Гильотина для музея

Гильотина для музея

Новая политика руководства музейным делом внушает тревогу. Эта отрасль культуры всегда была на виду в нашей стране. Тысячи музеев, широко доступных для народа и вместе с тем представляющих территорию научных поисков и открытий, всегда оставались в авангарде культурного строительства, эстетического и нравственного совершенствования, образования и воспитания масс.

За многие годы развития отрасли внутри неё сложилась своя система традиций и ценностей. Крупный государственный музей — это целый комплекс объектов, «государство в государстве», и управлять им можно, только обладая специальными знаниями. Должность генерального директора музея так же значима, как должность руководителя стратегически важного завода или комбината: всё это объекты государственной стратегии. Понятно, сколь ответствен выбор специалиста, какими качествами он должен обладать. Тем непонятнее и огорчительнее та политика, которую проводит министерство культуры РФ, назначая на руководящий пост не специалиста-искусствоведа, а всего лишь администратора без должного опыта в музейном деле.

Недавняя отставка З.И. Трегуловой, генерального директора Третьяковской галереи, наделала много шума. Хотя этого акта можно было ожидать. Выбор оказался неудачным. Самое обидное то, что Трегулова — искусствовед с профильным университетским образованием и, более того, специалист по русскому искусству ХIХ века. Опыт музейной работы у неё тоже был — на руководящих должностях в музейном комплексе Московского Кремля и Государственного музея изобразительных искусств имени А.С. Пушкина. Однако двухлетняя стажировка в Америке не прошла даром — Трегулова увлеклась авангардом, занялась галеристикой. И в Третьяковской галерее она проявила себя именно в таком качестве.

Нареканий в адрес Трегуловой было много. Далеко не все поддерживали её выставочную деятельность, ориентированную на пропаганду авангардизма и абстракционизма. Надзорные органы смущали дорогостоящие инициативы, направленные на покупку «шедевров» современного искусства весьма сомнительной художественной ценности. Громадных денег стоил и ремонт выставочного центра, перешедшего к Третьяковской галерее. Много средств ушло на организацию постоянной экспозиции художников ХХ века в этом филиале. И опять же большие споры вызвало это собрание, где преобладали авангардисты.

Много шума наделала история с иконой Святой Троицы Андрея Рублёва, уникальным экспонатом, не подлежащим вывозу для демонстрации. И хотя генеральный директор поначалу вроде бы отказала Троице-Сергиевой лавре, икону всё-таки вывезли для богослужения с участием патриарха. Как говорилось в оправдание, всего на три дня. Но потом «Троица» оказалась на выставке в Париже и задержалась там на пять месяцев. По возвращении в Москву специалисты обнаружили на иконе 61 дефект и три месяца занимались реставрацией. И опять всё сходило с рук, сколько ни возмущались и ни писали знатоки в разные высокие инстанции. Но возымело действие письмо рядового посетителя. Министерство культуры неожиданно освободило Трегулову от работы «по истечении срока трудового договора».

Казалось бы, потерпев такой провал с выбором Трегуловой на руководящую должность, министерство культуры РФ должно с особой ответственностью подходить к новому назначению. Но буквально в тот же день, в одночасье генеральным директором Третьяковской галереи стала «организатор выставочного дела», а по сути администратор Е.В. Проничева — без профильного образования и опыта музейной работы, приличествующего такому высокому назначению.

Ещё студенткой МГИМО Проничева начинает свою трудовую деятельность сначала в комитете по бюджету и финансам Государственной думы РФ, затем в частных финансовых организациях. На орбите музейного дела она оказалась случайно, когда ей понадобился свободный режим. Но, втянувшись в работу, не могла не понять, что всякий музей — это золотая жила.

Формально опыт работы в музеях у неё есть. Восемь лет отдала она Еврейскому музею и Центру толерантности, быстро заняв там должность исполнительного директора. Эту работу она совмещала с активной деятельностью в разных рабочих группах и комиссиях федерального значения, например в рабочей группе «Культура», входящей в структуру так называемой «Регуляторной гильотины», занимающейся упразднением неактуальных и устаревших законов. Была также исполнительным директором в Федеральном научно-методическом центре психологии и педагогики толерантности при том же Еврейском музее и Центре толерантности. За эту деятельность в 2015 году Проничеву наградили премией Общероссийского общественного движения «За сбережение народа», а в 2019 году почётной грамотой Московской городской думы.

И хотя у молодой особы уже сложилась известная репутация, а всё-таки её назначение на должность генерального директора Политехнического музея стало неожиданностью даже для неё самой. Это произошло в декабре 2020 года. Уникальный музей был уже несколько лет закрыт на капитальный ремонт — в нём хозяйничали «бизнесмены», далёкие от музейного дела. Достаточно сказать, что стоимость контракта с подрядчиком на строительные работы за время реконструкции музея возросла с 7,3 миллиарда рублей до 11,9 миллиарда. А музей по-прежнему закрыт, его деятельность сведена к выставочной работе. Вот этой деятельностью и занималась Проничева два года с небольшим, что руководила Политехническим музеем. Всякая работа есть труд, требующий определённых усилий, знаний и личных качеств. Но специфика Политехнического музея такова, что от генерального директора тут требуется не одно, а минимум три высших образования. Так что не очень верится в размах и продуктивность той выставочной работы, которую провела Проничева, руководя музеем.

И вдруг новое назначение — в Третьяковскую галерею! То, что главной, без преувеличения сказать, сокровищницей России — вот именно национальной сокровищницей — должен руководить знаток и ценитель, искусствовед, до сих пор не вызывало сомнений. Это не подлежало обсуждению, как таблица умножения. Но для кого-то дважды два — это четыре, а для кого-то — стеариновая свеча.

Почему министерство культуры предпочло узкого специалиста музейщику с универсальными знаниями? Общественность ищет ответа на этот вопрос. Высказывается ряд предположений, но все они требуют доказательств. Но досадная тенденция утилитарного, потребительского отношения к учреждениям культуры, будь то музей, библиотека или клуб, становится нормой. В прошлом году мы уже писали о неоправданной акции — слиянии уважаемых и любимых московских библиотек с районными клубами, в результате пострадали и те, и другие очаги культуры, и это остаётся на совести столичного департамента культуры.

Все последние годы министерство культуры РФ ведёт разрушительную политику в налаженном за долгие годы музейном деле, выдвигая на руководящие посты администраторов и менеджеров и тем самым снижая научный и творческий потенциал этих учреждений. Это уже привело к печальным последствиям там, где непрофессионалы получают карт-бланш. И хотя при каждом назначении новому руководителю предписывается сохранить лучший опыт сбережения фондов и продолжить развитие музея, на деле всё сводится к менеджменту, к выколачиванию денег и к весьма скромной выставочной работе.

Между тем современная жизнь с её непредсказуемым ходом постоянно ставит перед музеями — особенно большими, комплексными — свои вызовы. Развитие музея — широкое понятие, требующее прежде всего пополнения коллекции и большой научной работы с новыми поступлениями. Если новые поступления складируются и остаются без атрибуции — это значит, что научная работа разваливается. Настоящих искусствоведов-профессионалов музеям не хватает. Всё меньше остаётся воспитанников советских профессоров. Идёт ротация по возрасту. «Ягода сходит», — как говорят в народе. А культурные ценности остаются без защиты.

Как бы ни был энергичен и опытен директор-администратор, ему трудно защитить музей при форс-мажорных ситуациях, связанных со стихийными бедствиями, с капитальными ремонтами, с изменением форм собственности. Только искусствовед, обладающий полномочиями, может оценить состояние коллекции, размер ущерба и определить возможность дальнейшей работы в новых условиях. Именно крепкая научная основа, на которой базируется вся музейная деятельность, помогает сберечь культурное достояние.

Памятна история творческого объединения «Союз русских художников», поставившего себе задачей создание Музея современной реалистической живописи. Большим событием в жизни столицы была ежегодная художественная выставка в залах выставочного центра, принадлежавшего в ту пору частной компании. К открытию выставки всегда выпускался прекрасно изданный каталог, по сути хорошо иллюстрированный альманах, рассказывающий о творчестве современных художников-реалистов. Этим не ограничивалась работа объединения. Считая себя последователями исторического Товарищества передвижных художественных выставок и организуя передвижные выставки в городах Центральной России, живописцы не теряли связи с жизнью.

Более десяти лет во главе Союза русских художников стоял дипломат Александр Герасимов, говоривший, что само имя обязывает его порадеть о русских художниках-реалистах. Но одного радения было мало. При форс-мажорных обстоятельствах — переходе выставочного комплекса из частной в государственную собственность Союз русских художников лишился своего выставочного зала и был вынужден свернуть активную деятельность, а Герасимов вернулся на свою профессиональную стезю.

Симптоматично, что теперь в этом выставочном комплексе, принадлежащем Третьяковской галерее, развёрнута постоянная экспозиция русского авангарда ХХ века. Современные русские художники-реалисты работают по сути на свой риск и страх без организации, без перспективы быть замеченными. А ведь именно российские художественные музеи и выставочные центры могли бы оказать им большую поддержку. Но для этого музеями должны руководить искусствоведы, а не чиновники. Почему-то натиску администрирования подвергаются в первую очередь музеи, тематически связанные именно с русской культурой.

Ещё не отбушевали страсти вокруг Театрального музея имени А.А. Бахрушина, оставшегося без квалифицированного профессионального руководства, под административным управлением в самый канун капитального ремонта. Поставив во главе музея «успешного» менеджера, министерство культуры РФ, как говорится, умыло руки. Между тем судьба богатейшей коллекции, собиравшейся более 125 лет, тревожит общественность.

Интересная подробность: 10 января 2023 года состоялось очередное заседание комиссии «Культура», так называемой «Регуляторной гильотины» — инструмента пересмотра и отмены нормативных актов. Напомним, Елена Проничева давно уже член этой структуры. С нового года комиссия отменила целый ряд нормативных актов, касающихся надзора государства над состоянием музейных фондов и за деятельностью музеев в России. Надо же! Собрались 23 человека — и рубанули сплеча.

Через месяц, 9 февраля, Проничева стала генеральным директором Третьяковской галереи. Государственного надзора за её деятельностью уже не будет, она сама же и поучаствовала в его отмене.

Административная гильотина может отсечь всех несогласных с политикой, основанной на практицизме — в духе рыночного времени.

Лариса ЯГУНКОВА

Источник: «Правда»

Читайте также

Советское и постсоветское искусство в аксиологическом духовно-нравственном аспекте Советское и постсоветское искусство в аксиологическом духовно-нравственном аспекте
Как человек, родившейся в 1942 году, я много лет воспринимал искусство советской эпохи в социалистическом государстве и искусство постсоветского времени в капиталистическом государстве. При этом ещё и...
25 июля 2024
Т. Куликова. Как нам охладить потребкредитование Т. Куликова. Как нам охладить потребкредитование
Вышедшие на минувшей неделе данные по потребительскому кредитованию за июнь показали, что, несмотря на рост ставок, перегрев в этой сфере сохраняется. Между тем, охлаждение потребкредитования абсолютн...
25 июля 2024
«Не отрекаюсь!». К 100-летию Ивана Васильева «Не отрекаюсь!». К 100-летию Ивана Васильева
Вчитываясь сегодня в это обращение, задумываясь над теми проблемными вопросами и несуразицами, о которых с болью и тревогой напоминал согражданам писатель, чей столетний юбилей со дня рождения пришёлс...
24 июля 2024