Александр Пушкин – певец русской старины. Малоизвестные страницы биографии поэта. Часть 1

В марте 2025 года вышла наша совместная брошюра с основателем ВСД «Русский Лад» В.С. Никитиным «Пушкин – символ русскости». Благодарен Владимиру Степановичу за приглашение в качестве соавтора издания. Но жизнь, как говорится, не стоит на месте. Поэтому решил дополнить свою часть повествования фактами о жизни А.С. Пушкина, не вошедшими ранее в наш совместный труд. Предлагаю данный материал читателям для ознакомления.

Многие русские литераторы обращались к теме истории русского народа. К событиям недалёкого прошлого и к делам давно минувших дней. Очень ярко эта тема просматривается в творчестве Александра Сергеевича Пушкина. Особенно красиво он описал быт и мировоззрение наших предков в период глубокой древности. Тот период, который сегодня упрощённо называют язычеством. Но более правильно, полагаю, здесь подходят термины – ведическая старина, ведическая вера, ведическое мировоззрение. Веды означает знания. Тогда можно говорить о знающей вере, знающем мировоззрении, т. е. вере и мировоззрении, основанных на знаниях об окружающем мире.

И русское ведическое мировоззрение не исчезло окончательно. Оно дало ростки сквозь христианство и дремлет в сознании многих русских людей. Подлинно русский дух жив и поныне, он в нашей родовой памяти. А современное Православие – это, полагаю, объединение христианства и ведизма.

Пушкин был светлый гений, солнечный поэт, продолжатель дел предков, которые считали себя внуками Даждьбога – Бога Солнца. Поражаешься его литературным способностям, его познаниям русской старины. Читая пушкинские произведения «Руслан и Людмила», «Сказка о мёртвой царевне и о семи богатырях», «Сказка о царе Салтане…», «Песнь о Вещем Олеге» и другие, как бы окунаешься в истинно русский мир, который тебе близок, понятен и дорог. Мир, который хочется познавать.

Славяне разделяли мир материальный, явленный, который называли Явь, от мира нематериального духовного, «потустороннего», называемого Навью, верили в бессмертие душ. В соответствии с русскими Ведами каждый живущий на земле должен был идти по Пути Прави или по Стезе Прави. Под Правью, понимался свод нравственных норм, правил, которые необходимо соблюдать и которые обеспечивали гармоничное взаимодействие человека с обществом и с окружающим миром.

А идущий по Пути Прави – Правь славит. Отсюда, видимо, и название русской веры – Православие. Во вселенском масштабе под Правью, думаю, стоит понимать законы мироздания.

Если обратить внимание на некоторые персонажи и сюжеты пушкинских произведений, напрашивается вывод: они пришли к нам из преданий старины глубокой. Их колорит, гармония пушкинских героев и природы, их отвага очень близки мировоззрению русов. Именно по пути Прави шли положительные пушкинские герои.

Бог-Творец признавался славянами единым, всемогущим и проявлялся в различных явлениях природы. Приведу цитату из «Книги Велеса»: «Есть также заблуждающиеся, которые пересчитывают Богов, тем разделяя Сваргу. Они будут отвергнуты Родом как безбожники. Разве Вышень, Сварог и иные – суть множество? Ведь Бог и един и множественен. И пусть никто не разделяет того множества и не говорит, что мы имеем многих Богов».

В «Очерке Старославянского Баснесловия или Мифологии», изданного во Львове в 1860 году, автор – профессор и ректор Львовского университета, русофил, исследователь истории карпатских русинов Яков Фёдорович Головацкий (1814-1888), сообщается: «По свидетельству летописей Прокопия Кесарийского…, Гемольда и биографа Оттона…, древнейшие славяне верили в Единого Бога, называя Его “Верховным”, “Небесным Богом”, “Богом Богов”. Из Нестора также видно, что славяне русские имели понятие о высшем существе, нарицаемом преимущественно “Богом”, “Богом Вседержателем”… Другие Боги были, по верованию славян, как от Верховного Бога происходящие существа, Его произведениями, властями, от Него зависящими, между Ним и Миром, сильными Его силою…».

Известный нам пантеон Богов с точки зрения ведизма можно рассматривать как проявления Всевышнего, его лики. Различные явления природы, чувства людей – явления Божественные, то есть проявления Бога-Творца. Славяне в древности старались жить в единении с окружающим миром, обожествляли силы природы, отождествляя их с определёнными Богами. А Богов (силы природы) можно не только славить, но и просить о помощи, рассчитывать на их помощь.

В христианской религии наряду с Творцом также есть Богоматерь, ангелы, апостолы, святые, несущие каждый определённые функции. Бог-Творец в христианстве не одинок на небесном небосклоне. И мы тоже сегодня обращаемся к Творцу и его окружению с молитвами о помощи. Можно говорить, что современное Православие вобрало в себя, пусть в несколько иной форме, традиции русского ведизма.

И этот древний колорит Пушкин пытается донести до читателей в своих произведениях. В «Сказке о мёртвой царевне и семи богатырях» королевич Елисей, разыскивая царевну, обращается за помощью к Солнцу, Месяцу, Ветру, вступает с ними в разговор:

Ветер, ветер! Ты могуч,

Ты гоняешь стаи туч,

Ты волнуешь сине море,

Всюду веешь на просторе.

Не боишься никого,

Кроме Бога одного.

Аль откажешь мне в ответе?

Не видал ли где на свете

Ты царевны молодой?

Александр Сергеевич ёмко описывает русские традиции, быт, поведение своих героев. О его произведениях действительно можно сказать: «Там русский дух, там Русью пахнет». Складывается впечатление, что его рукой водила поступающая из глубины веков информация, а сам Пушкин своего рода мост между древним и настоящим.

Кратко, но точно и всеобъемлюще сказал поэт о русских волхвах в «Песне о Вещем Олеге». Процитирую эти строки:

Волхвы не боятся могучих владык,

А княжеский дар им не нужен.

Правдив и свободен их вещий язык

И с силой небесною дружен.

Интересным персонажем является, к примеру, одинокий Финн из «Руслана и Людмилы». Разве не напоминает он старинного волхва, подсказывающего витязю путь? Именно Финн напутствует Руслану:

Иди на всё, не унывай;

Вперёд! мечом и грудью смелой

Свой путь на полночь пробивай.

Вспомним замечательные строки заключительной части поэмы «Руслан и Людмила», рисующие увиденную киевлянами картину боя во время осады Киева печенегами:

И видят: в поле меж врагами,

Блистая в латах, как в огне,

Чудесный воин на коне

Грозой несётся, колет, рубит,

В ревущий рог, летая, трубит…

То был Руслан. Как божий гром,

Наш витязь пал на басурмана;

Он рыщет с карлой за седлом

Среди испуганного стана.

Где ни просвищет грозный меч,

Где конь сердитый ни промчится,

Везде главы слетают с плеч

И с воплем строй на строй валится;

В одно мгновенье бранный луг

Покрыт холмами тел кровавых,

Живых, раздавленных, безглавых,

Громадой копий, стрел, кольчуг.

На трубный звук, на голос боя

Дружины конные славян

Помчались по следам героя,

Сразились… гибни басурман!

Сюжет, описанный Александром Сергеевичем поэтической строкой, очень созвучен описанию подвигов богатырей в русских былинах (старинах). Вспомним, как рассказывали былины о схватках русских богатырей с вражьим войском: ударил палицей вперёд – улица, ударил назад – переулок.

Хорошее, разностороннее воспитание и образование получил великий поэт. Многое он генетически унаследовал от своих предков. Род Пушкиных вел историю с 13 века, видимо, от прибалтийских славян. Сам Пушкин писал: «Мы ведём свой род от прусского выходца Радши или Рачи (мужа честна, писал летописец, то есть знатного, благородного), выехавшего в Россию во времена княжества Александра Невского». Впоследствии он отразит это в своих стихах:

Мой предок Рача мышцей бранной

Святому Невскому служил.

Поэтому сочетание заложенных в нём качеств и воспитания дали прекрасный результат, который реализовался в самой личности и творчестве поэта. Значительную роль в его воспитании сыграла бабушка - Мария Алексеевна Ганнибал, урожденная Пушкина (1745-1818), жена О. А. Ганнибала - сына арапа Петра Великого, и дальняя родственница отца поэта – Сергея Львовича Пушкина. Часто в литературе превозносится «негритянское» происхождение Пушкина. Это явное преувеличение. Уроженцем Африки был только его прадед. Да притом он был эфиопом, а не представителем негроидной расы. А все остальные предки – русские.

Мария Алексеевна приобрела в 1805 году имение в Захарово, между Москвой и Звенигородом, и в течение 6 лет с внуками жила там с ранней весны до наступления холодов. Она была образована, прекрасно владела русской речью, чем вызывала восхищение друзей Пушкина. Сразу по поступлению Александра в лицей в 1811 году Мария Алексеевна продала имение в Захарово. Возможно, о тех годах писал поэт:

Люблю от бабушки московской

Я слушать толки о родне,

Об отдалённой старине…

По свидетельству её современницы Е. П. Яньковой «Пушкины жили весело и открыто, и всем в доме заведовала больше старуха Ганнибал, очень умная, дельная и рассудительная женщина. Она окружила материнским вниманием своего любимого внука и была его первой наставницей в русском языке. Пушкин заслушивался ее рассказами об арапе Петра Великого, дедушке ее, Ржевском, к которому езжал царь Петр, о недавней старине...».

В Захарово Мария Алексеевна пресекла разговоры на французском. До 6 лет будущий поэт в основном пользовался французской речью. И поручила присмотр за мальчуганом доверенным крепостным - Арине Родионовне Яковлевой (1758-1828) и дядьке – Никите Тимофеевичу Козлову (1778-после 1851). Именно эти трое достойных людей формировали мировоззрение русского гения. В Подмосковье Пушкин познакомился с красотами русской природы, русскими народными песнями, хороводами.

К своим наставникам обращается благодарный воспитанник уже в зрелом возрасте. К няне в стихотворении «Зимний вечер»:

Спой мне песню, как синица

Тихо за морем жила;

Спой мне песню, как девица

За водой поутру шла.

К дядьке Никите Козлову в неоконченном шутливом стихотворении:

Дай, Никита, мне одеться,

В митрополии звонят...

Какое количество русских сказок, былин, песен они рассказали и спели подрастающему Александру трудно представить. Но для мальчика это не прошло бесследно. Никита Козлов, самостоятельно освоивший грамоту, ещё иногда и сочинял баллады по мотивам русских сказок, былин и знакомил с ними своего подопечного. Может быть, это послужило примером для Пушкина, создавшего позднее замечательную плеяду произведений на народные темы.

Кстати, няня и дядька Пушкина состояли в родстве. Никита Тимофеевич был женат на дочери Арины Родионовны – Надежде Федоровне.

Хотя светское образование того времени и носило в значительной мере европейский, читай не совсем русский характер, всё же в творческой деятельности поэту помогли знания, приобретённые в лицее. Пушкин, как физически и духовно здоровая личность, в молодые годы, думаю, чисто интуитивно, в позднее уже осмысленно отфильтровывал всё ненужное. Услышанное в детстве наверняка помогло Пушкину в написании замечательных поэм-сказок.

Легко читаются сроки его «Сказки о царе Салтане»:

Ветер на море гуляет

И кораблик подгоняет;

Он бежит себе в волнах

На раздутых парусах.

Корабельщики дивятся,

На кораблике толпятся,

На знакомом острову

Чудо видят наяву:

Город новый златоглавый,

Пристань с крепкою заставой;

Пушки с пристани палят,

Кораблю пристать велят.

И перед нами встаёт чудесная картина расположенного на острове древнерусского города. Не пытался ли Александр Сергеевич рассказать о древней Арконе на острове Руян (ныне остров Рюген в Балтийском море). В историко-популярной литературе встречаются предположения, что прототипом пушкинского Буяна был остров Руян (Рюген). Пушкин мог почерпнуть сведения об Арконе из летописей. У него была такая возможность. Или народные предания, поведанные наставниками, донесли до него рассказ о легендарном граде славян.

Среди литературных критиков высказывалось мнение, что сюжет «Сказки о царе Салтане» напоминает сюжет из рассказов английского автора 14 века Джефри Чосера. Ну что скажешь, о таких критиках, которые пытаются всё русское поставить позади западного. Отмечу, что рассказы Чосера были запрещены к распространению в США в 19 веке, как непристойные. Стал бы Александр Сергеевич среди таких рассказов искать сюжеты? Полагаю, что нет. Даже полное название поэмы-сказки «Сказка о царе Салтане, о сыне его славном и могучем богатыре князе Гвидоне Салтановиче и о прекрасной царевне Лебеди» свидетельствует, что автор подражал русской древней традиции, когда названия народных произведений были многословными.

Сказки Пушкина – это талантливо обработанные преданья нашей славной, порой трагичной, но такой красивой русской старины. Мы чувствуем в этих сказочных сюжетах, пусть разделенных с нами толщей лет и мифологизированных, что-то близкое и родное. И не нуждаемся в комментариях, каких-либо разъяснениях к его произведениям. Сюжеты понятны. А читая их, переживаем за сказочных героев.

Близки и понятны его строки из «Сказки о золотом петушке»:

Негде, в тридевятом царстве,

В тридесятом государстве,

Жил-был славный царь Дадон.

С молоду был грозен он

И соседям то и дело

Наносил обиды смело;

Но под старость захотел

Отдохнуть от ратных дел

И покой себе устроить.

Тут соседи беспокоить

Стали старого царя,

Страшный вред ему творя.

В своей автобиографической повести «В людях» Алексей Максимович Горький писал:

«Великолепные сказки Пушкина были всего ближе и понятнее мне; прочитав их несколько раз, я уже знал их на память, лягу спать и шепчу стихи, закрыв глаза, пока не усну…

Читайте почаще Пушкина, это – основоположник поэзии нашей и всем нам всегда учитель. Тем, кто кричит, что Пушкин устарел, не верьте, – стареет форма, дух же поэзии Пушкина нетленен».

Пушкин и сегодня не устарел, и не устареет. Так что, уважаемые родители, читайте почаще своим детям сказки Пушкина.

Я не зря уделил внимание методике воспитания поэта, его знакомству с народным творчеством, событиями прошлого. Во многом полученная в детстве информация расширила кругозор поэта, позволила реализовать заложенные в нём способности. Повторюсь, но именно народные произведения будят нашу генетическую память, обеспечивая духовную связь с нашим прошлым. И это, несомненно, помогает добиваться успеха в жизни. Так что читайте детям русские сказки, былины, пойте народные песни, это поможет им строить личную жизнь, служебную карьеру. А кто-то из них, может быть, даже станет знаменитым литератором, как Александр Пушкин или Максим Горький.

Произведения в стиле народных сказок Александр Сергеевич писал с середины десятых годов 19 столетия до своей гибели. Ранние его сказки, написанные до 1825 года, малоизвестны. Они лишены подлинной народности, которая характерна для зрелого Пушкина. Хотя в этом, на мой взгляд, нельзя упрекнуть поэму «Руслан и Людмила», изданную впервые в 1820 году.

О теме пушкинских сказок мы судим по его более поздним произведениям. В них поэт не только описывает героев и сюжеты из народных преданий и сказок, но и раскрывает социальную тематику, нравственные искания народа. К примеру, в «Сказе о попе и работнике его Балде» рассказывает о хитроватом и жадном попе, пытавшемся поживиться за счёт своего работника. Здесь симпатии поэта явно на стороне работника Балды:

Живет Балда в поповом доме,

Спит себе на соломе,

Ест за четверых,

Работает за семерых;

До светла все у него пляшет

Лошадь запряжет, полосу вспашет,

Печь затопит, все заготовит, закупит,

Яичко испечет да сам и облупит…

Только поп один Балду не любит,

Никогда его не приголубит.

Пушкин читал эту сказку Николаю Васильевичу Гоголю в 1831 году. Но впервые она была напечатана Василием Андреевичем Жуковским в 1840 году. По цензурным причинам Жуковский заменил попа на купца Кузьму Остолопа – «Кузьма Остолоп – Осиновый Лоб». Насколько известно, только в 1882 году в собрании сочинений Пушкина под редакцией П.Е. Ефремова сказка печаталась по рукописи. В советское время признавался авторский вариант. В последние годы Русская Православная церковь, видимо, из конъюнктурных соображений издаёт и популяризирует сказ в редакции Жуковского.

Кто-то может спросить, да откуда у Александра Сергеевича могла взяться зрелость. Удивительно, как он мог писать такие красивые стихи, поэмы. Он же был повеса, службой пренебрегал, любил покутить и т.п. В сознании многих наших сограждан «стараниями» отдельных (отдельных от народа) пушкиноведов сформировался именно такой образ Пушкина. Нас пичкают информацией, что после окончания Лицея поэт недолго числился в каком-то ведомстве, службой себя не обременял, в основном занимался литературой, был под надзором полиции, в оппозиции к самодержавию. В пример этому эти пушкиноведы приводят слова самого поэта об одном из своих героев ««бежал от службы и чинов».

Но так ли это было. Мог ли безответственный повеса, пренебрежительно относившийся к государственной службе, своей стране оставить нам такое колоссальное и содержательное творческое наследие, уйдя из жизни всего в 37 лет? Наследие, которое проникнуто патриотизмом, любовью к России, знанием народных традиций. Конечно же, человек, стремящийся к праздному времяпровождению, такого сделать не мог.

В плане знакомства с малоизвестными фактами биографии Александра Сергеевича интересны исследования российского писателя Сергея Юрьевича Порохова «Секретная жизнь Пушкина» и «Главная милость императора: Николай I и Александр Пушкин». Автор приводит отрывки писем Пушкина к младшему брату Льву. В июле 1822 года поэт пишет брату из Кишинёва: «В службе ли ты? Пора, ей богу пора. Ты меня в пример не бери – если упустишь время, после будешь тужить – в русской службе – должно непременно быть в 26 лет полковником, если хочешь быть чем-нибудь когда-нибудь – следственно разочти; – тебе скажут: учись, служба не пропадет. А я тебе говорю: служи – учение не пропадет».

Осенью того же года Пушкин наставлял брата: «Ты в том возрасте, когда следует подумать о выборе карьеры; я уже изложил тебе причины, по которым военная служба кажется мне предпочтительнее всякой другой. Во всяком случае, твое поведение надолго определит твою репутацию и, быть может, твое благополучие».

Это пишет молодой человек, имевший за плечами 5-летний опыт государственной службы в одном из самых ответственных российских ведомств – Коллегии иностранных дел, куда он был определён в 1817 году после окончания Лицея. В данных текстах не сквозит поверхностность и праздность. Наоборот, в них серьёзность и даже пиетет к служебной карьере.

При приёме на службу в Коллегию будущий поэт дал несколько подписок о неразглашении государственной тайны. Не в этой ли секретности причина, что поэт не писал о своей служебной деятельности, и так мало об этом сведений в открытой печати?

Порохов отмечает: «Коллегия иностранных дел была создана Петром Великим в 1720 году для выполнения, прежде всего, разведывательных задач. Не случайно авторы «Очерков по истории российской внешней разведки» под редакцией академика Е.М. Примакова подробно повествуют о деятельности Коллегии – предшественнице иностранного отдела ВЧК-ОГПУ, ПГУ КГБ СССР и нынешней Службы внешней разведки России… Коллегия включала в себя Секретную экспедицию, которую называли еще «политическим департаментом», поскольку она занималась политической разведкой.

Это было единственное учреждение, подчинявшееся не Сенату, а императору – подобно тому, как нынешняя Служба внешней разведки подчиняется только президенту…

Интересно, что в ведомство Коллегии иностранных дел в то же время были отданы яицкие казаки – тогда неспокойное порубежье России. Во времена Пушкина в непосредственном ведении Коллегии находилась Бессарабия – плацдарм русской внешней политики на юге Европы, правый фланг русско-турецкого противостояния.

Одним из сотрудников Секретной экспедиции и стал Александр Сергеевич Пушкин. По понятным причинам он не оставил воспоминаний о том, чем занимался в Коллегии. Из этого некоторые исследователи делают поверхностный вывод, что поэт там якобы даже не появлялся». 

И далее: «Поддерживаемое на протяжении многих десятилетий представление о Пушкине, как о трутне на государевой службе, даже если оно было в какой-то мере инициировано самим поэтом, непростительно для исследователей и оскорбительно для того, кто был и остается гордостью России».

Я бы добавил, и оскорбительно для всех нас – граждан России, для которых Александр Сергеевич является величайшим авторитетом. Подобное освещение жизни поэта характерно для когорты вредителей, окопавшихся во многих российских сферах. Они постоянно будут принижать всё русское, превозносить иностранное, всячески компрометировать патриотически настроенных литераторов, деятелей искусства, чтобы вызвать негативную реакцию общественности к их творчеству. Чтобы это творчество как можно меньшее влияние оказывало на умы и сознание соотечественников.

Сам Порохов служил в штабе Ленинградского военного округа, был военным корреспондентом, полковник запаса и, полагаю, имел доступ к документам, на основе которых сделал подобные выводы. Он утверждает, что так называемые южные ссылки поэта в начале 20-х годов 19 столетия, в том числе в Бессарабию, которая входила в сферу ведения Коллегии иностранных дел, тоже были связаны с исполнением им секретных поручений по сбору информации о граничащих с Россией районах Османской империи. Русско-турецкие отношения того периода сопровождались постоянными военными конфликтами. И Россия готовилась к очередной войне с опасным и коварным южным соседом.

И о какой ссылке в Бессарабию можно говорить, если поэт отправлялся туда в качестве чиновника, но не ссыльного. В научно-популярной литературе указывается, что Пушкин отправлялся туда в качестве министерского курьера с депешей для генерала Инзова. И упоминается документ, «паспорт» Пушкина, выданный ему начальством перед поездкой на юг, где сообщается: «Пашпорт» (подорожная) за № 2295. Коллежский секретарь Александр Пушкин отправлен по надобностям службы к Главному попечителю Колонистов Южного края России г. Генерал-Лейтенанту Инзову; почему для свободного проезда сей пашпорт из оной Коллегии дан ему в Санкт-Петербурге 5 мая 1820 года».

А по приезду в Бессарабию наместник Бессарабского края генерал Иван Никитович Инзов (1768-1845) стал фактически его покровителем. Там поэт близко сходится Иваном Петровичем Липранди (1790-1880). В письме к Вяземскому в начале 1822 года Пушкин пишет о Липранди: «Он мне добрый приятель и (верная порука за честь и ум)…». Близкие связи Пушкина с Липранди в кишиневский период подтверждал и А.Ф. Вельтман, который был в Кишиневе военным топографом и знакомым с Пушкиным: «Чаше всего я видел Пушкина у Липранди, человека вполне оригинального по острому уму и жизни».

Липранди находился на юге России в качестве чиновника по особым поручениям при генерал-губернаторе М.С. Воронцове. Это легендарная личность, авторитет военной разведки, командир диверсионного отряда, знаток Османской империи и Балканских стран. Только ли дружба связывала Пушкина и Липранди?.. К примеру, в декабре 1821 года они совместно посетили Бендеры, Аккерманскую крепость, Татарбунары. Вряд ли это была дружеская поездка, скорее, служебная. Пушкин служил в Коллегии иностранных дел до ссылки в Михайловское в 1824 году и впоследствии по высочайшему соизволению с конца 20-х годов до своей гибели.

Здесь хотелось бы коснуться оппозиционности поэта. Юности свойственны романтизм и революционность. Наш поэт не был исключением. Но с годами, в ходе трудовой и литературной деятельности пришло более глубокое понимание исторических процессов, взаимоотношений в обществе, значения самодержавной власти для России начала 19 века.

О своих отношениях с Николаем I он пишет в 1828 году в стихотворении «Друзьям»:

Нет, я не льстец, когда царю

Хвалу свободную слагаю:

Я смело чувства выражаю,

Языком сердца говорю.

Его я просто полюбил:

Он бодро, честно правит нами;

Россию вдруг он оживил

Войной, надеждами, трудами…

Я льстец! Нет, братья, льстец лукав:

Он горе на царя накличет,

Он из его державных прав

Одну лишь милость ограничит.

Он скажет: презирай народ,

Глуши природы голос нежный.

Он скажет: просвещенья плод –

Разврат и некий дух мятежный.

Беда стране, где раб и льстец

Одни приближены к престолу,

А небом избранный певец

Молчит, потупя очи долу.

Этот стих был написан, возможно, в ответ на оскорбительный выпад А.П. Полторацкого, служившего офицером-квартирмейстером в Бессарабии в начале 20-х годов 19 века. В письме к Вяземскому Александр Сергеевич пишет: «Алексей Полторацкий сболтнул в Твери, что я шпион, получаю за то 2500 в месяц (которые очень мне пригодились бы), и ко мне уже являются троюродные братцы за местами и милостями царскими». «Болтовня» Полторацкого подтверждает факт работы Пушкина в русской спецслужбе того времени. Полторацкий служил в Бессарабии в те же годы, что и Пушкин, и мог быть осведомлён о его служебной деятельности.

Насколько известно, российский император читал это стихотворение. Но не рекомендовал к публикации. Сколько в нём глубинного смысла и понимания мышиной возни царедворцев, пытающихся удержаться у трона и сохранить свои привилегии, богатства за счёт простого люда! Поэт никогда не закрывал глаза на явные язвы российского общества того времени. В свою очередь Николай I оценивал светоча русской поэзии. После встречи с ним в сентябре 1826 году император сказал министру внутренних дел Д.Н. Блудову, что «нынче я говорил с умнейшим человеком России».

Самодержец становится личным цензором поэта и его первым читателем. А 28 января 1837 года после дуэли император с горечью отметил: «Я теряю в нем самого замечательного человека в России». Они были почти ровесниками. Николай был старше Александра всего на три года.

Самое непосредственное участие Николай I принял в организации женитьбы поэта на Наталье Николаевне Гончаровой. Он фактически благословил их брак. Вмешательство государя кажется на первый взгляд удивительным. С чего бы это он уделил молодожёнам, не являвшимися представителями высшей аристократии, столько внимания. Но род Гончаровых, видимо, являлся побочной ветвью династии Романовых. На это указывал ещё Иван Иванович Голиков (1734-1801) в многотомном труде «Деяния Петра Великого, мудрого преобразителя России», написанном в конце 18 века.

Марина Цветаева при описании биографии Натальи Гончаровой пишет, что Пётр I, неоднократно посещая Калугу, бывал в доме Абрама Гончара, отца нескольких красивых дочерей. И впоследствии сын Абрама Гончара (кровный или по документам?) – Афанасий стал одним из основных организаторов полотняного дела в России. Сергей Порохов приводит содержание письма Петра Великого к Афанасию Абрамовичу Гончарову: «Дорогой сынок! Я слыхал, ты разбогател и можешь вовсю заняться парусным делом. Благословляю тебя. Петр». Вот так, тепло и душевно великий император обращается к молодому человеку из простой купеческой семьи, получавшему весьма выгодные заказы на изготовления парусов для русского флота. Правда, есть версия, что Пётр был крёстным отцом Афанасия.

Афанасий Гончаров умер в преклонном возрасте в 1784 году, оставив баснословное по тем временам состояние в три с половиной миллиона рублей. Я думаю, что приведённые факты говорят о многом. Поэтому Николай I и уделил этому браку своё внимание. А, вступая в брак с Натальей Гончаровой, Пушкин становился вхож в императорское окружение. Если учесть его литературный талант, общественный авторитет, патриотизм, нетерпимость к лицемерию, опыт работы в спецслужбе и полученный объём информации, растущее влияние на царя, то он становился крайне опасным для окружившей трон иноземно-масонской камарильи.

Пользуясь благосклонностью императора, Пушкин получает доступ к государственным архивам, где, возможно, познакомился с хранящимися там древними манускриптами. По поручению Николая I работает над историями Пугачёвского бунта, Петра Великого. Ранее, работая в Коллегии иностранных дел, он имел, полагаю, также доступ к документам департамента, в которых содержались сведения об историко-политических событиях. Это знакомство с архивами могло помочь ему так колоритно отразить картины русской старины.

В 1833 году Пушкин избирается членом Российской академии. При поддержке царя российское общество получало крупнейшего мыслителя, литератора, способного развернуть духовно-историческое развитие страны в направлении русского национального вектора.

В своих книгах Порохов ссылается, что в архивах вюртембергского и австрийского министерств иностранных дел были обнаружены секретные депеши послов этих государств, где Пушкин предстаёт как видный политический деятель, идейный глава русской партии, противостоящий партии иноземцев, пытавшихся стеной отгородить Николая I от русского общества. Судя по документам, Пушкин стремился сломать эту стену. За что и был убит в результате заговора.

Та же участь постигла и других выдающихся поэтов России – Михаила Юрьевича Лермонтова, Сергея Александровича Есенина, Николая Михайловича Рубцова. Они все служили Солнцу, Свету и Правде. Ведь и настоящая Россия крепко, очень крепко связана с Солнцем, Светом и Правдой. Поэтому сатанисты разных мастей, находившиеся во власти и около власти, в разных слоях российского общества, действовавшие тайно и подло, пытались мешать их светлому творчеству и довести до гибели.

По отработанной схеме вокруг них прижизненно, а после гибели посмертно создавался ореол «неуживчивого» человека, склонного к каким-либо злоупотреблениям, гулянкам и т. п.  Машина дискредитации русских гениев работает неустанно. У неё в холопах разномастные исследователи, литературоведы, журналисты, политологи и политические деятели.

Зная подоплёку клеветы в адрес поэта, Николай I фактически вынудил Пушкина во время аудиенции 23 ноября 1836 года дать слово, что тот не будет участвовать в дуэли ни под каким предлогом. Но поэт своё слово не сдержал. Не смог. Уж очень нагло вела себя антирусская нечисть!

Перед смертью поэта император писал ему: «Если Бог не велит нам уже свидеться на здешнем свете, посылаю тебе мое прощение и мой последний совет умереть христианином. О жене и детях не беспокойся, я беру их на свои руки». Дети Пушкина впоследствии пользовались поддержкой властей, хотя эта опека и была порой обременительна.

Несколько слов о склонности Пушкина к кутежам и различным утехам. Сохранились воспоминания известного пушкиниста и современника поэта Павла Васильевича Анненкова (1813-1887): «Физическая организация молодого Пушкина, крепкая, мускулистая и гибкая, была чрезвычайно развита гимнастическими упражнениями. Он славился как неутомимый ходок пешком, страстный охотник до купанья, до езды верхом, и отлично дрался на эспадронах, считаясь чуть ли не первым учеником известного фехтовального учителя Вальвиля».

А сын друга Пушкина – князя Петра Андреевича Вяземского (1792-1878) – Павел писал: «В 1827 году Пушкин учил меня боксировать по-английски, и я так пристрастился к этому упражнению, что на детских балах вызывал желающих и не желающих боксировать, последних вызывал даже действием во время самых танцев».

Как-то эти характеристики не соответствуют личности, которая предавалась постоянному увеселению. Наоборот, эти свидетельства говорят о собранности и целеустремлённости молодого Пушкина. Да и император вряд ли бы согласился на брак своей родственницы, пусть и дальней, с повесой и мотом. Вряд ли назвал молодого гуляку «умнейшим человеком России» и поддерживал с ним отношения. Николай I имел предостаточно возможностей получить сведения о любом гражданине. Жандармское управление, министерство внутренних дел выполняли свою работу.

Я не идеализирую личность Александра Сергеевича. У него, как и у всех живущих на земле людей, были свои недостатки. Как не идеализирую и его отношения с Николаем I, да и самого царя. Романовы больше думали о собственном благополучии, чем о русском народе, и в значительной мере были опорой зарубежной закулисы в России. Но мы должны очищать память поэта от шелухи, насыпанной на него злопыхателями и недругами России.

Произведения Пушкина во многом способствовали пробуждению национального самосознания, пониманию исконно русского мировоззрения и в целом русского мира. Поэтому вокруг него начали плести изощрённую и очень мерзкую интригу. По мнению организаторов этого заговора, Россия не должна была идти по русскому пути, к чему своим творчеством звал Пушкин, обладавший к тому же влиянием на императора и на российское общество. Его необходимо было устранить, чтобы он не напоминал соотечественникам о славной русской старине, традициях, которые помогали нашим предкам одерживать победы.

Могла быть и дополнительная причина устранения поэта, полагаю, сопутствующая. В ряде научно-популярных работ указывается, что Пушкин был масоном. Да, в Кишинёве 4 мая 1821 года он вступает в масонскую ложу «Овидий». Но, полагаю, исполняя при этом служебное поручение. Пушкин находился на службе в организации, стоящей на страже безопасности государства от внешних угроз. А масонские ложи в России были зависимы от масонов европейских. Говоря современным языком, были частью пятой колонны в России, агентами влияния западных центров.

И через 15 месяцев, 1 августа 1822 года, издаётся Указ Александра I о запрете масонства в России. Что это – совпадение или результат работы сотрудников российских спецслужб того времени, в том числе, Пушкина, проинформировавших высшие круги Российской империи о разрушительной деятельности масонов?

В январе 1826 года Пушкин пишет в письме В.А. Жуковскому: «Я был масон в Кишиневской ложе, т. е. в той, за которую уничтожены в России все ложи». Александр Сергеевич, возможно, как бы между строк указывает на свой вклад в ликвидацию российского масонства. И не появилось ли у братков-масонов впоследствии желание отомстить поэту? Это весьма закрытая организация, но изучавшие масонство высказывают мнения, что из него можно выйти только вперёд ногами. Этот признак роднит масонство с мафией, хотя, полагаю, у них общего намного больше.

Российские масонские ложи были филиалами европейского масонства, пристяжными и ведомыми. Поэтому в заговоре по устранению великого поэта, общественного и государственного деятеля зарубежные масоны опирались на поддержку российских вассалов, многие из которых имели западноевропейское происхождение.

Схема не меняется столетиями и знакома нам по дню сегодняшнему, западные структуры всё также опираются на российскую пятую колонну. В то время в неё входила и так называемая «нерусская когорта» во власти, в составе неких нессельродов, бенкендорфов, корфов и пр. Таковых много понаехало в Россию после правления Петра I, и они крепко держались за власть.

Приведу пример. По итогам дуэли Пушкина и Дантеса, подлой со стороны Дантеса, о чём будет сказано позднее, было возбуждено Военно-судное дело по аудиторскому департаменту военного министерства. Начато 11 марта 1837 года, окончено 18 марта 1837 года. Его можно найти в интернете.

Фамилия непосредственно проводивших следствие – поручиков, капитанов, майоров – русские. Фамилии вышестоящих начальников, получавших доклады от подчинённых, чужды русскому уху: генерал-адъютант Бистром, начальник штаба генерал-адъютант Веймарн, Свиты Его Величества генерал-майор Гринвальд, командующий 1-й гвардейской кирасирской бригадой генерал-майор барон Мейендорф, командир Гвардейского кавалерийского корпуса генерал-лейтенант Кнорринг, лейб-гвардии Конного полка господин флигель-адъютант, полковник и кавалер Бреверн, генерал Главного штаба Его Императорского Величества генерал-адъютант Клейнмихель, Его превосходительство М.М. Брискорн. Встречаются и русские фамилии среди высших чинов расследования, но их чрезвычайно мало.

Полагаю, ситуация характерная для того времени, показательная. И не удивительная, если учесть, что династия Романовых, став после Петра III (он же Карл Петер Ульрих), по сути, немецкой династией Голштейн-Готторпских, сохранила фамилию Романовы как декорацию для коренных жителей Российской империи. Думаю, уместно называть представителей данного семейства – правящей русскоговорящей немецкой династией Голштейн-Готторпских-Романовых.

(Продолжение следует)

Андрей АНТОНОВ, Первый Вице-президент Петровской академии наук и искусств, заместитель председателя Правления «ВСД «Русский Лад», секретарь Союза писателей России