«Мне доставались нелегко души больные звуки…» И.С. Бортников, памяти И.З. Сурикова

Мне доставались нелегко души больные звуки, страдал я сердцем глубоко, когда слагались песни муки. Я в песне жил не головой, а жил скорбящую душою, - и оттого мой стон больной звучал тяжёлою тоскою», - так определял в одном из своих восьмистиший суть своей поэзии Иван Захарович Суриков - русский поэт, представитель «крестьянского» направления в русской литературе. Он родился 25 марта (6 апреля) 1841 года в деревне Новосёлово Юхтинской волости Угличского уезда Ярославской губернии.  

Его хрестоматийное стихотворение «Детство» нам всем знакомо с детских лет. Помню впервые его строки услыхал ещё до школы из уст дедушки, в церковно-приходской школе учили стихи И.З. Сурикова. Ну разве деревенский житель может забыть эти строки:

Вот моя деревня:
Вот мой дом родной;
Вот качусь я в санках
По горе крутой;
Вот свернулись санки,
И я на бок — хлоп!
Кубарем качуся
Под гору, в сугроб.
Ведь это случалось почти каждый зимний день, других развлечений в пору моего детства в селе не было. До того накатаешься с горки, что руки и ноги замёрзнут, весь в снегу как снеговик, бегом в избу, на печку, отогреваться…
Многие годы волнуют души русских людей широко известные народные песни, в которых живёт сама Россия: «Степь да степь кругом» и «Дубинушка» и мало кто знает и помнит, что это переработанные народом стихотворения Сурикова соответственно «В степи» и «Дубинушка». Ни одного сельского праздника не проходило, чтобы не звучали эти песни.
Особой популярностью пользовалась «Степь да степь кругом», ведь наше село было в степи и жителям были близки мысли поэта о её необъятности и о беспомощности человека противостоять вызовам степи. Но в то же время как не восхититься величием степи и не согласиться с последним куплетом его стихотворения «Загорелась над степью заря»:
Я за то тебя, вольную степь,
Полюбил всей душой глубоко,
Что сама ты собой широка
И в тебе всё сильней, широко.

«Дубинушка» навевала сельским людям думы о силе совместного труда, укрепляла в них чувство коллективизма.
Ой, дубинушка, ты ухни!
Дружно мы за труд взялись.
Ты, плечо мое, не пухни!
Грудь моя, не надорвись!
Ну-ко, ну, товарищ, в ногу!
Налегай плечом сильней!
И тяжелую дорогу
Мы пройдем с тобой скорей.

Стихотворение «Что стоишь, (у Сурикова было написано «шумишь») качаясь, тонкая рябина» превратилось в замечательный русский романс. В нём звучат те же мотивы, что и у Алексея Мерзлякова в песне «Среди долины ровная…». У обоих поэтов звучит тема любви как средства избавления от одиночества, а также неизбежность страданий от него.
Некоторые баллады Сурикова, навеянные фольклором, положены на музыку известными композиторами: Петром Чайковским, Цезарем Кюи, Николаем Римским-Корсаковым, Александром Гречаниновым. На его стихи Чайковский написал романс «Я ли в поле да ни травушка была». На основе суриковской былины «Садко» создано либретто одноимённой оперы Римского-Корсакова. Благодаря своей напевности, мелодичности, многие стихотворения стали песнями. Народные исполнители-песенники из бедноты, в чьих душах отзывались «скорбные стоны» стихов Сурикова, нередко распевали: «Эх, ты, доля, моя доля, доля бедняка...», «Сиротою я росла», «Толокно», «Казнь Разина». Поэзия поэта и сегодня живёт в песнях и музыке.

В этом году исполнилось 185 лет со дня его рождения, хотя и не круглый, а всё же юбилей. Но он прошёл не замеченным, если не считать небольшого материала на сайте ВСД «Русский Лад». И как же мы будем развивать национальное самосознание, когда, выдвинув лозунг «Назад к культуре», (вообще-то двигаться назад во времени невозможно, повторять «зады» - это удел фонвизинских митрофанушек) забываем жемчужины русской словесности, часть нашей исторической культуры. Да, возможно, стихи их простоваты, неизящны, рифма несовершенна, но в них Русью пахнет, в них живёт русский дух.

Суриков называл себя поэтом-самоучкой. Он, действительно поэт из народа и поэт истинно народный. Родился он в крестьянской семье и до восьми лет жил в деревне с матерью у деда. Мать и дед были загружены работой, но вот бабушка, знавшая много сказок, рассказывая их, проводила много времени с внуком. Она заложила основы простой, печальной и глубокой души России, которая живёт в его стихотворениях.

В восьмилетнем возрасте он вместе с матерью переехал в Москву, где отец имел небольшую лавку. По настоянию отца ему пришлось, страдая от нищеты и унижений, проработать в торговле до 1864 года. В эти же годы соседки-монахини научили его читать и писать, а поскольку они по церковному слова произносили нараспев, то многие стихи поэта весьма напевны. Научившись читать Суриков познакомился с русской поэзией, взахлеб читал Пушкина, Лермонтова, Фета, Кольцова. Близко к сердцу принял поэзию Алексея Мерзлякова и Николая Цыганова, басни Ивана Дмитриева, вдохновившись их стихами сам начал писать. И хотя отец был против сочинительства сына, всё-таки тяга познавать и творить прекрасное оказалась сильнее. Ранние его стихи не сохранились, он их уничтожил, считая их не совершенными.

Первые стихотворения молодого поэта увидели свет в 1863 году. На творчество Сурикова обратил внимание автор революционных гимнов средины XIX века А.Н. Плещеев и помог опубликовать его стихи в журнале «Развлечение», затем последовали публикации в других изданиях. «У вас, Иван Захарович, – писал ему поэт Алексей Плещеев, – много задушевности, правды и чувства – важные черты в поэзии, – работайте смело. Талант есть, голубчик».

В 1860 году Суриков взял в жёны бедную девушку-сироту Машу Ермакову и вскоре порывает с работой в лавке отца. Ему пришлось зарабатывать на жизнь тяжёлым трудом, искать съёмное жильё и жить в очень стеснённых обстоятельствах, пройти через тяжелый период нужды и скитаний, сопровождавшийся поиском работы. Кем только он не работал: переписчиком бумаг и типографским наборщиком, но нигде не добивался успеха.

Не этот ли период своей жизни Суриков отобразил в стихотворении «Доля бедняка» так как сюжетами его произведений были описания событий из жизни, часто автобиографические, которые доводилось испытывать тысячам других простых людей. И ему была хорошо известна доля бедняка, потому он и писал:

Эх ты, доля, эх ты, доля,
Доля бедняка!
Тяжела ты, безотрадна,
Тяжела, горька!
…………………..
Не твоя ль жена в лохмотьях
Ходит босиком?
Не твои ли это детки
Просят под окном?
………………………
Не твои ли это слёзы
На пиру текут?
Не твои ли это песни
Грустью сердце жгут?

Что ж тяжела жизнь бедняка, но и после смерти могилу его ожидает запустение:

Не твоя ль это могила
Смотрит сиротой?
Крест свалился, вся размыта
Дождевой водой.

По краям её крапива
Жгучая растёт,
А зимой над нею вьюга
Плачет и поёт.

И звучит в тех песнях горе,
Горе да тоска…
Эх ты, доля, эх ты, доля,
Доля бедняка!

Да, в той России, которую мы потеряли по С. Говорухину, горе и тоска звучала в песнях по городам и весям страны. И сегодня благодаря поклонникам Говорухина всё это возвращается в нашу жизнь.

Не добившись успеха, Суриков вынужден был вернуться в лавку отца. Им удалось  возродить торговлю. Дела снова пошли на лад. В 1871 году у Сурикова выходит первый собственный поэтический сборник. В 1875 и 1877 годах ещё два. Тогда же его с подачи Льва Толстого избирают членом московского Общества любителей российской словесности.

Являясь выходцем из народа, Суриков заботливо относился таким же, как он сам самородкам, старался поддерживать их. Для этого он создал литературно-музыкальное объединение для писателей и поэтов из народа. В 1872 году ими был выпущен коллективный сборник «Рассвет». Вскоре объединение получит название «Суриковский литературный кружок». Просуществует оно вплоть до 1933 года. В разные годы в него входили Н. А. Клюев, С. А. Есенин, С. А. Клычков и другие.

Последнее десятилетие жизни Сурикова было самым лучшим и продуктивным в его творчестве. Его поэзия неразрывно связанна с традициями русской литературы и фольклора, некоторыми сторонами перекликается с поэзией А. Кольцова, Т. Шевченко, Н. Некрасова, И. Никитина, ярко отражает собственную жизнь поэта, полную лишений и страданий. Всё пережитое им он сумел выразить в простых, прочувствованных стихах, отличающихся лиричностью и мелодичностью. Критики всё более благосклонно оценивали творчество молодого поэта и, в конце концов, признали его талант. Отмечая широту его взгляда на мир критика называла поэта «крестьянским Тютчевым».

Но признание пришло слишком поздно. Жизнь основательно потрепала Сурикова. Ещё в 1876 году Иван Захарович заболел быстропрогрессирующей формой туберкулёза, от которого он лечился кумысом в Самарских степях, затем в Крыму.  Но болезнь к этому времени была уже сильно запущена, шло неуклонное прогрессирование туберкулёзного процесса. Смерть поэта наступила 24 апреля (6 мая) 1880 года в Москве.  Похоронили Сурикова на Пятницком кладбище. На памятнике над его могилой по сторонам выбиты следующие строки из одного его стихотворения:

Мы родились для страданья,
Но душой в борьбе не пали!
В тёмной чаще испытаний
Наши песни мы слагали.
……………………………
В этих песнях миллионы
Мук душевных мы считали,
Наши песни, наши стоны
Мы счастливым завещаем.

Суриков умер рано, не дожив до сорока лет, но его творчество до сих пор живёт в детских книжках и в песнях, которые мы считаем народными — высшая похвала для любого поэта. Стихи для детей: «Четыре цвета года», «Весна», «Осень», «Утро», «После дождя», «Утро после дождя», «Ярко светит солнце», несмотря на беспросветность жизни поэта, искрятся добротой и светом, яркими красками:

Ярко светит зорька
В небе голубом,
Тихо всходит солнце
Над большим селом.
И сверкает поле
Утренней росой,
Точно изумрудом
Или бирюзой.
И даже в детском труде поэт видит радость жизни. В стихотворении «В ночном» он пишет:

Летний вечер. За лесами
Солнышко уж село;
На краю далёком неба
Зорька заалела…
……………………
Ухватя коней за гриву,
Скачут дети в поле.
То-то радость и веселье,
То-то детям воля!

Но Суриков писал, в основном,  о русском крестьянстве, в его стихах таких простых, выразительных и искренних чувствуется, что ему близка жизнь простого народа, он её знает и понимает. Поэт переживает за народ, он сочувствует горькой доле крестьян и городской бедноты, но далёк от призывов к революционной борьбе. Так в стихотворении «Бедность» он признаёт

Бедность ты, бедность,
Нуждою убитая, —
Радости, счастья
Ты дочь позабытая!
……………………….
Ох! нелегко-то
Твой хлеб добывается;
Потом кровавым,
Слезой омывается!

Вот и в стихотворении «В поле» звучит плач девушки-батрачки, которая сено подгребающая «под лучами солнца жарится, бедняжка; липнет к её телу белая рубашка»:

Я не дочь родная, -
Девка нанятая;
Нанялась  - так делай,
Устали не зная.
Делай, хоть убейся,
Не дадут потачки…
Тяжела ты доля, -
Долюшка батрачки.

О горе, несчастьях, нищете простых людей поэт пишет в стихотворениях «Во тьме», «Где ты, моя юность?», «Головушка», «Горе», «Жница» и многих других.

Однако, Сурикову, как и любому поэту, не чужда «радость хорошего чувства» (Н.А. Островский), ибо любовь рождает и движет жизнь, и он с лёгкой печалью и тревогой пишет:

Ночь тиха, сад объят полутьмою,
Дремлют липы над сонным прудом;
Воздух дышит цветущей весною;
Мы сидим пред раскрытым окном.
Светят яркие звезды над нами;
Кротко месяц глядит с высоты,
И его голубыми лучами
Облитая, задумалась ты.
Очарован твоей красотою,
Я любуюсь тобою без слов...
В нашу комнату тихой струею
Льется запах душистых цветов.
И прощу в этот час я не много:
Чтобы дни твои тихо текли,
Чтобы жизни печаль и тревога
В твое сердце пути не нашли.

Но поэт русский человек и он не может не восторгаться красотой природы русской земли. Необычайно яркими и богатыми представали в его поэзии картины русской природы: «На берегу», «Весной», «На чужбине», «Ночью» и другие. Очень часто в своих стихах он воспевает зарю, возлагая надежды на продолжение жизни:

Засветилась вдали, загорелась заря,
Ярко пышет она, разливается,
В поле грустная песня звенит косаря;
Над заливом тростник колыхается.
От дерев и кустов полем тени ползут,
Полем тени ползут и сливаются;
В тёмном небе, вверху, поглядишь – там и тут
Звёзды яркие в мгле загораются.

И какой же русский человек не интересуется историей своей Родины, историей своего народа. В былинах Сурикова «Богатырская жена», «Удалой», «Казнь Стеньки Разина», «Василько» красной нитью проходит извечная тема борьбы Добра и Зла. Да в жизни не всегда Добро побеждает, оно предпочитает принять смерть, но не покориться Злу.  Сильнее всего больнее и горше если это Зло исходит от твоих бывших соратников. Вот потому-то поэт и вложил в уста Стеньки Разина в балладе «Казнь Стеньки Разина» такие слова:

Не больна мне та обида,
Та истома не горька,
Что московские бояре
Заковали казака,
Что на помосте высоком
Поплачусь я головой
За разгульные потехи
С разудалой голытьбой.
Нет, мне та больна обида,
Мне горька истома та,
Что изменною неправдой
Голова моя взята!

Суриков за свою короткую трудную жизнь оставил нам небольшое поэтическое наследие. Оно весьма значимо для понимания русской души, для возрождения русского национального самосознания, потому что  достоверно отображает жизнь простого народа во мраке самодержавия, и он с полным правом заявлял: «Я честно мыслил, и песни мои были искренни…»

Иван Стефанович Бортников, публицист, г. Ленинград, апрель 2026 года