«Каким он парнем был…» К 95-летию со дня рождения Юрия Гуляева
Талант исполнителя — явление удивительное, завораживающее, притягивающее, ярко индивидуальное. В советские годы блистала целая плеяда выдающихся оперных, камерных и эстрадных певцов. Интересно было наблюдать за теми, кто мог работать во всех этих жанрах. Особо выделялся Юрий Гуляев, 95-летие со дня рождения которого отмечается 9 августа.
Певцом он был необыкновенно талантливым, колоритным, ярким и эффектным. В нём покоряло буквально всё: глубокий голос, задушевное исполнение, проникновенный взгляд, приятная внешность. Его знали и любили миллионы советских граждан, успешно он представлял наше вокальное искусство и за рубежом. Ему рукоплескали в лучших театрах мира, овациями сопровождалось его выступление в 1964 году в легендарном парижском концертном зале «Олимпия». Французы назвали его тогда «молодым Шаляпиным».
Выдающийся певец, блестящий мастер оперной сцены, талантливейший камерный и эстрадный исполнитель, народный артист СССР, лауреат Государственной премии СССР, кавалер орденов Трудового Красного Знамени и Дружбы народов Юрий Гуляев ушёл от нас слишком рано, на взлёте, в самом расцвете сил, не дожив и до шестидесяти. И сограждане при этом не сомневались в том, что блистать ему на сцене предстояло ещё долго-долго, до глубокой старости…
Юрий Гуляев словно бы родился для большой сцены, поскольку сама природа щедро одарила его всем необходимым для вокального артиста. Прошёл он и солидную профессиональную школу. В 1949—1953 годах Гуляев обучался в Уральской консерватории. Педагоги смогли разглядеть в нём незаурядные певческие данные. Уже в первых своих сезонах на сцене Свердловского оперного театра его дарование заметили: помимо мелких партий, молодой исполнитель выступал и в таких, в общем-то значительных ролях, как Валентин из «Фауста» Ш. Гуно и Жермон из оперы «Травиата» Дж. Верди. Вскоре последовало приглашение перейти в труппу Донецкого оперного театра, пожелавшего видеть яркого вокалиста в числе своих ведущих солистов.
В Донецке к Гуляеву прочно приходит артистическая слава. Большим успехом ознаменуется и его появление на мировой сцене. В 1959 году он завоёвывает первую премию и золотую медаль на Международном конкурсе вокалистов в Вене, проходившем в рамках VII Всемирного фестиваля молодёжи и студентов. После такой ошеломительной победы и продолжения активного служения на оперной сцене Донецка Гуляева удостаивают звания заслуженного артиста Украинской ССР.
В 1960 году певца приглашают на работу в Киевский театр оперы и балета им. Т.Г. Шевченко. Он становится ведущим солистом одного из самых «голосистых» оперных театров страны. На киевской сцене, которой Гуляев отдал практически полтора десятилетия, он перепел весь баритоновый репертуар. Здесь же он старался закрепить свои взгляды на вокальное искусство, подразумевающие не формальный, а бережный подход к авторскому замыслу. Он уважительно и заинтересованно относился к оперному наследию, старался вживаться в роли, петь осмысленно, но при этом чутко и эмоционально, помогая слушателю воспринимать своих героев во всей их сущности, что называется, в полный рост, вводя при этом и какие-то новые, им самим воспринятые и прочувствованные интонации, лишь усиливавшие его сценические перевоплощения.
В столице Советской Украины к Гуляеву приходит и творческая зрелость. В 1965 году он становится народным артистом УССР, а в 1968-м Юрию Александровичу присваивают высокое звание народного артиста Советского Союза. Наивысшее в государстве признание творческих заслуг получает артист, не достигший и сорокалетия.
Знаковым, памятным для Гуляева станет 1975 год. Его зачисляют в труппу Большого театра СССР, а за исполнение концертных программ 1971—1974 годов, с которыми он побывал далеко за пределами УССР, удостаивают Государственной премии СССР. Комментируя решение Комитета по Ленинским и Государственным премиям СССР, его председатель, крупнейший писатель и общественный деятель Николай Тихонов отмечал: «Впечатляет многогранность и объём этих программ, своеобразие в трактовке оперных партий, высокий уровень исполнения сочинений советского классического репертуара — оперного, камерного, песенного». Это была объективная и справедливая оценка целенаправленного труда певца, ставшего к тому времени в Советском Союзе необычайно популярным.
Этому во многом поспособствует эстрада. На ней Гуляев будет блистать. И это при том, что он не изменял взыскательному вкусу, кратковременный и шумный успех был не для него. Основательность, идейность, глубокое содержание, музыкальность, неповторимость в звучании на сцене — вот те основные составляющие, бывшие для него обязательными в каждой исполняемой песне.
А с какими потрясающими композиторами посчастливилось ему работать! Тихон Хренников, Александра Пахмутова, Серафим Туликов, Арно Бабаджанян, Матвей Блантер, Оскар Фельцман, Ян Френкель, Леонид Афанасьев, Эдуард Колмановский, Вениамин Баснер, Игорь Шамо, Давид Тухманов… Написанные ими песенные шедевры в исполнении Гуляева покоряли слушателей. Особо в народе были любимы такие произведения, как «Русское поле» Френкеля на слова Инны Гофф, «На безымянной высоте» Баснера на стихи Михаила Матусовского.
Да и сам Юрий Александрович работал как композитор. Ему посчастливилось сотрудничать с Расулом Гамзатовым, Робертом Рождественским, Андреем Дементьевым, в результате чего на свет появились такие замечательные и полюбившиеся в народе песни, как «Берегите друзей», «Желаю вам», «Нам рано на покой», «Поздняя любовь». Пел их сам Гуляев. Отрадно и то, что остались аудио- и видеозаписи его выступлений, в том числе осуществлённых в сопровождении легендарного Эстрадно-симфонического оркестра Центрального телевидения и Всесоюзного радио под управлением народного артиста СССР Юрия Силантьева.
Пожалуй, из всех перечисленных прославленных советских композиторов особо с Гуляевым всё же следует связать Александру Николаевну Пахмутову. Это её «Песню о тревожной молодости», а также песни «Обнимая небо», «Усталая подлодка», «Орлята учатся летать», «Мы учим летать самолёты», «ЛЭП-500», «Горячий снег» он исполнял с особенным успехом. А о цикле «Созвездие Гагарина» так и вовсе отдельный разговор. Песню «Знаете, каким он парнем был…», а пели её многие, мы всегда будем ассоциировать именно с Гуляевым.
Великолепно исполнял певец романсы и народные песни. И тут, конечно, впору назвать известнейший романс А. Варламова и Д. Глебова «Вдоль по улице метелица метёт»; считающиеся народными песнями «Из-за острова на стрежень» на слова Д. Садовникова и «Есть на Волге утёс…» на стихи А. Навроцкого, а также русскую народную песню «Вдоль по Питерской». Эти произведения Гуляев исполнял действительно бесподобно.
Значителен был и его стаж в качестве камерного исполнителя. Работая в Большом театре, он активно, наравне со своими прославленными коллегами, ведущими солистами театра, народными артистами СССР И. Архиповой (с Ириной Константиновной он вместе недолго поработал в Свердловском оперном театре), Е. Образцовой, В. Атлантовым, Т. Милашкиной, Б. Руденко, Ю. Мазуроком, Е. Нестеренко, Т. Синявской практиковал в этом разноплановом направлении. И здесь также проявились его исполнительский стиль, чувство такта, взыскательность, строгий подбор репертуара. Гуляев не допускал показушности, не хвастал он и умением филировать звук в верхнем регистре или брать высокие ноты. Его пение было естественным, главным же он считал тот образ, который раскрывал ту тематику, которая находилась в центре исполняемых произведений.
Была присуща Гуляеву и особая чуткость в оценке собственного состояния, и в наблюдениях за состоянием партнёров по сцене.
В оперном искусстве это качество играет немалую роль. Тем более важно было иметь его на главной оперной сцене страны, ведь те славные 60—80-е годы прошлого века, как известно, стали одними из лучших в истории Большого театра, собиравшего и аккумулировавшего тогда под своими сводами целое созвездие выдающихся имён. Их великолепная игра, удивительные голоса, сценическое мастерство, высочайший профессионализм не забыты и сегодня, а для тех, кто по-настоящему предан опере, кто имел счастье их наблюдать и слушать, они навсегда останутся непревзойдёнными.
Гуляев среди них занимал свою нишу, не претендуя, будучи человеком скромным и воспитанным в духе уважительного отношения к коллегам по работе, на главенствующее положение. Да и не могло его быть в принципе. Все ведущие солисты Большого театра Союза ССР были яркими индивидуальностями, непохожими друг на друга самородками, умевшими удивлять, завораживать и покорять.
Немаловажно подчеркнуть и то, что их, в отличие от нынешних исполнителей, поющих сейчас в Большом, знали во всей огромной стране. Этому феномену, а надо признать, что оперное искусство никак не сопоставишь с массовым вокальным жанром, решительно способствовало государство. Именно оно пропагандировало оперу, давая возможность оперным певцам выступать на больших и малых сценах, гастролировать по стране, бывать в самых отдалённых её уголках, выступать в камерных концертах и трудовых коллективах, участвовать в многочисленных песенных фестивалях, записываться для всесоюзных и республиканских телевидения и радио, выпускать грамзаписи на фирме «Мелодия». Таким образом, благодаря в том числе всесоюзным творческим союзам, художественным советам (без которых, как стало предельно очевидно в наше время, никак не обойтись), прессе, серьёзно подходившей к оценке творческих исканий большинства исполнителей, росло понимание массовым слушателем самого оперного искусства, его специфики и уникальности.
И нет ничего удивительного в том, что оперу любили в городе и селе, ею восторгались интеллигенция и рабочие, колхозники и молодёжь. Поэтому знали в стране и ведущих оперных вокалистов. Они постоянно присутствовали на телевидении, а радио и подавно имело возможность транслировать целые оперные спектакли. Культура, в самом широком её понимании и воплощении, находилась на подъёме…
А велико ли сегодня влияние оперного искусства? Много ли у него преданных поклонников? Часто ли удаётся услышать оперные арии на всевозможных, напичканных рекламой и безвкусной попсой радиоволнах? Да и на каких каналах, кроме разве что телеканала «Культура», видите вы оперных певцов и певиц, молодых и тех, кто давно получил признание? Думается, ответы на эти вопросы очевидны, вот только оптимизма они не прибавляют.
Так в чём же своеобразие творческой индивидуальности Гуляева? Наверное, в первую очередь в том, что, исполняя оперную партию и любое другое музыкальное произведение, он неизменно старался предельно открыто донести до аудитории и сущность авторского замысла, и своё отношение к образу. Искусство его всегда носило воспитательный характер.
Неизменно ставил Гуляев перед собой и определённую благородную цель, а именно вызывать в зрительном зале не только чисто эмоциональную, но и сугубо духовно-нравственную реакцию. Причём даже в тех случаях, когда он перевоплощался в героев отрицательных, таких, например, как граф ди Луна из «Трубадура» Верди.
Певец стремился подвигнуть слушателя к размышлению, возможно, и к состраданию, но однозначно к тому, чтобы осознать причины совершения людьми несправедливых, жестоких, злых дел и поступков. С особым же обаянием, вкладывая всю мощь своего таланта, он доносил образы тех, кого можно считать положительными или нейтральными героями. И каков бы ни был образ, определяющими для Гуляева всегда оставались его внутренний мир, душевное состояние, переживания, тревоги и радости.
«Артисту был особенно близок яркий русский характер, — как-то справедливо подметит многие годы работавшая с ним известная пианистка, концертмейстер Розалия Трохман. — Он с увлечением разучивал партию Фрола Скобеева («Безродный зять» Т. Хренникова). Ария Фрола, с резко подчёркнутой драматической интонацией, исполнялась им в концертах с неизменным успехом. «Вот, — говорил он, — где живёт вольный русский дух». Работать над сценическим образом Юрию было интересно, но постоянно возникало чувство неудовлетворённости. Требовалось в какой-то мере перестать быть самим собой, а ему нужна была свобода его природного естества, таков уж был характер его дарования. Однако в каждой из спетых им партий он искал что-то им самим «увиденное», своё. Только несколько партий из большого числа спетых он считал более или менее завершёнными. Это любимый им Фигаро, Валентин, Папагено с его простодушным юмором. А вот свою работу над партией Онегина, которую он тоже очень любил и непрестанно анализировал, считал далеко не завершённой».
Жить на сцене жизнью своих героев, причём так, как замыслил автор. Но и добавлять что-то личное, какую-то уточняющую деталь, некоторую мысль, возникавшую при работе над постижением образа, — вот первостепенная задача, которую решал певец на протяжении всего творческого пути. Ведь именно так Гуляев понимал своё вокальное призвание, так воспринимал он назначение настоящих, влюблённых в профессию вокалистов. Полнейшая самоотдача, высокая требовательность к себе и коллегам по сцене, строгое отношение к делу были для него в приоритете. Иначе, считал певец, слушатель не поймёт, не примет, заподозрит неискренность, уйдёт из концертного зала без настроения, без радости, которые и призвано дарить подлинное вокальное искусство.
За что бы он ни брался, у него всё всегда получалось. Имелся у певца в арсенале и некоторый опыт участия в кино. В 1961 году Гуляев снялся в фильме С. Параджанова «Украинская рапсодия», а в 1969 году он вместе с лучшими исполнителями страны снимется в музыкальной комедии Ю. Саакова «Похищение». И в этой работе также проявятся его артистичность и умение покорять своими несомненными талантами.
Самыми успешными для Гуляева стали 60—70-е годы прошлого столетия. Он часто гастролировал по необъятной стране и за её пределами. Его тепло принимали в странах социалистического лагеря, во Франции и в Бельгии, Австрии и Швейцарии, США, Канаде и Японии. О его выступлениях восторженно писали газеты и журналы. Это был, по сути, пик его славы.
Жизнь же диктовала свои условия… К большому сожалению, болезнь окажется сильнее, и своё последнее пристанище Гуляев найдёт на Ваганьковском кладбище Москвы. В последний путь всенародно любимого певца проводят достойно. Уход его из жизни для многих станет большим ударом, сограждане испытают искреннюю скорбь. Весть о кончине Гуляева разойдётся тогда по всему Союзу…
Со времени ухода певца в вечность прошло почти четыре десятка лет. К счастью, Юрий Гуляев не забыт. В последнее десятилетие по всероссийским каналам о певце демонстрировались документальные сюжеты. Это не может не радовать, благо подготовлены они были в доброжелательном тоне и позволяли представить основные жизненные вехи воистину народного артиста. Вот только почему-то и в них, и в публикациях из интернета не желают вспоминать о том, что Гуляев был убеждённым коммунистом…
Выдающиеся мастера, уйдя в мир иной, продолжают жить на нашей земле в своих творениях. Продолжает жить и Юрий Гуляев. Вновь звучит его голос, и звучать ему всегда!
Руслан СЕМЯШКИН
Источник: «Правда»
