рассуждала и главная героиня романа Л. Овалова «История одной судьбы» Анна Гончарова. Придя в Сурожский райком партии, Анна начинает постигать премудрости повседневной работы с людьми, сталкиваясь со многими повседневными проблемами: «Было множество частных случаев, они стекались в райком отовсюду, принималось множество частных и совершенно конкретных решений, но каждое частное решение было в то же время и обобщением, каждое решение, чего бы оно ни касалось, становилось одновременно формулой, дававшей направление последующим решениям. Но если математики имеют дело с числами и цифрами, партийные работники соприкасаются с реальными событиями и живыми людьми. <…> Многое надо было понять, и она принялась искать, кто бы мог объяснить ей происходящее. Она обратилась к Ленину. Это был родник, к которому она стала приникать все чаще. Раньше она читала его по обязанности. В техникуме. Перед вступлением в партию. Теперь она обращалась к нему с интересом человека, ищущего правильного решения, и с каждым днем интерес этот усиливался. Должно быть, для того чтобы понимать Ленина, нужно приобрести какой-то собственный опыт. Опыт жизни. Теперь она жила, читая Ленина, и именно Ленин, Анна отчетливо это понимала, во многом помогал разбираться ей в обстановке, и работать, и жить».

Весьма важно отметить и то, что у героини романа «История одной судьбы», ставшей воплощением образа деловой женщины-руководителя начала шестидесятых годов прошлого столетия, был реальный прототип – первый секретарь Дорогобужского райкома партии Смоленской области, депутат Верховного Совета СССР нескольких созывов Анна Антоновна Алексеева. Ее судьба простой женщины-крестьянки, фронтовички, агронома, коммуниста-ленинца, пришедшего в партию по зову сердца и покорила писателя, подметившего в ней многие характерные черты того времени, на которые не зазорно обратить внимание и в году 2024-м.

Но более подробно считаю необходимым представить разговор двух товарищей, недавних комсомольских секретарей крайкома и райкома, вместе отучившихся в Высшей партийной школе, а ныне председателя крайисполкома Тараса Калашника и первого секретаря сельского райкома партии Антона Щедрова из романа С. Бабаевского «Современники». Писатель описывает в романе конец шестидесятых годов минувшего столетия. Герои эти вымышленные, но образы их собирательные. На вопрос Щедрова о том, как жить и работать секретарю райкома, председатель крайисполкома (писатель, как известно, писал о Кубани) отвечает:

«– Как жить? – Калашник усмехнулся в усы. – Всем же давно известно: надо жить по Ленину! Об этом хорошо сказал Владимир Владимирович Маяковский. Как там у него? Я себя под Лениным… Нет, забыл!

– Вообще, теоретически – это понятно. А как жить по Ленину практически? И сегодня, и завтра, и каждый день. Особенно нам, коммунистам?

– Что ж тут неясного? – Калашник развел руками. – Если речь идет в личном плане, то – это же аксиома! – коммунист обязан жить честно, к порученному делу относиться добросовестно, быть примером и в быту и в работе. Если же говорить в широком понимании этого вопроса, да к тому же еще и применительно к нашему краю, то коммунисты и все трудящиеся Южного должны жить и трудиться так, чтобы урожаи росли и росли из года в год, чтобы все планы перевыполнялись и чтобы жизнь, как поется в песне, была прекрасна!

– Должны, обязаны, это верно, – подумав, сказал Щедров. – Но вот вопрос: все ли коммунисты Южного живут так, как жить они обязаны и как учит жить Ленин? Может быть, есть и такие, кто лишь прикрывается великим именем? <…>

– Нужны, Тарас, не слова, а дела, – продолжал Щедров. – Как жить по Ленину и как жил Ленин? Вопрос не простой. Ведь самое прекрасное в жизни Ильича – это то, что он жил так, как жил, не потому только, что хотел, стремился жить именно так, а потому, что иначе жить он не мог. Вдумайся, Тарас: иначе он жить не мог! Значит, чтобы и нам жить так, как жил Ленин, надобно выработать в себе вот это ленинское умение жить иначе. А это не так-то просто. Тут возникает вопрос: Ленин и его учение – на века. Люди же меняются, одно поколение сменяет другое. Поэтому каждому новому поколению следует постоянно и глубоко изучать и учение и жизнь Ленина. Так что, Тарас, мало сказать: живи по Ленину…

– Что же, по-твоему, для коммуниста в жизни самое главное? – спросил Калашник <…> Тебе-то известно – что?

– У Ленина есть слова: «Партийность во всем…» – Щедров некоторое время смотрел на Калашника грустными глазами. – Может, «партийность во всем» – это и есть как раз то, что нужно? Партийность во всем – это, как я ее понимаю, безукоризненная честность, умение каждого коммуниста, на каком бы посту он ни находился, строго, критически относиться к себе, к своим делам и поступкам. Есть же у нас, к сожалению, руководители, которые давно забыли, что такое критика и самокритика, на своих подчиненных смотрят сверху вниз, кичатся своим положением и считают себя непогрешимыми. Они полагают, что им все можно, им все дозволено. Как известно, в своем духовном развитии руководитель быстро идет вверх и, сам того не замечая, отделяется от людей. Люди же из уважения или боязни не решаются его критиковать, и если сам руководитель относится к себе некритически, если он…»

Этот роман, в котором описываются события более чем пятидесятилетней давности, писатель закончил в 1973 году. Сколько времени с тех пор прошло. Сменился общественно-политический строй. Перестал существовать СССР. Компартия из правящей превратилась в партию оппозиционную, а актуальность вышесказанного никуда не делась. По-прежнему мы часто говорим о Ленине, уверяем себя и окружающих, что живем по его заветам, ссылаемся на него, зачастую вовсе не уместно его цитируем, а жить по-ленински так и не научились. Увы…

Когда в очерке «Рождество в Сорренто» (или «Урок четвертый» из художественно-публицистической книги «Четыре урока у Ленина», завершенной писательницей на крымской земле, в Ялте, чуть более пятидесяти лет тому назад) М. Шагинян писала слова о том, что: «Слишком много еще дела на земле, слишком важно с живым трепетом осваивать прошлое, потому что прошлое – еще в росте, его нельзя останавливать на ходу, нельзя создавать из него штампы и “модели”. А тем более – в работе над темой о Ленине…», она и предположить себе не могла, что не станет Советского Союза, очернительству и откровенной, грязной, балансирующей на грани абсурда и мракобесия лжи подвергнется сам образ Ленина, а советская художественная Лениниана прекратит свое существование как завершенное творческое и культурно-просветительское явление.

В этой связи мы и рассматриваем его, пускай и с позиций настоящего времени, отдавая себе отчет в том, что продолжить или добавить Лениниану уже никак невозможно. В том качестве, в каком она есть, двери в нее давно закрыты. Она стала классическим столпом нашей отечественной литературы. Именно так ее и следует считать, воспринимать и к ней относиться.

Чем же выделяется это явление в общем советском литературном наследии?

Прежде всего, без преувеличения и пафоса скажу, – своей уникальностью. Ведь показать образ великого человека отнюдь не просто. Тем более такого исключительного человека, как Ленин, да еще и во всем его величии и простоте, живыми красками, без ложной наигранности и ненужной патетики. При этом авторам следовало в каждом конкретном художественном произведении умело сочетать реальные факты и вымысел, вводить персонажи придуманные, но типичные для описываемых ими событий. Необходимо было придерживаться и достоверности в отображении самого Ленина, его внешнего облика и огромного и неповторимого внутреннего мира.

И некоторые перегибы в этом плане, когда Ильич то ли чересчур добр, то ли жесток и непримирим, могли нанести вред завершенному писателем произведению. Читатель же мог его просто-напросто не принять. К счастью, большинство из созданных на ленинскую тему произведений не оказались пустыми и шаблонными однодневками. Они выдержали экзамен на зрелость и выполнили свое главное предназначение – путем художественного вторжения в мир ленинского образа донести его до как можно большего числа людей, для всех тех, кому интересен и дорог этот непревзойденный гений.

Принципиально важно заметить и то, что в результате той кропотливой, творческой, исследовательской работы, новаторского подхода в изображении Ленина и его мыслительной деятельности, которую провели советские писатели за более чем полувековой временной период, образ Ленина был вписан в галерею вечных образов мировой литературы. Это истина непреложная и не считаться с ней нельзя.

Заметно выделяются произведения советской литературной Ленинианы и потому, что написаны в большинстве своем по мандату сердца, искренне, с особой теплотой, душевностью. В них жизнеутверждающая правда. В них особая энергетика. Они заставляют сопереживать, ну и, конечно, думать. Собственно, без вдумчивого соприкосновения с ними невозможно постичь их глубину и цельность, направленность, смысловую составляющую и авторский замысел.

Актуальна ли советская литературная Лениниана в наши дни? Нужно ли к ней сейчас обращаться? Однозначно считаю, что обращаться, и в первую очередь молодежи, к ней просто необходимо. Она не устарела и не утратила своей привлекательности. Да и постигать Ленина через средства художественной литературы не только целесообразно, но и полезно, так как благодаря литературным приемам он воспринимается в читательском сознании и как титан революции, и как мыслитель, и как человек. А человека исчерпывающе представить и объяснить как-раз-таки и призвана художественная литература. Именно ей это под силу. В этом ее и неизменное назначение.

Благо и то, что путь у отечественной Ленинианы был солидным. Созданы прекрасные, высокохудожественные произведения, которые способны при каждом их прочтении, привносить новое, напоминать о подзабытом, делать акценты на чем-то важном, в том числе и на том, что волнует и сегодня.

Отрадно напомнить и о том, что советская литературная Ленинана, в большинстве своем не утеряна. До сих пор ее книги можно встретить на книжных рынках и развалах, в букинистических магазинах и лавках. Есть они, хотя и в ограниченном количестве, и в библиотечных фондах. Но, в то же время, не стоит и преуменьшать проблематику по их доступности для современного читателя, ввиду того, что они, в основной своей массе, на протяжении почти трех десятков лет не переиздаются. И откровенно говоря, вряд ли российские издательства, живущие по правилам рынка, возьмутся в ближайшей перспективе за их переиздание.

Вспоминаются потрясающие слова В. Маяковского, давно ставшие крылатыми:

Партия и Ленин –

близнецы-братья –

кто более

матери-истории ценен?

Мы говорим – Ленин,

подразумеваем –

партия,

мы говорим –

партия,

подразумеваем –

Ленин.

В современной буржуазной России только коммунисты принципиально и последовательно продолжают дело Ленина. Коммунистическая партия Российской Федерации свою практическую деятельность связывает с ленинским учением, применяя его на практике. Продолжается и ожесточенный бой за сохранение светлой памяти о нем, за защиту его имени от грязных посягательств антисоветчиков и русофобов, либеральной шушеры, ни на день не прекращающей свои мерзкие вылазки и нападки. Приходится сражаться и за само существование народной святыни – мавзолея В.И. Ленина.

Борьба за ленинскую правду продолжается. И в этом благородном деле хорошим подспорьем может выступать и советская литературная Лениниана. Хочется верить и в то, что КПРФ, ее региональные структурные подразделения возьмутся за переиздание лучших произведений ленинского цикла. Они нужны нам сегодня, будут они необходимы и завтра, причем всем тем, кто пойдет вместе с нами по единственно верному ленинскому пути.

К столетнему юбилею Ленина, в 1970 году замечательный русский советский поэт Михаил Исаковский написал по-особому доброе, духоподъемное и нацеленное в будущее стихотворение «101-й год». В нем присутствуют такие слова:

А Ленин – жив! Душа и ум народа,

Он, как народ, вовеки не умрет:

Как раз в апреле нынешнего года

Ему пошел уже сто первый год!

Прошел уже и год 153-й… Сегодня же мы с особым трепетным чувством обращаемся к гению Ленина в столетнюю годовщину со дня его кончины… И, может быть, под впечатлением этой значимой для всех патриотов страны даты, на нашей многострадальной и одновременно прекрасной земле, где живут не только манкурты и Иваны, родства не помнящие, появятся все же серьезные поэты и прозаики, которые вновь возьмутся за разработку ленинского образа? Вопрос сей пока остается открытым. Но и оптимизма всем нам, кто себя, как и прежде, «под Лениным чистит, чтобы плыть в революцию дальше», не занимать…

Руслан СЕМЯШКИН