И.С. Бортников. Древнерусские философы о соборности и проблемы современности

Не удивлюсь, если читатель возмутится: «Какие-такие древнерусские философы?.. Мы о них слыхом не слыхали… Слышали о древнегреческих философах, философах эпохи Просвещения, ну ещё о классической немецкой философии. Слышали о философских спорах славянофилов и западников, о революционных демократах и марксистах. А о древнерусских философах… Нет… Не слыхали…» Что ж, и это действительно горькая правда.

Помню на уроках литературы и истории в старших классах что-то говорили о Вольтере и Жан-Жаке Руссо, но о древнерусских философах ничего. То же самое и в курсе марксистско-ленинской философии и в ВУЗе, и в ВПШ. Зато мы, не читая трудов западных философов, дружно их критиковали с позиций марксизма. На этом и конспектировании трудов классиков марксизма-ленинизма наше знакомство с философией и заканчивалось, во всяком случае, не только там, где мне приходилось учиться, но и в других ВТУЗах, с выпускниками которых мне приходилось общаться, да и на заочном отделении ВПШ.

Очевидно, кому-то это было выгодно, чтобы советская интеллигенция была заражена западными научными ценностями и постепенно превращалась в «Иванов, не помнящих родства». И надо с горечью признать, что им удалось насадить западномыслие советским людям. Но для коллективистского общества это нравственной смерти подобно. Вот поэтому-то наше нынешнее общество, по мнению А.А. Зиновьева, представляет трясину. Выбраться из неё общество может лишь научившись мыслить по-русски, вооружившись знанием коллективистских ценностей, закономерностей жизни и развития коллективистского общества.

Задолго до нас древнерусские православные философы изучили коллективистское общество, выявили основные законы его развития и наметили пути его совершенствования. Их труды до конца XVIII века надёжно защищали умы русских от западного влияния, помогут и нам в борьбе за русскомыслие. Нам сегодня, когда «Россия в дом вернуться ищет троп» (И. Северянин), надо только их критически осмыслить, подкорректировать в соответствии с конкретной исторической обстановкой и, применяя их, можно успешно бороться с западным умственным игом.

Пишущий сии строки – убеждённый атеист, но за многие годы религиозные учения накопили и обобщили опыт жизни народа, поэтому прав и В.И. Вернадский, утверждавший, что истинное научное знание возможно получить лишь «при участии всех форм человеческого сознания: дотеоретического (обыденного), теоретического (научного и философского) и внетеоретического (религиозно-мифологического и художественного)». К тому же ответы на многие острые вопросы современного бытия можно найти в религиозной сфере.

В наше время труды древнерусских философов тщательно изучил профессор Сибирского аэрокосмического университета Н.М. Чуринов и, обобщив, изложил в последней главе «Русский проект» своей книги «Совершенство и свобода». Далее изложение буду вести по материалам этой главы, применяя раскавыченные цитаты. Слова, взятые в кавычки – это подлинный текст Чуринова.

Древнерусские философы, по его мнению, хорошо усвоили выводы античных греческих философов о двух типах развития общественной жизни, отвергнув индивидуалистическую модель мира и соответствующий ей софистский (универсалистский, либеральный) проект науки. Во времена Галилея и Ньютона в Западной Европе этому проекту было отдано предпочтение. Ныне ясно, что суть этого проекта покорение природы и общества, что привело к «жесточайшему антагонизму и гигантским экологическим проблемам на планете, грозящим существованию самого человечества». Об отрицательных итогах сего проекта Россия знает на опыте последних 36 лет, когда его стали насаждать в ходе «радикальных реформ».

Стандартом жизни в Западной Европе является теория «общечеловеческих ценностей», предполагающая «ценностное» (прагматическое, эгоистическое) осмысление мира, индивидуализм и произвол (принцип свободы, свободы воли), а в делах самоутверждения человека – «войну всех против всех», «право сильного», всё, что характерно для индивидуалистического типа общества.

Чуринов обоснованно критикует теорию «общечеловеческих ценностей», считая её внутренне несостоятельной, потому что ценное относится всегда к одному из множества субъектов. К тому же она предполагает потребительское отношение к содержанию мира; циничное, пренебрежительное отношение к объективным законам природы и общества; навязывание прагматизма и эгоизма всему миру. Не потому ли Запад несколько веков грабит народы Юга и в западном мире постоянно появляется претендент на мировое господство? Сколько их было, не счесть…

Вот и ныне Трамп возомнил себя властителем мира, но только пусть вспомнит печальный опыт своих предшественников, пытавшихся покорить русский народ, чтобы не пришлось «от свиста партизанского дрожать», как «Наполеону – властителю полумира» в 1812 году (В. Гусев). Неплохо бы и российским трамполюбам помнить, что англосаксы мягко стелют, только спать очень жёстко, и зарубить себе на носу, что «Родина милей».

Но древнегреческие философы разработали и другой проект общественной жизни – космическая модель мира, в которой весь мир и каждый объект познания воспринимается как объект совершенства. Чуринов видит в этом диалектическое противоречие, единство хаоса и космоса.

Что важно для нас, так это то, что в космическом проекте науки стандартом теоретизирования является диалектика – наука о всеобщей связи явлений, о наиболее общих законах развития природы, общества и мышления, ведь именно диалектика является душой марксизма. Древние греки мечтали, как «встроить» совершенство человека в совершенство природы. Именно эти идеи древнерусские философы заимствовали у античных греков и развивали в своих учениях.

А разве не это провозглашала третья Программа КПСС в триединой задаче построения коммунизма: «В период перехода к коммунизму возрастают возможности воспитания нового человека, гармонически сочетающего в себе духовное богатство, моральную чистоту и физическое совершенство» (Программа КПСС, Госполитиздат, 1961 год, стр.120-121). Эту же цель преследовал и Моральный кодекс строителя коммунизма.

Вот только из основного закона социализма сталинскую формулировку: «обеспечение максимального удовлетворения постоянно растущих материальных и культурных потребностей всего общества» убрали, заменив на новую, согласно которой основной закон социализма «обеспечивает удовлетворение потребностей всех членов общества» (БСЭ, 3-е изд., том 18), то есть во главу поставили мелкобуржуазные потребительские интересы. И потребительство, накопительство увлекло советских людей, мелкобуржуазная трясина затянула их, лишив стремления защищать в 1991 году завоевания Октября.

Однако продолжим о взглядах древнерусских философов. Они полагали, что совершенство общественных отношений состоит из единства норм права, идеологии, религии, морали и нравственности, и в этом и есть суть соборности как национальной экзогемы (миропонимание и мироощущение), в основе которой система духовной жизни. Сторонниками этих взглядов были Сергий Радонежский и его ученик Кирилл Белозерский.

Кстати, как указывает Сергей Васильев (http://xn----ctbsbazhbctieai.ru-an.info/) главный вклад в развитие национального самосознания Сергий Радонежский сделал реформой монастырской жизни, по которой организационные принципы предусматривали «общежительство», а именно:

«1. Отказ от частной собственности.

2. Личный аскетизм и нестяжательство.

3. Обязательная трудовая деятельность на благо общества.

4. Запрет на бродяжничество и попрошайничество».

Разве это не элементы русского социализма, пусть, в какой-то мере, наивного?

Эти принципы он воплотил в жизнь в своем Троицком монастыре, основанном недалеко от Москвы у Радонежа. Сергий Радонежский запретил монахам иметь частное имущество. Свое богатство они должны были отдавать монастырю, который становился как бы коллективным владельцем. Имущество, в частности земля, нужны были обители только для того, чтобы инокам, посвятившим себя молитве, было чем питаться.

Как указывает Чуринов, в условиях татаро-монгольского ига Кирилл Белозерский учил: «…нужно прежде всего исполниться желанием приумножить духовные силы, утвердиться в духе желанной победы, отбросить и страх, и уныние, лишиться греховных страстей и тем самым обрести бесстрашие души и тела». Эти рецепты как никогда необходимы сегодня нам, когда одна часть народов России сражается за сохранение Русского мира, другая поёт и пляшет, третья скрытно поддерживает наших противников, а четвёртая, и это самое страшное, духовно развращает всех.

Если заглянуть вглубь веков, то и в годы татаро-монгольского нашествия, и польской интервенции объединяющую роль в сопротивлении захватчикам играла церковь: Сергий Радонежский благословил Дмитрия Донского на борьбу с ордой Мамая, патриарх Гермоген в Смутное время призывал народ к «стоянию за веру» и к вооружённому сопротивлению иноземцам. В периоды Интервенции и Гражданской войны, Великой Отечественной войны такую же роль выполнила Коммунистическая партия большевиков.

К сожалению, сегодня в России нет такой силы, способной сплотить народ на борьбу ни в специальной военной операции, ни – а это самое главное – в мировоззренческой борьбе. Либеральные западнолюбы, захватив все средства массовой информации и коммуникации, изрядно потрудились, чтобы люди утратили доверие ко всем социальным институтам, поэтому социальный авангард в нынешней России так и не появился, а ведь это одно из ключевых понятий соборности.

В древнерусской философии соборность выступает как характеристика всеобщей связи социальных явлений и единства человеческого мира и мира природы. Она предполагает совершенство общественных отношений и стремление к социальному прогрессу. Естественно, для этого нужен социальный авангард, который бы показывал дорогу народу к совершенному обществу. В древности таким авангардом были монахи.

Кто в современной России может возглавить социальный прогресс? Чуринов даёт ответ на этот вопрос. Возникшая «молодая буржуазия» быстро криминализировалась и легла под иностранных дельцов. Рабочий класс ещё в советские годы утратил свою социальную и политическую активность и так её и не восстановил. Надо заметить, что стратеги разрушения социализма хорошо изучили опыт пролетарской революции 1917 года и разрушили крупные предприятия, раздробив рабочий класс, что существенно осложнило солидарность совместных действий.

Особо следует сказать о средствах массовой информации, которые служат западному мракобесию и подавляют не только любую активность коммунистической партии и рабочего класса, но и любую попытку возрождения национального самосознания народов России и прежде всего русского народа. В этих условиях Чуринов считает (цитирую): «Альтернативой подавления пассионарности русского народа, славян является православная теория и практика соборности».

В связи с этим он отмечает, что в Советском Союзе была разработана диалектическая космическая методология, комплекс стандартов которой, по его мнению, был известен византийскими философами и поддержанный их древнерусским ученикам Иоаном Дамаскиным, Феодором Студитом, Иосифом Волоцким, Зиновием Отенским. Они знали, что смуты рождаются в головах людей, и разработали теории диалектики, отражения, социального авангарда, социального прогресса. Их трудами, а также трудами Стефана Пермского и Геннадия Новгородского русское общество было защищено от западной идеологической агрессии.

В конце XVII – начале XVIII веков западничеству удалось взять верх и русский народ был ввергнут в череду бесплодных социальных экспериментов, которые навязываются стране и ныне. (Из этой череды необходимо исключить Великую Октябрьскую социалистическую революцию, ибо она впервые уничтожила эксплуатацию человека человеком). Чуринов для борьбы с западными идеологическими диверсиями считает возможным «объединение усилий религиозного и научного познания мира, сотрудничества в рамках единой идеологии социального прогресса». Думается для укрепления русского национального самосознания такое сотрудничество полезно и необходимо.

Вопросы авангарда русского народа особо волновали умы древнерусских философов. Они хотели знать, «кем должен быть авангард, для которой власть могла быть политической добродетелью; какие социальные институты должны оформлять этот авангард; должен ли быть этот авангард аристократией духа, аристократией света общества; чем должен убеждать авангард в своей правоте – словом, делом, личным примером или декларациями».

Они пришли к выводу, что добродетельное сообщество, добродетельный народ может сформироваться в православии как социальном институте. Понятие «аристократия» было выдвинуто Анаксагором как власть лучших (aristos – лучший, cratos – власть), добродетельным делом доказывающих, что они лучшие. Аристотель тоже утверждал, что лучшие соревнуются в добродетели.

Вспомним, в советское время в Верховные Советы Союза и республик, в местные советы всех уровней избирали лучших представителей народа и в выборах принимало участие более 98-99% избирателей. Хотя в бюллетене был один кандидат, но у избирателя всегда был выбор, правда, он имел две степени свободы: голосовать «за» или «против».

Ныне голосование альтернативное, в депутатах оказывается тот, у кого толще кошелёк и за плечами пресловутый «административный ресурс» и за которого проголосовало 50%+1 и более избирателей, принявших участие в выборах, коих тоже редко бывает более трети от списочного состава. Таким образом, меньшинство, состоящее отнюдь не из лучших представителей народа и зависимое от исполнительной власти, решает судьбы народа, навязывая свою волю большинству. Вот такая демократия в современной России.

Древнерусские философы из двух намеченных Аристотелем направлений экономической теории – нажива денег и наука о домохозяйстве – выбрали второе, которое по своей сути было аристократическим. Чуринов указывает, что аристократическое (соборное) хозяйствование есть «система добродетельного процветания общества, когда, по словам Кирилла Белозерского, сияют добродетельные звёзды, просветляется душа, просветляется ум, освещается сердце, услаждается смысл, начала и власти сладостью объемлются». В детстве мне не раз приходилось видеть, как светлели опалённые солнцем, обветренные лица колхозников, когда заканчивались полевые работы и весь урожай убран в амбары и погреба.

Развивая античное учение о домохозяйстве, древнерусские философы обобщают опыт отечественного хозяйствования, в результате которого, как полагают, в Великом Новгороде в XIV веке был написан сборник поучений «Измаргад». Значение его было очень существенно, что отчасти на основе его в XV – начале XVI века неизвестным автором был разработан духовно-хозяйственный труд «Домострой», нёсший очертания экономической теории средневековья и показывал пути рачительного хозяйствования. Он выступал как руководство к действию социального авангарда XV – XVI веков. Позже, как полагает Чуринов, «Домострой» был незаслуженно очернён, возможно, потому, что он выступал против наживы денег, ростовщичества.

В целом же «Домострой» играл положительную роль, поскольку содержал поучительные посылы, как совершенствовать основную хозяйственную ячейку общества – «дом», отношения между «домами», отношения «дома» и власти, «дома» и рынка. В нём были прописаны правила взаимоотношений внутри дома, между мужчинами и женщинами, а также различные социальные нормы поведения жителей дома. Приведены основные экономические понятия, в том числе дано понятие рынка. «Для автора “Домостроя” рынок – это способ гармонизации экономической сферы коллективистского общества; (…) средство восполнения несовершенства его экономических связей и отношений».

Особенно важно то, что в «Домострое» были указаны качества экономического мышления передового человека и всей совокупности социальных институтов социального авангарда общества, дающих им возможность возглавить движение к социальному прогрессу, идеология которого есть диалектическое православное богословие.

Далее Чуринов указывает, что древнерусские философы многогранно осветили как фундаментальную идею – идею соборности, «в которой воплощены представления о всеобщей связи явлений человеческого мира славян, коллективистском типе хозяйствования и типе общества, о его духовном единстве, о собирающем воедино русский народ авангарде и т.д.».

Важнейшим институтом социального авангарда в то время были деятельные православные служители, монашество. Ими изначально руководила идея подвижничества на благо общества; отрешённость от земных забот; способность овладевать теоретическими знаниями. Они не стремились дублировать или подменять светскую власть; их жизнь регулировалась и правилась монастырскими уставами применительно к исторической эпохе. Поэтому «древнерусским философам монахи представлялись лучшей частью общества, которая способна осуществлять духовную власть, воспроизводить гармоничность единства духовной власти и светской власти».

Сегодня среди других институтов социального авангарда, полагает Чуринов, православие может быть источником пассионарности русского народа. В демократическом обществе, каковым является общество в России, пытающееся идти западным путём, у общества не может быть авангарда, далее указывает он, там царит элита, навязывая свою волю силой закона, государственного аппарата.

В коллективистском обществе социальный прогресс обеспечивает народ под руководством авангарда – аристократии духа и света. Политическая, научная и техническая добродетель является смыслом её существования и своим примером она ведёт народ за собой. Древнерусские философы убеждали, что «авангардом может быть та социальная группа, которая проявляет себя как аристократия духа, предлагающая привлекательные ориентиры созидательных социальных преобразований». В советское время таким авангардом была Коммунистическая партия.

Далее Чуринов рассматривает возможные ныне социальные институты, являющиеся аристократией духа и способные стать социальным авангардом народа. На первое место он ставит политические партии нового типа. И это совершенно правильно. Возможно, авангардная партия – это ныне единственный социальный институт способный стать социальным авангардом народа и возглавить борьбу прогрессивных сил за социальную справедливость. У нас мало кто знает, что ещё в 1950 году Дж. фон Нейман, признанный лидер интеллектуального сообщества США, поведал Г. Трумэну, что секрет силы русских в наличии у них абсолютного организационного оружия, созданного Лениным, – это «партия нового типа».

Но главной задачей политической партии Чуринов считает: «… не прорыв к политической власти, не возведение себя в положение господствующей элиты, не технология борьбы с «орденом посредственности», а служение Отечеству, добродетель, установление совершенных общественных отношений, социальный прогресс. (Правда, не понятно, как не имея политической власти осуществить эту задачу).

Кстати, взгляды Чуринова о партии нового типа в какой-то мере совпадают с видением данной проблемы А.А. Зиновьевым: «Партия будущего не должна участвовать в мелочной общественно-политической суете в рамках существующей социальной организации. Не дело оппозиции такого уровня действовать на благо этой организации. У неё более значительная цель эпохального масштаба, а именно – положить начало борьбе человечества за социальный идеал, альтернативный западнизму».

Пока же все политические партии сражаются за обладание политической властью по правилам, которые диктует существующая власть (простите за тавтологию).

Проницательный читатель напомнит: ведь был же опыт КПСС, созданной как партия нового типа – авангардная партия. И она действительно была авангардом рабочего класса в борьбе с самодержавием и буржуазией, иноземными захватчиками, в строительстве социализма. Чуринов отмечает, что социальный институт – КПСС в рамках аристократии духа объединил девятнадцать миллионов человек: рабочих, крестьян, служащих, инженерно-технических и научных работников, военных.

«При всех изъянах, – пишет Чуринов, – он был настолько необходим, что его падение повлекло за собой во многом непоправимые социальные последствия. На наш взгляд, его падение вызвано, в частности, тем, что специфика КПСС не получила адекватного освещения как в рамках истории, так и в рамках теории, потому в час научно-теоретического и научно-исторического испытания КПСС не выдержала испытания».

И в этом он абсолютно прав. После смерти Сталина руководство КПСС не занималось серьёзно теорией, отдав всё это на откуп учёным. И вряд ли можно считать, что и Программа КПСС в редакциях 1961 и 1986 года, и отчётные доклады ЦК КПСС на «исторических» съездах партии (особенно XX, XXI (внеочередном), XXII, XXVII и XXVIII – исторические со знаком минус) развили теорию марксизма-ленинизма применительно к конкретной исторической обстановке. Да они и не могли развить, поскольку в написании их принимали участие птенцы гнезда Андропова из Международного отдела ЦК, которых Брежнев добродушно называл «мои социал-демократы» (И. Фроянов).

Чуринов также полагает, что институт подвижничества монашества обладает аристократией духа, у него на этот счёт имеется богатый социальный опыт. Да и институт православия нередко рассматривает себя в качестве авангарда. На взгляд пишущего сии строки, институт православия может быть лишь в известной мере попутчиком у более современного авангарда, да и то только в деле сохранения русского национального самосознания и защиты чистоты русского языка, а не для поощрения мракобесия.

В качестве социальных институтов аристократии духа Чуринов называет интеллигенцию и средства массовой информации, разделение, по нашему мнению, не совсем правомерно, ибо редакторско-журналистский корпус все являются интеллигентами. Но Чуринов их разделяет и считает, что интеллигенция – это сравнительно молодой социальный институт, ещё не имеющий опыта самореализации и доблестей аристократии духа, коллективизма.

Отсутствие коллективизма, обострённое чувство индивидуальности есть главное в том, почему, по моему мнению, интеллигенция не может претендовать быть самостоятельным социальным авангардом, а может быть лишь попутчиком, но попутчиком образованным, критически мыслящим. То, что интеллигенция институт аристократии духа не подлежит сомнению. Но Чуринов не указывает, а какого она духа: социалистического или буржуазного, национального или западного. Очень важен их ответ на вопрос: «С кем вы: с народом или против народа?».

Средства массовой информации несут разные функции, в зависимости от типа общества. В демократическом обществе, коим является ныне Россия, они «институт элиты, средство стабилизации положения властвующей социальной группы». И далее он указывает, что «институт средств массовой информации в России, принявший на себя функции института демократии, обеспечивает, как правило, самоутверждение сообщества проходимцев, реализует технологии, направленные на обеспечение стабильности его положения в политическом, социальном, духовном и других отношениях».

В аристократическом они должны «быть совершенством слова, институтом аристократии духа и света, ведущей общество по пути социального прогресса». Таковыми они были в советское время до перестройки. Ныне центральная и региональная печать КПРФ, телеканалы и сайты продолжают великую миссию звать народ к социальному прогрессу. И как бы буржуазные правители ни старались заглушить голос правды, всё равно «Свет во тьме светит, и тьма не объяла его», как утверждается в Евангелии от Иоанна.

Несмотря на насильственное разрушение Союза Советских Социалистических Республик и ушаты клеветы и грязи, вылитые гражданами на него, его свет продолжает сиять над миром для всего прогрессивного человечества. В нём было общество коллективистского типа и имело главные черты соборности. Благодаря этому за короткий период он смог пробежать тот путь, на который ведущие капиталистические страны тратили 100-200 лет, и стать страной, как поётся в песне: «…где так вольно дышит человек» и «…проходит, как хозяин необъятной Родины своей» (В. Лебедев-Кумач).

Все россказни либералов и западоидов, что социализм как система жизни не состоятелен это сказки для дефективных детей. У нас молчат, что в начале 1980-х Р. Рейган поручил трём группам учёных во главе с А. Гелл-Маном, Р. Коллинзом и Б. Бонером независимо друг от друга сделать прогноз развития США и СССР. Все три группы сделали крайне печальный прогноз для США, а в отношении СССР отметили, что он будет испытывать некоторые трудности, которые он преодолеет и будет дальше успешно развиваться (А. Фурсов). Но реформы ставропольского Мишки-конвертика по западным образцам раскачали и экономику страны, и государственную власть, что и привело к «крупнейшей геополитической катастрофе» (В. Путин) и временному поражению социализма.

Возможно, самой существенной ошибкой, приведшей к кризису социализма в СССР, стало нарушение гармонии светской и духовной власти, что является одним из правил соборности. Духовная власть в Союзе в лице КПСС подмяла под себя все власти, подменяя их, либо вмешиваясь в их деятельность, а своим делом практически не занималась. Выше уже указывалось, что руководство КПСС устранилось от разработки теории строительства социализма и «двигались путём проб и ошибок» (Ю. Андропов).

Но КПСС упустила и другую важную задачу – воспитание нового человека, «который сам, без подсказки властей и без насилия становится носителем новых общественных отношений» (А. Зиновьев). Эти ошибки не должна повторять КПРФ, придя к власти, а для этого надо изучать русскую философскую мысль и бережно относится к её выводам, в них можно найти ответы на многие вопросы современности.

Иван Стефанович БОРТНИКОВ, публицист, г. Ленинград, август 2025 г.