20 лет назад в застенках Гаагского трибунала погиб Слободан Милошевич

11 марта 2006 года. Гаага, тюрьма Схевенинген. Охранник находит в камере бездыханное тело Слободана Милошевича. Неуклюжие попытки реанимации, суета, опечатанная дверь. Официальный диагноз — обширный инфаркт — прозвучит позже, но для многих в Сербии и за ее пределами сразу стало ясно одно: Международный трибунал получил самую удобную развязку из всех возможных.

Трибунал поспешил умыть руки и переложить вину на самого узника, заявив, что тот курил, пренебрегал спортом, а в его камере якобы нашли контрабандный виски и сербские транквилизаторы. Однако за этим фасадом скрывался другой, куда более циничный факт — политика методично лишали квалифицированной медицинской помощи. Еще в декабре 2005-го Милошевич умолял отпустить его на лечение в Москву. Российские врачи были готовы его спасать, но МТБЮ хладнокровно заблокировал эту возможность. Позже выдающийся кардиохирург Лео Бокерия скажет прямо: бывшего президента можно было вытащить, окажи ему вовремя нужную помощь.

Всего за сутки до гибели Милошевич говорил по телефону с братом в Москве и звучал абсолютно бодро. Но настоящей бомбой стали результаты посмертных анализов. В крови экс-президента нашли рифампицин — мощный и редкий для ЕС антибиотик от туберкулеза. Его главная особенность заключается в том, что он напрочь блокирует действие препаратов, снижающих артериальное давление. Как такое специфическое лекарство попало в камеру самой охраняемой тюрьмы Европы, ответа нет до сих пор.

Сам Милошевич, судя по всему, всё прекрасно понимал. За несколько дней до трагедии он прямо сказал своему адвокату Зденко Томановичу, что его пытаются отравить, подсовывая не те таблетки.

За три дня до смерти Милошевич писал: «Я думаю, что настойчивость, с которой мне не позволяют получить медицинскую помощь в России, в первую очередь мотивируется страхом, что в результате тщательных исследований неизбежно откроется, как в ходе суда велась злонамеренная кампания против моего здоровья — её факт невозможно спрятать от русских специалистов».

И если для прокуратуры МТБЮ смерть стала «естественной», без следов заговора, то семья политика вынесла свой вердикт. Вдова Мира Маркович и сын Марко в один голос заявили журналистам, что это было спланированное убийство.

Даже после смерти официальный Белград отвернулся от своего бывшего лидера, отказав в государственных почестях. Тело из аэропорта повезли в обычный морг на окраине. Но народ рассудил иначе. Около 80 тысяч человек вышли к зданию парламента в центре столицы, чтобы отдать дань уважения. Последнего президента Югославии похоронили на родине, в Пожареваце — вдали от судей, которые так и не смогли довести свой процесс до конца.

***

Александр Вулин: «Разве мы любим свободу, если забыли Слободана?»

Сегодня ровно 20 лет со дня смерти Слободана Милошевича в гаагской тюрьме. По этому случаю довольно резко выступил лидер «Движения социалистов» Александр Вулин, фактически обвинив страну в исторической амнезии.

Он назвал выдачу экс-президента ЕС и НАТО величайшей национальной изменой со времен отправки головы Карагеоргия туркам. По его словам, за эту продажу лидера «худшими из сербов» страна в итоге расплатилась независимостью. Вулин уверен, что враги нападали на Милошевича исключительно из-за Сербии, а не наоборот. Более того, он считает, что без него сегодня просто не существовало бы ни Республики Сербской, ни резолюции ООН, защищающей права на Косово и Метохию.

Отдельно политик прошелся по отношению к памяти бывшего лидера. Его искренне возмущает, что в Сербии до сих пор нет ни одной улицы, школы или памятника в честь Милошевича. Он задал риторический вопрос: почему для страны суд тех, кто ее бомбил, оказался важнее памяти народа о человеке, которого люди выбирали своим лидером прямо под этими бомбами.

Вулин напомнил, что в 2006 году власти даже не позволили похоронить экс-президента с государственными почестями. Вся эта ситуация, по его мнению, доказывает одно: Сербия так и не отдала долг Слободану хотя бы после его смерти.

Источник: канал «Балканист»