Дети и война

Война... Страшное слово, страшное время... Война – это смерть тех, кто был рядом; это раскаленное железо, летящее со всех сторон; это взрослые люди с искаженными лицами, готовые убивать... и детские глаза, полные слез и ужаса. Дети и война – понятия несовместимые. Я до сих пор не могу спокойно об этом говорить и даже писать.

Было время, в классе седьмом, я прикоснулся к этой теме и по-другому взглянул на войну, буквально глазами ребенка. Попробую рассказать, как это было.

Дети детство узнали в руинах домов –

Эту память вовек не убить.

Лебеда – их еда, и землянка – их кров.

А мечта – до Победы дожить.

Строчками этого стихотворения Юрия Воронова мы начинали наш публицистический спектакль «Дети и война». Для меня и других ребят-актеров (а играли в нем школьники) это был не просто спектакль, не игра. Это было как... «В те дни мы в войну не играли, мы просто дышали войной», – такое у нас было отношение, так мы проживали то, что делали на сцене Дома детского творчества. Давайте окунемся сейчас в те дни Великой Отечественной войны и проживем их вместе с актерами.

Обычный солнечный день, обычный двор, обычные ребята сидели на лавочке и разговаривали, притворившись, что нет никакой войны. Они мечтали о будущем... Мальчик хотел стать водителем трамвая, они с папой часто ездили на трамвае. Девочка мечтала быть портнихой и сшить свое первое платье мамочке. Второй мальчик, чуть помладше, улыбался и смотрел на небо – он мечтал стать летчиком, как его папа. Но их мечтам не суждено было сбыться: немецкий самолет расстрелял детей в сентябре 1941 года. Их надежды, их детство, их жизни разрушились. Они даже пожить толком не успели, лет по десять всего было и вот... война. У меня только один вопрос: «Почему так? За что?»

А это уже блокадный Ленинград. Зима. По улице шла маленькая девочка, закутанная в потрепанные засаленные платки. Вокруг темно, ни огонька – это чтобы немцы ночью город не бомбили. Девочка несла в руках маленькое полено. Она шла медленно, сил почти не осталось, но полено нужно было донести, чтобы разжечь огонь и хоть как-то согреться. Вот и дошла, наконец. Из разрушенного дома навстречу ей вышла женщина: «Танечка, у нас есть полкусочка хлеба, давай его съедим, чтобы фрицам не досталось. А то, если нас сегодня разбомбят, мы же голодными умрем». И они съели этот последний кусочек и были очень рады, что врагу не достанется.

Я перед спектаклем почитал про эту девочку. Это была Таня Савичева, та юная ленинградка, которая записывала в дневник даты смерти всех своих близких людей: сестры Жени, бабушки, брата Леки, дяди Васи, дяди Леши, мамы... В конце она приписала: «Савичевы умерли. Умерли все. Осталась одна Таня». В те годы, когда люди где-нибудь на Урале, в Сибири, на Юге слышали слова «ленинградские дети», у них сжималось сердце. И сейчас я, другие ребята, взрослые люди, читая те строчки из дневника Тани, не могут сдержать слез.

А дальше была самая эмоциональная и сильная сцена спектакля – о малолетних узниках фашистских концлагерей и гетто. Почти все актеры выходили на сцену, а на экране шли документальные фотографии. Даже сейчас, когда я пишу и вспоминаю эти снимки, внутри у меня все холодеет от ужаса. Дети за колючей проволокой... Много детей... Все худые, одни кости... А в глазах страх и боль... У всех у них были одни и те же воспоминания: холод, голод, люди в белых халатах со шприцами, расстрелы, кровь.

Свет на сцене постепенно гас, в руках у актеров были свечи, звучали строки:

Гори, свеча, не затухай,

Не дай нахлынуть тьме,

Не дай живым забыть всех тех,

Погибших на войне.

Потом метроном. Минута молчания.

Дальше шли сцены о подвигах детей. «Мы никогда не победим русских, ведь даже дети у них сражаются и погибают, как герои», – эта запись была обнаружена в январе 1944 года в дневнике немецкого солдата. Лишь он смог выбраться из трясины, в которую завел фрицев двенадцатилетний пионер Тихон Баран. И таких пионеров-героев было много по всей стране. Одни вели разведку в тылу противника, другие с оружием в руках сражались в частях Красной армии, третьи помогали ковать Победу у станков, четвертые ухаживали за ранеными в госпиталях. Все помогали армии как могли.

Вот и последняя сцена спектакля, последние слова: «Для того, чтобы мы мирно жили сегодня, миллионы людей отдали свои жизни. И мы не имеем права забывать об этом! Знать и помнить об этом – наш святой долг!»

После этого спектакля тема войны стала для меня особенно волнующей. Это ведь не что-то пустое, ушедшее в прошлое, это наша Память о великом подвиге советского народа. Все – от совсем юных ребят до глубоких стариков – помогали фронту, своей стране, как могли, приближали Победу. И они это сделали!

Разве такое можно забыть? Никогда! Благодаря детскому театру «Золотая птица», благодаря нашему руководителю Ольге Валерьевне Манерко, я прочно усвоил эту истину (да и другие ребята тоже).

С тех пор я не раз выходил на сцену с военным «материалом» (и надеюсь, выйду еще не раз). Я читал прозу и стихи, читал один и с друзьями-актерами. И каждый раз я замечал, что зрителей трогает то, что мы делаем, они «видят» ту историю, о которой мы рассказываем, проживают ее вместе с героями произведения, как тогда на спектакле «Дети и война»…

Для нас, актеров детского театра, это было самым важным, ведь «знать и помнить об этом – наш святой долг!»

Даниил КОЧНЕВ, г. Иркутск